Исуна Хасэкура – Волчица и пряности. Том 1 (страница 33)
Она говорила раньше, что в деревне Пасро осталась потому, что селяне к ней тогда хорошо относились, и потому что ее друг попросил ее позаботиться о полях. С какой стороны ни посмотри, Хоро много лет старалась делать все, чтобы пшеничные поля процветали. И тем не менее, после того как она прожила на этой земле сотни лет, люди, что ее окружали, перестали в нее верить. И вот теперь она услышала, что эти люди намерены сказать ей последнее прости – как же она должна была себя чувствовать?
Слезы текли из глаз Хоро, на лице ее было написано сожаление и вместе с тем печаль.
Хоро говорила уже, что ненавидит одиночество.
Говаривали, что бог заставляет людей молиться себе – если это действительно так, то, возможно, просто из-за того, что он одинок.
Лоуренс вполне мог представить себе такую причину; тем сильнее ему хотелось потянуться к Хоро, утереть ей слезы.
- Кто как воспринимает окружающее – его личное дело. Раз я хочу вернуться на север, мне все равно пришлось бы покинуть это место. И раз меня здесь никто не держит, я просто толкнулась бы посильнее задними лапами, и только меня и видели. Так и проще было бы все забыть. Но... просто взять и тихо уйти не получится.
Хоро перестала плакать, но Лоуренс все еще слышал, как она шмыгает носом. Лоуренс легонько погладил ее по голове и, улыбнувшись самой лучшей улыбкой, на какую был способен, сказал:
- Я... нет!
Разумеется, слово «мы» он подчеркнул специально.
Хоро кинула на Лоуренса быстрый взгляд и тут же опустила голову обратно; слезы вновь потекли у нее из глаз. Наконец она кивнула и подняла голову. Лоуренс снова помог ей вытереть лицо. Хоро глубоко вздохнула и руками стерла слезы, собирающиеся в уголках глаз.
- ...Мм, сейчас намного лучше.
Хоро со смущенным видом стерла с лица остатки слез и, улыбнувшись, слегка пихнула Лоуренса кулачком в грудь.
- Я уже несколько сотен лет ни с кем толком не разговаривала. Похоже, я разучилась сдерживать чувства. Я уже дважды плакала рядом с тобой, но я бы все равно плакала, даже если бы тебя не было. Понимаешь, что я хочу сказать?
Лоуренс поднял руки и, пожав плечами, ответил:
- Ты намекаешь, чтобы я не понял тебя неправильно.
- Мм, - кивнула Хоро, довольно катая кулачок по груди Лоуренса. Поведение ее было настолько милым, что Лоуренс не удержался от улыбки и произнес:
- Я тебя сопровождаю только ради денег. Пока наше дело с Гильдией Милона не окончено, наша работа – спастись бегством. Когда во время бегства кто-то плачет и поднимает шум по пустякам, это сильно мешает. Так что, даже если бы рядом со мной плакал кто-то другой, а не ты, я бы...
Лоуренс осекся. Теперь глядящее на него лицо Хоро было полно обиды.
- ...Какая же ты коварная.
- Мм, это привилегия женщины, - невозмутимо заявила Хоро.
Лоуренс, улыбнувшись, легонько ткнул ее пальцем в лоб.
Створка окошка, отделяющая их от козел, открылась, словно специально дожидалась, когда же они, наконец, закончат разговаривать. В окошке появилось лицо возницы; на лице была чуть печальная улыбка.
- Приехали куда нужно. Я надеюсь, вы закончили беседу?
- Мм, но еще столько осталось, о чем надо поговорить, - ответил Лоуренс, специально подбавив бодрости в голос, и отодвинул в сторону доску с пола повозки. Хоро встала со своей скамьи и рассмеялась.
- Я так и думал – те, кто заварил всю эту кашу, не такие, как все, - с улыбкой произнес возница.
- Ты про эти уши? – кокетливо поинтересовалась Хоро. Возница рассмеялся, словно признавал поражение, и ответил:
- Как погляжу на вас двоих, самому хочется вернуться к тем дням, когда я был бродячим торговцем.
- Лучше не надо.
Лоуренс сдвинул в сторону каменную плиту, спустился в тоннель, дабы удостовериться, что это именно тот, который им нужен, и вернулся в повозку, чтобы позволить Хоро пойти первой. Когда Хоро ушла вниз, он завершил свою мысль.
