Итаф Рам – Женщина – не мужчина (страница 60)
– Я поступила в колледж в Манхэттене, – объявила Дейа, стараясь говорить ровным голосом. – И буду там учиться.
– В Манхэттене? – В глазах у Фариды мелькнул страх.
– Я знаю, ты боишься, как я буду ездить в такую даль. Но когда я наведываюсь к Саре, я прекрасно нахожу дорогу. Обещаю, что после занятий буду возвращаться прямиком домой. Ты можешь мне верить. Ты должна мне верить.
Фарида не сводила с нее глаз.
– А как же замуж?
– Замужество подождет. Думаешь, после всего, что я узнала, я буду сидеть сложа руки и ждать, когда ты выдашь меня замуж? И даже не пытайся меня переубедить.
Фарида хотела что-то возразить, но Дейа опередила ее:
– Если будешь чинить мне препятствия, я уйду насовсем. И сестер заберу.
– Нет!
– Тогда не становись у меня на пути, – сказала Дейа. – Позволь делать то, что я хочу.
Фарида молчала, и она добавила:
– Знаешь, что сказала мне Сара в последний раз, когда мы виделись?
– Что? – прошептала Фарида. Она так и не повидалась со своей взрослой дочерью.
– Сказала, что я должна учиться. Что это единственный способ создать свой собственный
– Но мы не властны над нашим насибом, девочка моя! Как суждено, так и будет! Вот что такое
– Неправда! Моя судьба в моих руках. Вон мужчинам постоянно приходится принимать решения – они же как-то справляются! А я чем хуже?
Фарида, сморгнув слезы, покачала головой. Дейа ожидала, что она будет спорить, плакать, ругаться, умолять, запрещать. Но, к ее изумлению, ничего такого Фарида устраивать не стала.
– Она хочет с тобой увидеться, – тихо добавила Дейа. – Она сожалеет о том, что сделала, и мечтает вернуться домой. Но боится… боится, что ты все такая же, как прежде.
Фарида, отвернувшись, утерла слезы:
– Передай ей, что я давно уже не такая, внученька. Передай, что я прошу прощения.
Дейа идет между библиотечными стеллажами. Они мощные и высокие, каждый вдвое шире ее. На каждой полке – чьи-то истории: привалились одна к другой, как обессилевшие под тяжким бременем люди, подпирают своими боками миры, спрятанные под соседними обложками. Их тут тысячи, если не миллионы. Может, и ее история где-то здесь. Может, в конце концов она ее найдет. Дейа пробегает пальцами по жестким корешкам, вдыхает запах старой бумаги – она ищет. И вдруг – словно ушат холодной воды – ее осеняет.
«Я ведь и сама могу о себе рассказать», – думает она.
Вот он, этот рассказ.
Исра
Исра не заметила, когда страх успел захватить ее целиком. Теперь он терзал ее так, что она не могла ни есть, ни спать. С тех пор как Адам живого места на ней не оставил из-за школы, она еще больше стала бояться за дочерей и их будущее. Жалела, что не послушала Сару и не отважилась бежать с ней. Но что теперь локти кусать! Нужно спасать дочерей. Нужно уходить.
Исра бросила взгляд на блестящие часики на запястье – три двадцать девять дня. Времени у нее немного. Фарида в гостях у Умм Ахмед, Надин в душе. Надо спешить. Она сложила свидетельства о рождении дочерей, прихватила деньги из Адамова ящика, а потом поднялась наверх – за деньгами и золотом, которые хранила под матрасом свекровь. Исра уже не раз проделывала это в своем воображении, и все прошло даже более гладко, чем она ожидала. «Надо было бежать с Сарой», – в сотый раз подумала Исра, усаживая Лейлу и Амаль в коляску. Глубоко вздохнув, она распахнула входную дверь.
На автобусную остановку Исра пришла раньше времени. Она привыкла каждый день встречать после школы Дейю и Нору, даже радовалась этим прогулкам. Но сегодня все сделалось какое-то чужое: улицы казались длиннее, тротуары – шире. Она твердила себе, что должна быть храброй ради дочерей. Длинный желтый автобус Исра увидела еще издалека и не отрывала от него встревоженного взгляда, пока автобус не остановился перед ней. На часах было три сорок три. На две минуты раньше расписания. «Может, Бог помогает мне», – подумала Исра, когда двери разъехались и на ступеньках показались ее дочки.
