Ива Лебедева – Мой азиатский принц 2 (страница 24)

— Да при чем тут расхваливать, — сердито отмахнулась мать. — Мой сын достоин лучшей девушки, и я довольна, что такая, как она, обратила на него внимание, несмотря на… кхм…

— То есть лучшая — это только вышедшая из долгой комы и бывшая до этого настоящей затворницей с нестандартной фигурой? — не выдержал я маминой лести чужому человеку и ударил по самым очевидным вещам. Пусть и почувствовал себя после этого… не очень хорошим человеком.

— Тебе ли не знать, какими разными бывают обстоятельства. — У матери вдруг задрожали губы, а глаза налились слезами. — О нашем сыне тоже теперь болтают… подобные глупости!

— Кто болтает, тот без языка останется, — довольно буднично пожал плечами глава рода У. Так спокойно, будто это не было даже угрозой.

А я вдруг понял, куда делась последняя любовница отца Чхве Дон Ин. Вспомнил смутные шепотки среди прислуги о том, что красотка не сумела вовремя промолчать, и… нет, никто ее не убивал, но на данный момент у отца нет «подруги по контракту».

— Тем не менее до покушения я не вызывал сочувствия. Все эти слухи — вина лишь болезни. Тут же наоборот. Будучи здоровой, девушка была далеко не лучшей кандидатурой, согласитесь. Чем докажете, что она снова не скатится в прежнее состояние? И я говорю даже не о внешности, это вторично.

— В любом случае ее положение сейчас выгоднее. Она из своей болезни вернулась в мир другим человеком. Тем, кому достаточно было лишь раз показаться в сети, поболтать о каких-то глупостях, и все вокруг оказались очарованы ею, — вздохнула мать. — На данный момент Сюэ Кирэн весьма успешно монетизирует и свою амнезию, и былое бешеное увлечение группой айдолов, и даже то, какой нелюдимой дурнушкой она была.

Отец едва заметно пожал плечами, лицо у него было такое, что непонятно, одобрял ли он внезапную популярность девушки или осуждал.

— Вы меня не слышите⁈ Я не про сейчас. Я про будущее! — От злости я даже слегка хлопнул по столу. — И хватит обливать эту… сиропом. Я уже согласился с ней встречаться, не надо снова и снова тыкать меня в эту женщину носом, как котенка в миску с молоком.

— Хм, — странновато поддержал меня отец. — Сын прав. Как минимум она должна найти для него время раньше, чем через неделю. Какая бы она ни была в данный момент… популярная, это не отменяет прошлого и не делает ее безупречной. Именно поэтому молодым стоит встречаться почаще, чтобы у Вейшенга было больше возможностей узнать ее. И заметить, если что-то не так. Возможно, действительно есть риск скатиться к прежнему состоянию.

— Хорошо, я позвоню главе Сюэ еще раз, — со вздохом согласилась мама. — Думаю, мы сможем что-нибудь придумать. Не беспокойся, сынок.

Я — «не беспокойся»⁈ Гуй побери, почему все выглядит так, будто мы говорили об одном, а договорились до совсем другого⁈ Словно я выклянчил лишнее свидание, потому что мне приспичило! Да ни с кем я не хотел встречаться посреди недели, просто нужно было больше информации!

Но с другой стороны, отец прав. Если нас заставят подписать брачный контракт, надо хоть успеть узнать ее поближе, чтобы в случае чего вовремя дать задний ход!

Глава 32

— Не буду я никакие наклейки за уши клеить! — Этой малолетней мымре определенно давно не выдергивали космы для прояснения ума. — И тебе незачем! Дай сюда!

— Ай! Дура! Куда⁈ Зачем в окно выбросила⁈

— Потому что незачем сходить с ума. Даже красота должна быть в меру. — Я вернулась к кровати и серьезно посмотрела на разобиженную Мейрен. С некоторых пор, уж не знаю почему, но если дело доходило до рукопашной, то либо она поддавалась, либо я реально стала сильнее.

Но скорее всего, дело в другом. Я вела себя как старшая. Причем не просто требовала подчинения, бравируя парой лишних лет, как тут частенько принято. И как раньше поступала Кирэн. Я заботилась, чему-то старалась научить и, главное, искренне привязалась к этой противной девчонке.

И Мейрен в ответ постепенно начинала вести себя так, как в здешней культуре прописано чуть ли не на генном уровне: как младшая сестра. Она могла орать, капризничать, ябедничать. Но только в мелочах. А вот в главном — слушалась.

Это ощущалось очень странно и ответственно. Но мне нравилось.

— Сейчас так модно, — пробурчала Мейрен, грустно глядя в окно. Видимо, хотела сбегать и забрать странные аксессуары, которые делали уши чуть более оттопыренными. Но так как стрим должен был начаться с минуты на минуту, ей пришлось отказаться от этой мысли.

— Зато вряд ли полезно. Плюс ко всему совершенно неестественно. У меня и так уши торчат, а у тебя…

— А у меня нет!

— А у тебя парень из Латинской Америки. Там нет фетиша на Чебурашек.