- А то тебе может не повезти так же, как мне, и ты подберешь кого-нибудь вроде нее.
- Почему это «не повезти»? Козлы повозки слишком широкие для одного. Я бы с удовольствием пожил так, как ты сейчас!
При этих словах на лице Лоуренса появилась горькая усмешка – он знал, что любой бродячий торговец сказал бы точно так же. Но отвечать он не стал, предпочтя просто спуститься в тоннель. Он знал, что если попытается сказать что-то еще, его слова его же самого сконфузят. И, что важнее – внизу его ждала Хоро.
- Скорее это мне не повезло, что меня подобрал именно ты.
Когда возница, перебравшись в повозку, вернул на место каменную плиту и стукнул по ней несколько раз, тоннель погрузился в непроглядную тьму; тогда-то Хоро и произнесла эти слова. Сверху донеслось слабое ржание лошади. Лоуренс прислушивался, одновременно отчаянно ломая голову, как бы ему безболезненно сменить тему. В конце концов он понял, что, что бы он сейчас ни сказал, победа все равно останется за Хоро, так что лучше просто сдаться.
- Ты вправду слишком уж коварная.
- Но ведь именно такая я самая милая, неужели не так? – тотчас ответила Хоро, словно это было что-то само собой разумеющееся. И что Лоуренс мог на это сказать?
«Нет! Именно из-за того, что я все время думаю, чем бы получше ответить, я и попадаю в ее ловушки!» - мелькнуло в голове у Лоуренса. Тогда он решил выбрать самый неожиданный ответ. Он решил сперва внести смятение в сердце Хоро, а затем посмеяться над ней.
Для начала он слегка откашлялся. Затем, повернувшись к Хоро спиной, он застенчивым тоном произнес:
- Ээ... да... ты действительно милая.
Лоуренс был уверен, что такого ответа Хоро не ожидала. Он смотрел в угольную черноту тоннеля, изо всех сил стараясь не рассмеяться. Как он и ожидал, Хоро молчала.
«А теперь пора нанести удар».
В то самое мгновение, когда Лоуренс собрался уже обернуться к Хоро, его руки коснулось что-то мягкое. На секунду его разум полностью отключился; затем он осознал, что чувствует маленькую, нежную руку Хоро.
- ...Я так счастлива.
При этих словах, произнесенных чуть застенчиво и чуть кокетливо, совсем по-девичьи, как сердце Лоуренса могло не дрогнуть? Тем временем Хоро стиснула его руку чуть сильнее – похоже, она тоже была смущена.
В итоге последний удар нанесла все-таки Хоро.
- Все-таки ты такой миленький мальчик.
Интонации Хоро намекали, что Лоуренс был ей невыносим. Лоуренс рассердился. Не на Хоро за то, что она произнесла эти слова, а на себя – за то, что дал Хоро возможность их произнести. Но отбросить руку Хоро он не хотел, а больше ничем ответить не мог. Да и Хоро руку не убирала – и от этого Лоуренс был счастлив.
И все же Лоуренс пробурчал себе под нос:
- ...Слишком уж коварная.
В подземелье воцарилась тишина.
Потом эту тишину разбил смех Хоро.
Глава 6
Внезапно Хоро замерла. И вовсе не потому, что из-под ноги у нее с испуганным писком рванулась в темноту крыса.
Несмотря на мрак, в котором Лоуренс не видел даже пальцев собственной руки, он повернулся к Хоро. В какой стороне находится Хоро, он знал всегда, ибо по-прежнему держал ее за руку.
- Что случилось?
- Ты разве не чувствуешь? В воздухе какое-то движение.
Где именно под городом они находились – Лоуренс не был уверен; однако вот уже некоторое время он ощущал запах чистой воды. Поэтому он решил, что они с Хоро находятся где-то недалеко от рынка. Во всяком случае, Лоуренс знал, что реки, текущие вдоль города, довольно далеко отсюда. Раз так, нетрудно было сообразить, что наверху непрерывно движутся бессчетные количества людей и лошадей, а значит, и дуновение воздуха более чем закономерно.
- Это движение – оно идет сверху?
Лоуренс скорее почувствовал, чем увидел, как Хоро поворачивает голову из стороны в сторону. