Исуна Хасэкура – Волчица и пряности. Том 3 (страница 22)
Лоуренс специально не стал раскрывать первую мысль, пришедшую ему в голову.
Он сделал это, желая проверить, поймет ли Хоро, что он умышленно скрыл правду.
- Если Амати выполнит условия договора, я тоже выполню, - добавил он.
- О?
Хотя Хоро не подняла головы, Лоуренс не сомневался, что сейчас она вовсе не смотрит на свой хвост.
- Разумеется, ты была свободна с самого начала, так что можешь делать что хочешь, по собственной воле.
- А ты довольно самоуверен.
Хоро расплела сложенные крест-накрест ноги, опустив ступни на пол.
Сейчас она приняла «позу готовности»; такую позу она принимала всякий раз, когда собиралась атаковать Лоуренса. Увидев это, он слегка вздрогнул, но тут же ответил с твердостью в голосе:
- Дело не в самоуверенности; просто я тебе доверяю.
Одно и то же можно выразить многими способами.
Хотя мысль в его словах была та же, Лоуренс чувствовал, что, высказанная такими словами, она звучала более по-мужски.
На какое-то мгновение на лице Хоро появилось ошеломленное выражение; но, с ее сообразительностью, она тотчас поняла, что у Лоуренса на уме.
Весело рассмеявшись, она легко вскочила с кровати и заявила:
- Вообще-то ты гораздо симпатичнее, когда паникуешь, как ребенок.
- Я сам впечатлен тем, как я повзрослел.
- Пфф, ты думаешь, что можешь считаться взрослым только потому, что умеешь держаться с достоинством?
- А это не так?
- В игре, если ты хорошо держишься лишь после того, как оценил шансы и понял, что они в твою пользу, это показывает всего лишь, что ты не совсем дурак, а вовсе не что ты взрослый.
Услышав столь блестящее заявление от волчицы, возраст которой исчислялся веками, Лоуренс невольно кинул на нее подозрительный взгляд, словно она была продавцом какого-то странного товара.
- К примеру. Когда Амати предложил тебе договор, если бы ты отказался, это тоже был бы поступок, достойный уважения, разве нет?
Лоуренс не успел даже сказать «нет», как Хоро, полностью завладевшая инициативой, продолжила:
- Я думаю, ты в первую очередь оценил реакцию всех, кто был вокруг, и попытался понять, потеряешь ты лицо или нет, так было?
- Ээ…
- Давай-ка рассмотрим ту же сцену, но обратим всех участников. Иными словами, я скажу так…
Легонько прокашлявшись и прижав правую руку к сердцу, Хоро продекламировала:
- Я никоим образом не могу принять этот договор. Мое желание – всегда оставаться с Лоуренсом. Даже если на мне бремя долга, этот долг – тоже связь, соединяющая меня и Лоуренса. Сколько бы связей ни соединяло меня и Лоуренса, я не выдержу, если разорвется хоть одна… и поэтому, даже если меня поставят к позорному столбу прямо здесь, я не приму этот договор… ну, примерно так. Как тебе?
Это было почти как сцена из оперы.
Хоро говорила с таким серьезным выражением лица, что ее речь тронула Лоуренса до глубины души.
- Если бы я услышала, что кто-то говорит такое мне, у меня бы просто дух захватило от восторга.
Лоуренс, хоть и понимал, что Хоро шутит, чувствовал в то же время, что в ее словах есть резон.
Но, во всяком случае, он не собирался сразу это признавать: если бы он это сделал, это было бы все равно что признать, что он бесхребетный человек, принявший договор лишь из стремления хорошо выглядеть в глазах других. Более того: если бы он и впрямь сделал столь смелое заявление, может, его и не стали бы высмеивать тут же на месте, но это создало бы ему трудности в будущем.
- Возможно, это действительно поступок, достойный мужчины, но вот взрослый ли это поступок – это совсем другой вопрос, верно?
Хоро скрестила руки на груди; взгляд ее какое-то время блуждал в пространстве. Затем она легонько кивнула и сказала:
- Конечно, такое поведение достойно хорошего самца, но в то же время это поведение юнца, который не думает о последствиях. Такое заявление может вызвать восторг, но, пожалуй, оно чрезмерно сильное.