Они пошли прочь, шаг за шагом удаляясь от остановки. Когда они завернули за угол, ноги у Исры сделались ватные – но она не останавливалась. «Соберись, – твердила она себе. – Не ради себя – так ради них».
До станции метро на Бэй-Ридж-авеню они добрались к четырем пятнадцати. Спустились по лестнице – Дейа и Нора помогли матери стащить коляску, – и Исра глубоко вздохнула. Внизу было темно, жарко, стены и потолок давили со всех сторон. Исра огляделась, пытаясь сообразить, что делать дальше. Вход загораживали металлические решетки, и Исра не знала, как через них пройти. Мужчины и женщины просачивались сквозь решетки, бросая какие-то кругляшки в металлические отверстия, и она сообразила, что сперва нужно купить жетоны.
Справа обнаружилась стеклянная будка, в которой маячила женщина. Исра подкатила коляску поближе.
– А где можно купить жетоны? – спросила она; язык с трудом одолевал английские слова.
– У меня, – ответила женщина, даже не взглянув на Исру. – Вам сколько?
Исра растерялась.
– Сколько вам жетонов? – проговорила женщина медленнее, бросив на нее раздраженный взгляд.
Исра указала на решетки:
– Мне нужно на поезд.
Женщина объяснила, сколько стоит одна поездка. Ошарашенная валом новой информации, Исра достала десятидолларовую купюру и просунула в окошко.
– Сп-пасибо, – запинаясь, выдавила она, когда женщина насыпала ей в ладонь горсть жетонов.
Руки у Исры тряслись. За турникетами обнаружились две короткие лестницы, которые вели еще ниже. Исра не знала, какую выбрать. Она бросила взгляд по сторонам, но люди неслись мимо, словно участники какого-то забега. Ладно, пусть будет левая.
– Мы заблудились, мама? – спросила Дейа, когда они спустились.
– Нет,
Исра осмотрелась по сторонам. Они стояли посреди сумрачной платформы в толпе народа. С обеих сторон бетонный пол, словно скала, обрывался вниз, к рельсам. Исра проследила за рельсами взглядом – интересно, куда они ведут? – но они исчезали в темноте там, где кончалась платформа.
Над путями висел прямоугольный черный указатель с буквой R в желтом круге. Исра понятия не имела, что эта буква R означает и куда их повезут. Да и какая разница! Главное – сесть в поезд, в любой поезд, и ехать до конечной, как можно дальше от Бэй-Риджа. Теперь возврата нет. Узнай Адам, что она сбежала, столкнись он с ней сейчас, ей не жить. В этом у нее не было ни малейшего сомнения. Но это и не важно. Она сделала выбор.
Исра стояла на платформе в окружении дочерей и ждала поезда. Мир, казалось, распадался на кусочки и ускользал от нее, и все сильнее становилось чувство, будто она парит в дымке где-то сверху, над толпой. Но вот в лицо ударил свет, послышался тихий свист. Медленно, очень медленно свет приближался, а свист нарастал, и наконец Исра увидела поезд – он вынырнул из тьмы и промчался мимо, взметнув ее волосы. Когда поезд остановился и металлические двери разъехались, в груди всколыхнулось победное чувство. Наконец – свобода!
Благодарности
Я хочу поблагодарить моего агента Джулию Кардон, верившую в меня даже тогда, когда я сама в себя не верила. Спасибо за терпение, за дружбу и за все те часы, что ты провела, помогая мне в работе над книгой. Ты для меня больше чем агент, ты моя сестра. Встреча с тобой была одним из самых светлых событий в моей жизни, и я буду вечно благодарна тебе за все, что ты для меня сделала.
Я благодарна Эрин Викс – моему мудрому редактору, настоящему фанатику своей профессии. Спасибо за великолепные идеи, за глубокое понимание моего замысла, за наши долгие телефонные разговоры, за родственную душу, что я нашла в тебе. Ты заставила мою историю засиять всеми красками и помогла мне вырасти над собой – и как писателю, и как человеку. Я бесконечно счастлива, что могу назвать тебя своей подругой.
Спасибо мой семье из
На создание этой книги меня вдохновили Реянн и Иса, мои дети. И женщины Палестины.