Ива Лебедева – Особенности содержания небожителей (страница 20)

— Госпожа, вас могли обмануть! Постойте, «избранником»? — наконец уловила главное слово женщина.

— Послушайте, — я наклонилась вперед и поманила пациентку к себе, словно собираясь сообщить секрет на ушко, — другому кому я бы не сказала, но вы, госпожа Мисянь, такая проницательная… и наверняка сами обо всем догадаетесь очень скоро. Вы же ведь уже знаете, что господин небожитель, которого лишили сил, не просто так носит фамилию Тан? А? Такую же, как у юной госпожи, приютившей его… Понимаете? Странное совпадение?

Служанка, знаменитая своей любовью к сплетням о любовных делах, замерла с открытым ртом, глядя на меня как на пророка. Или на ворону, вдруг заговорившую человеческим языком. Юншен рядышком тоже вдруг притих под вуалью, словно даже дышать перестал. Ну да, я еще в первый день похихикала над тем, что мы с ним однофамильцы. Почему бы сейчас не использовать это совпадение себе на пользу?

— Госпожа Мисянь, — мой шепот стал почти интимным, — вы представляете, какой должна быть сила чувств, чтобы бессмертный мужчина ради своей возлюбленной нарушил законы небожителей, связавшись с простой девушкой и раскрыв ей некоторые секреты бессмертных? Это строжайше запрещено, но как он мог не попытаться продлить жизнь своей единственной жены? Они заключили тайный брак, за который его низвергли с вершины, отняли все и едва не убили... Ах… — Я демонстративно прижала ладонь к губам, снова гипнотически колыхнув белой тканью вуали. — Какая любовь! Какое самопожертвование… А юная возлюбленная? Может быть, она едва не сошла с ума, узнав, как поступили с господином ее сердца?

— Она наверняка искала его по всей земле, рыдая и терпя лишения… — прошептала госпожа Мисянь. Ее глаза загорелись внутренним светом фанатичной сплетницы. И ей было уже наплевать на факты: Юншена продали сразу после низвержения, никто не успел бы потерпеть лишения, разыскивая его, дней-то прошло мало. Но кого интересует скучная правда, когда есть такая красивая и богатая фантазия?

Вон служанка уже разошлась и продолжает с жаром:

 — И она его нашла! Спасла, выкупив буквально в последний момент, когда его уже хотели отдать страшным врагам… О боги, какая история! Теперь наверняка эти самые враги задумали погубить молодых влюбленных, это они распускают слухи!

— Какая вы умная, госпожа Мисянь! — восхитилась я, краем глаза поглядывая на «бессмертного возлюбленного». Его там не парализовало под вуалью, нет? Не, дышит… кажется. — Вы обо всем догадались! Я сама никогда бы не поняла, если бы юная госпожа тайно не позвала меня в свое поместье, лечить низвергнутого заклинателя после пыток…

— Он даже согласился войти в род жены… Какая самоотверженность! — пробормотала госпожа Мисянь, а я подавила истерический смешок. Ага, моя выдумка шита белыми нитками. Тан — это фамилия невесты. И если разобраться, первым делом следовало бы спросить: с какой стати жених у нас стал так называться, если положено наоборот? Но за меня уже все придумали. Как обычно. Чем нелепее сплетня, тем охотнее в нее верят, сами домысливая детали и объяснения.

Конечно, репутация непогрешимой Белой Девы тоже играет большую роль. Той, кто готов бесплатно лечить людей, «девушке с сердцем бодхисаттвы», просто незачем врать. Но если бы эту сплетню запустила не я — она слишком сладкая и интересная, гораздо больше, чем сказка про демона-кровопийцу. Тетушки вроде этой служанки охотнее сплетничают о любви, чем об убийствах. Ставлю свой драгоценный шприц, сделанный для меня лучшим ювелиром за бешеные деньги, что к завтрашнему утру госпожа Мисянь будет уверена: она сама обо всем догадалась, собрав обрывки сведений, и благодаря своему опыту и проницательности сложила картину до конца. А дальше все покатится как снежный ком, разрастаясь с каждым витком. Уже через пару дней все думать забудут про суд Линча и демона-кровопийцу. Уф-ф-ф…

— До свидания, госпожа Мисянь, до свидания. Не забывайте растирать на ночь и обязательно повязать поясницу колючей шерстяной тканью! И приходите на осмотр через две недели.

Выпроводив пациентку и убедившись, что у меня есть пять минут, чтобы выдохнуть, я без сил рухнула на стул. Сейчас… две секунды, возьму сердцебиение под контроль и проверю, жив ли мой бессмертный.

Внезапно мне на плечо легла рука, а перед лицом появилась пиала с соком. Я не подпрыгнула на месте от удивления только потому, что меня обдало запахом мороза и горной сливы. А этот запах последнее время у меня четко ассоциируется с безопасностью и спокойствием.

Чего это учитель решил первым пойти на физический контакт? Жаль, под вуалью лица не видно, а то не понять — то ли он настолько возмущен, что сейчас утопит в этой чашке, то ли… то ли что-то другое.

И руку почему-то не убирает.

— Значит, тайный брак со смертной возлюбленной, ради которой я пошел на преступление и был низвергнут? Как… неожиданно.

Глава 26

Юншен

Когда я впервые услышал, какой бред решила придумать и распространить в народе моя непоседливая ученица, то чуть не захлебнулся дурной кровью. Хотя эта галиматья, конечно, была лучше первой. Та и вовсе предвещала мне скорую смерть в виде сожжения на костре.

Но если то, что меня назвали демоническим заклинателем или нежитью, моя гордость еще хоть как-то воспринимала, то вот эти бредни юных дев… Я что, полоумный юнец без капли мозгов в голове? Ладно, допустим, мог не справиться с чувствами. Но зачем такие глупости творить?

Тем более ни один заклинатель не поверит в этот слух. Влюбился в смертную? Хорошо. Достаточно просто привести ее в орден как ученицу, обучить азам, а не действовать как… как… у меня приличных слов нет.

Какой еще тайный брак? Зачем так заморачиваться?! Любой дом простых людей всегда будет рад принять к себе выпускника пика, даже если тот толком не освоил искусство заклинательства. Развитая система ци, способность создавать волшебные пилюли, отточенные навыки общения и владения оружием, каллиграфия, игра на музыкальных инструментах и многое другое, чему десятилетиями обучают на пиках. Да таким зятем не то что торговец — небесный чиновник и тот не побрезгует. Это скорее сами совершенствующиеся не желают связывать свою судьбу с обычными людьми. С какой радости я влюбился бы в какую-то девчонку из пригорода? Где мы вообще могли встретиться?

Так что хоть я и молчал, для успокоения растирая в чарке один из порошков, подсунутых еще в самом начале лисой, но… выступать в глазах толпы этаким лишившимся мозгов от любви идиотом, упавшим к ногам своей жены, мне не хотелось. Я еще не успел обелить свою репутацию в глазах жителей поместья Тан после того, что эта девчонка со мной творила, а тут… Стоп!

Мысль резко зацепилась за край сознания, и мои руки застыли. Постойте-ка. Если Янли будет считаться моей женой, пусть и тайной… это, получается, что никто мое достоинство не ронял? Ох.

Самому себе трудно признаться, но заноза сидит в душе и саднит стыдом всякий раз, когда бесцеремонная девчонка, словно издеваясь, тянет: «Учи-и-итель, будь хорошим мальчиком, не упрямься» — и стаскивает с меня последние нижние штаны, чтобы проделать очередную «процедуру» со своими иголками и еще какими-то, демон их побери, непонятными штуками.

Но если мы женаты… Она видела меня больным и нагим? Жена ухаживала за собственным мужем, очень благонравно. Учу ее техникам? Заклинатель имеет право передавать знания членам своей семьи. Мы спим в одной кровати? Жена же… Мое растоптанное достоинство заклинателя окажется не таким уж и разрушенным, да?

Я оценивающе прищурился на лисичку, как раз выпроваживающую старую служанку. Янли очень красивая девушка. Длинные волосы с необычным рыжим отливом, искрящиеся глаза феникса, чистая кожа, тонкие запястья и изящная шея. Необычная, задорная, по-своему добрая и понимающая. У нее, как и у ее брата, есть возможность вступить на путь совершенствования. И даже если существенных результатов она не достигнет, я тоже больше не заклинатель.  А врачебная практика и новые методы лечения и вовсе делают из нее практически сокровище.

В конце концов, мысль о браке не так уж страшна. Будь я обычным смертным, давно бы женился на той, которую мне подобрали родители, и не факт, что она обладала бы настолько хорошими внешними данными, умениями и моральными качествами.

Тот небольшой нюанс, что всего неделю назад я хотел побыстрее умереть, а после мечтал придушить двоих бесцеремонных детей и все равно отправиться в загробный мир, как-то потускнел. Я ничего не забыл, нет. Просто начал привыкать, что моя жизнь, которая раньше неизменно текла по одному руслу десятилетиями, теперь может круто измениться в течение суток, да так, словно течение повернуло вспять, не меньше.

Возлюбленная… нет, жена, значит. Я еще раз окинул взглядом фигуру в белом с головы до ног и улыбнулся. Теперь неважно, хотела она этого или нет, в глазах общественности мы станем супружеской парой. И мне, оказывается, нравится эта идея.

Как только посетительница ушла, я решил начать выполнять свои обязанности как достопочтенный муж. Заодно и просветить лисицу-жену о несовершенстве ее плана.

— Ни один заклинатель не поверит в эту чушь. И станет опровергать везде.

— Я тебя умоляю, — устало засмеялась Янли, выворачиваясь из-под руки, которую я положил жене на плечо. — Еще как поверит.  Минимум половина ваших — из тех, кто помоложе. А умных все равно никто не будет слушать. Даже если они тысячу правильных слов скажут и будут тыкать пальцем в слабые места мифа. Это только заставит людей больше верить в сказку.