— На кого⁈

— Я тебе показывала мультик с Островов, помнишь?

— А, про милого крокодила и его друга с большими ушками? — припомнила она. — Совсем детский, но необычный.

— Да. Так вот, Энрике вряд ли фанатеет по таким лопухам, — я изобразила ладонями уши и даже демонстративно похлопала ими, — так что успокойся. Ты ему хочешь понравиться или куче неизвестного народа на моем стриме? Рановато давать повод для ревности.

— Что б ты понимала. Люди будут писать комментарии. О том, какая я красивая. Энрике их прочтет…

— … и только тогда поверит, да. Своих глаз у него, видимо, нет. Не веди себя как дурочка, мелкая, и лучше проследи в сети иностранные тренды.

— Я искала! У них у всех такая белая кожа. А ты запретила делать инъекции! И капельницы тоже запретила! Еще и бабушке настучала! Мама меня чуть не убила потом… настоящую истерику закатила!

— Еще чего не хватало. Травить организм препаратом с недоказанными медицинскими свойствами! Совсем с ума сошла? Лучше бы посмотрела, как они одеваются и ведут себя!

— Чего это недоказанными⁈ Препараты снижают в коже содержание мелатонина. Лицо становится белее! Как у фарфоровой куколки и лепестков белого лотоса! — явно процитировала она рекламу.

— Ага, извилины прямее, руки кривее, почки отваливаются, печень вылезает из ушей. Ты такого делать не будешь, я сказала! Мало нам одного раза⁈ Кирэн… прежняя Кирэн чуть не умерла из-за подобной чуши. Хочешь довести родителей до инфаркта⁈

Мейрен заморгала и как по мановению волшебной палочки прекратила обиженно надувать губы. Испуганно выдохнула и все же спросила:

— Почему ты теперь называешь себя в третьем лице? И… погоди. Это ведь был несчастный случай! Бабушка сказала… — замялась она.

— Потому что я не помню себя до больницы. Для меня та Кирэн — будто другой человек. Который настолько хотел быть худым и красивым, что травился всякой «сертифицированной» дрянью за миллионы. А потом и вовсе позволил врачам-шарлатанам себя почти убить. — Я сердито прикусила губу, чтобы не проговориться о том, что формально-то Кирэн именно убили. — По сути, бабушка сказала правду. Это был несчастный случай, произошедший по вине моей доверчивости к трендам и безалаберности медицинского персонала.

— Ты… что ты сделала⁈ — Мейрен испугалась и побледнела так, будто все произошло не в прошлом, а прямо сейчас.

Слава всем богам, объясняться мне уже не пришлось, потому что комп в углу начал орать. Мы на него несколько «напоминалок» поставили: за час до стрима, за полчаса, за десять минут и за две минуты. Вот сейчас двухминутка и сработала.

Пришлось все бросать и бежать работать. Но что удивительно — я уже делала это без какого-либо внутреннего сопротивления. Хотя по-прежнему не «горела идеей» в том плане, как это принято: желать миллионных просмотров, придумывать сценарий, генерировать цепляющий контент… Мейрен пыталась что-то такое втирать поначалу, но тут я уперлась рогом в экран насмерть.

Я буду делать только то, что мне нравится и не идет вразрез с моралью и совестью. Болтать с народом, учиться краситься, обсуждать темы, которые мне интересны. Ругаться на то, что мне не нравится. И пока меня смотрят — о’кей. Перестанут — тоже норм. Кривляться специально я не стану, как и поддерживать всякие неадекватные тренды.

Сестра еще долго ворчала, что это неправильно. Так никто не делает. Это вразрез с любой стратегией продвижения. Но…

Но быть собой у меня получается лучше всего. Любая попытка притвориться кем-то другим превращает меня в сломанную куклу с механическим голосом и тусклым взглядом. Разок увидев такое, даже моя самопровозглашенная рекламщица испугалась и отцепилась со своими сценариями.

Сегодня, кстати, она сама виновата со своими ушными наклейками. Я села к микрофону заряженная на все сто и с ходу принялась бухтеть в аудиторию на тему: люди, вы совсем с ума посходили⁈ Это что вообще такое, это ж ужас сплошной!

Ага, побухтела одна такая. Эти психи как напали на меня! Как начали тащить в чат ссылки и картинки всяких разных улучшайзеров внешности и уловок макияжа, и я послушно разглядывала то вставки в нос, чтобы изменить его форму, то накладные подбородки (не бороды, нет! Подбородки!), то и вовсе какие-то жуткие агрегаты, отдаленно похожие на помесь прищепки с хоккейной маской. Последние были нужны для того, чтобы деформировать все тот же многострадальный нос. На ночь надеваешь, прищепкой в нужном месте зажимаешь…

— Божечки-кошечки, — выдохнула прямо в микрофон, обозревая очередной бьюти-гаджет, — я ж теперь уснуть не смогу, кошмары сниться начнут. Только представьте: просыпаетесь вы ночью, а рядом с вами девушка или парень в таком вот пыточном устройстве лежит по стойке смирно, как труп в мавз… в гробнице! Это ж гарантированный сердечный приступ!