Ива Лебедева – Мой азиатский принц-чеболь (страница 9)

– А… где-нибудь? – опешила Мяо, но довольно быстро собралась: – От прабабушки у меня есть небольшое помещение в доме на перекрестке Седьмой авеню и проспекта Кушон. Это моя личная собственность, которой не управляет семья. Могу использовать как захочу.

– На Седьмой… – Я визуально прикинул и удивленно вскинул брови: пусть это почти центр города, но там же совсем старый фонд зданий. Куда ни плюнь – попадешь в разваливающееся со временем культурное наследие. С одной стороны, снова лишние проблемы – чтобы согласовать работы в таких зданиях, требуется получить кучу разрешений и заранее изготовить проект у специализированных организаций. При этом в случае ремонта обязательно требуется сохранять исходную конфигурацию и материалы. С другой, такая задача «со звездочкой» – это действительно интересный проект. Если выгорит – станет не только милым заведением, но и, скорее всего, попадет в культурно-туристический маршрут.

– Какой этаж?

– Первый, коммерческий. Там когда-то давно была лапшичная.

– Так это совсем другое дело. Туристическое место, при этом совсем рядом два больших спальника, откуда придет много семей с детьми. – Я открыл карту в смартфоне и оценивающе прикинул варианты.

– Пожалуй, начнем пока с внутренних коммуникаций. Принеси мне планы здания и помещения. Можно еще кадастровый, если есть. Нужно понять, сможем ли мы установить там современные системы водоснабжения, кондиционирования, вентиляции и пожаротушения. – Я посмотрел на еще сильнее расширяющиеся глаза Мяо. – Заодно поищи пока проектные организации с лицензией на работы с объектами культурного наследия.

– Сделаю! Дайте мне сутки, господин У! – в конце концов решительно кивнула девушка, забавно прикусив нижнюю губу одним клычком.

А я в который раз умилился вслед за внутренним голосом: какой боевитый котенок! Надеюсь, ее энтузиазм не пропадет после осознания масштаба работ и последующих за ними проблем.

Глава 12

Кристина

Я бы, может, и приревновала. Все же это почти что мой Вейшенг! А если смотреть вглубь, так и без «почти». Но Сяо Мяо была такая… одно слово – котик. И чувства в нас обоих будила исключительно родительско-братские. Со стороны Вейшенга даже искры сексуального интереса не проскочило.

Хотя он честно постарался отрешиться от вбитых с детства стереотипов и посмотреть на девушку объективно. Но тут еще свою роль сыграл и достаточно юный возраст кандидатки.

Забавно было осознать, что в конце разговора Вей уже мысленно перебирал кандидатуры подходящих для котика женихов. Пришел к выводу, что лучше всего ей найти иностранца. Потому что в отличие от материково-азиатской в европейской или американской культуре девушка будет котироваться на очень высоком уровне, со своей фигурой и личиком-сердечком. Неких островитян, кстати, Вейшенг тоже упоминал как один из вариантов. Я не сразу въехала, что он имел в виду местную версию японцев. У тех как раз в моде «кавай» – маленькие, но при этом фигуристые девушки. Если еще и косолапенькие-косоглазенькие, с выступающими кривоватыми клычками – вообще секс-бомба!

Но японцев мы все же дружно забраковали, ибо их отношение к женам в принципе не то, что хотелось бы для маленькой Мяо. Слишком формально и… м-м-м… не сказать, чтобы прям мало свободы, но вот свой бизнес девушка, имеющая мужа, там откроет вряд ли. Островитяне считают, что жена должна полностью отдавать себя семье и детям. Поэтому, выходя замуж, женщины поголовно увольняются с работы и всю оставшуюся жизнь либо ждут дома мужа, либо водят детей по разным развивающим школам. А для себя разве что посещают клубы материнства, магазины и фитнес-центры. Если же девушка продолжает работать – это может быть воспринято чуть ли не как оскорбление для супруга: ведь явно намекает, что тот не в состоянии содержать семью.

Короче говоря, материковый вариант нам больше подходит. Тут тоже все сплошь патриархальные ретрограды, но женщина может работать. Это в каком-то смысле налагает на нее двойные обязательства: работу по дому никто не отменял, и она просто навешивается на несчастную девушку как вторая смена. Но! Мяо из богатой семьи, как минимум мыть посуду вечерами после семейного ужина ей не грозит.

А еще лучше на запад отдать. Или оттуда породистого мужика выписать. У них эмансипация, уважение к личному пространству, равноправие в домашних обязанностях и вот это все. Чаще на словах, конечно… но тут вопрос дрессировки.