- Я был прав, верно?
- Да. Вообще, если подумать, поведение истинного самца и истинного взрослого – совсем разное. Истинный самец выглядит как ребенок, а истинный взрослый кажется совсем никчемным.
Если бы это заявление Хоро, столь пренебрежительное к мужчинам, услышал какой-нибудь особо упертый рыцарь, он бы, скорее всего, разозлился настолько, что немедленно полез бы в драку с мечом наперевес.
Глядя на насмешливо улыбающуюся Хоро, Лоуренс, естественно, не упустил шанса нанести ответный удар.
- А если так, то что бы сделала мудрая волчица Хоро – истинная женщина и истинная взрослая – в ответ на предложение договора?
Хоро, держа руки скрещенными на груди и продолжая улыбаться, ответила мгновенно:
- Приняла бы договор с улыбкой на лице, конечно же.
От этих слов Лоуренс лишился дара речи. Хоро продолжала улыбаться.
Глядя на эту улыбку и на то, с какой легкостью она согласилась на договор, предложенный Амати, Лоуренс мог лишь вообразить, насколько она была спокойна, собранна и мудра.
Думал он, однако, совершенно не так, как Хоро.
Лоуренс вновь осознал, что перед ним стоял не обычный человек, а Хоро, прозывающая себя мудрой волчицей.
- Конечно, как только я бы приняла договор и вернулась на постоялый двор, я бы подошла вот так…
Хоро медленно, шаг за шагом, двинулась к Лоуренсу, заставляя того отступать, пока он не оказался в углу комнаты. Затем она опустила наконец руки и, чуть потянувшись к Лоуренсу, добавила:
- …и склонила бы голову.
Уши и хвост ее вяло свисали, плечи поникли, словно она полностью обессилела. Впрочем, это бессилие было кажущимся. Если Хоро затеяла очередную ловушку, она была не из тех, что можно было легко заметить.
В следующую секунду раздался смешок Хоро. Сердце Лоуренса наполнилось странным предчувствием.
- Однако ты сошел за хорошего торговца. Уж конечно, ты подписал договор, потому что решил, что в этой игре у тебя хорошие шансы на выигрыш. И все же ты наверняка предпримешь множество тайных шагов, просто на всякий случай.
Хоро подняла голову и с радостным видом встряхнула ушами и хвостом. Одновременно она описала полукруг и прижалась к Лоуренсу сбоку.
Разумеется, ее намерение Лоуренс понял мгновенно.
- Ты хочешь, чтобы я взял тебя с собой на праздник, верно? – спросил он.
- Чтобы выполнить договор, торговец не постесняется подкупить кого-нибудь, правда?
Договор между Лоуренсом и Амати не относился к Хоро прямо. И тем не менее вся эта суета должна была закончиться предложением Амати к Хоро – успешным или неуспешным. Называя вещи своими именами – получит ли Лоуренс тысячу монет задаром или нет, зависело от настроения Хоро.
С учетом этого всего – как мог Лоуренс не подкупить Хоро, от которой столь многое сейчас зависело?
- Я в любом случае должен сейчас собрать сведения об Амати, думаю, я вполне могу взять тебя с собой, пока я это делаю, - проговорил он.
- Ты имеешь в виду, что ты пойдешь со мной гулять и во время прогулки будешь собирать сведения? – и Хоро ткнула кулачком Лоуренса в бок.
- Договорились, - вздохнул Лоуренс и улыбнулся.
***
Первое, что необходимо было сделать, – это выяснить, как у Амати обстояли дела с деньгами.
По прикидкам Лоуренса, Амати не мог разом выложить тысячу серебряных монет; Бартоз говорил, что для того, чтобы получить деньги, Амати пользуется не вполне достойными способами, так что оценка Лоуренса, по-видимому, была верной.
Однако если Амати удастся набрать нужную сумму, это будет неприятно. Поэтому Лоуренс решил направиться к палатке Марка и попросить его помочь собрать нужные сведения.