«У нас есть филиалы за границей. Там работают высококлассные инженеры, к тому же мы партнерствуем с западными корпорациями, среди которых есть даже “олд мани фемили”. Что-нибудь подходящее наверняка подберем. Но… только если она действительно покажет себя как умелый и целеустремленный управленец. Возможно, ее энтузиазм быстро угаснет, стоит увидеть горы требуемой документации, а потом оценить колоссальные объемы работ и еще более колоссальные для ей подобных инвестиции, – решил Вейшенг, когда мы уже распрощались с полной вдохновения котенькой, умчавшейся собирать бумаги по недвижимости. – Если нет – лучше дома хорошего мужа поищем. Такого, который не будет мешать ей лечить котов, станет оплачивать счета и любить Сяо Мяо просто за то, что она создает уют своим присутствием. Такого найти даже легче будет, ныне развелось много слабохарактерных и мягких сыновей. Даже среди богатых и влиятельных».

Я мысленно хмыкнула, смеясь над его характеристикой хорошего мужа. Но не преминула уточнить: «Эта девочка действительно распространяет вокруг себя ауру чего-то мягкого и пушистого, рядом с ней приятно находиться. В конце концов, благотворительность – отличное занятие для жены богатого человека. Будет курировать приюты для животных. Кстати, насчет слабохарактерности претендента ты не прав. Возможно, сильному человеку, перегруженному заботами, такая котенька будет и нужнее, и дороже. Проблемы вовне он сам решит. А дома надо отдыхать и греться».

«Хм… ну если с этой стороны посмотреть, – серьезно задумался Вейшенг, – тогда она даже мне подойдет. Я постоянно настолько устаю от работы, что, если женщина в доме будет просто милой, молчаливой и уютной, это уже хо…»

«Нет! – сама не ожидала от себя такого гневного рыка. Выдохнула и попыталась объяснить: – Тебе нужна другая. Та, что расшевелит. И погладит, и согреет, и пинка выдаст, если начнет заносить. А еще нужна такая, что смело даст отпор твоим родственникам и прочим недоброжелателям. С последним у котеньки проблемы».

«Да, похожая на Риту», – выдохнул Вей, и меня окатило волной светлой тоски и грустной самоиронии. В голове мелькнул образ какой-то бойкой симпатичной азиатки, которая самозабвенно поедает ведерко мороженого на диване в неизвестной мне гостиной.

Кхм… Ладно, я еще разберусь, что там за Рита такая и куда ее определить – в союзники или враги. А пока…

А пока нам предстояло посетить вечернее мероприятие в главном доме семьи У. У-у-у…

С одной стороны, любопытно посмотреть своими (ладно, напополам!) глазами на главных действующих лиц. Мамочку и старшего брата я уже оценила, но, судя по мыслям Вейшенга, там еще дофига разного народа влияет на нашу жизнь. Помимо отца и его официальной (воу!) любовницы, есть какие-то две тетушки и один дядюшка. Сестры и братья отца? А, нет, вторая тетушка – это жена дяди, угу. А где тогда муж родной тети? Хм, за границей, поняла.

Еще есть целая толпа кузин и кузенов. Между прочим, они в очереди за наследством занимают далеко не последнее место. Вот кого стоит опасаться Линьяо! Если власть уйдет в другую ветвь семьи, мы, конечно, с голоду не умрем. Но существенно потеряем в возможностях влиять на собственные жизнь и бизнес. Потому что, блин, тут считают даже не по прямому родству, а по старшинству. То есть после отца на трон (тьфу ты, на кресло председателя) сначала претендует его младший брат. Потом только Линьяо, третий в очереди – кузен от тети, затем еще один кузен от дяди, и только потом Вейшенг.

Это, опять же, если по закону страны. А по законам леса и семьи – кто смел, тот и съел.

Уф, как все сложно!

Для начала мы вернулись домой, чтобы переодеться обратно в строгий деловой костюм. И почти это сделали… когда вдруг в мою голову пришла интересная мысль. Мамочка ведь знала и о свидании, и о вечерней встрече? Может, она не просто так всучила нам с утра джинсы с водолазкой за миллион денег? Может, на этом у нее построен какой-то расчет? Стоит ли ломать его без предварительной консультации?

Вейшенг под эти мысли завис у зеркала. Реально завис, даже моргать перестал.

Глава 13

Кристина

Вей вздохнул и отмер.

«Мама всегда что-нибудь… задумывает. Но сегодня вечером все будут в парадных одеждах. Джинсы – это как минимум неуважение. – Он снова уставился в зеркало, поправляя галстук. – К тому же я терпеть не могу, когда на меня смотрят сверху вниз. Особенно родственники. Неформальный стиль в одежде спровоцирует их относиться ко мне подчеркнуто как к младшему. И даст отцу повод сделать замечание. Чему все будут только рады».

«Противные?» – спросила я, вступая в мысленный диалог.

«Противные? – посмаковал Вейшенг мысль. – Не совсем точное слово. Скорее надоедливые. И невыносимые в своем желании унизить, тем самым показав собственное превосходство. Но увы, в нас течет одна кровь. Это обязывает».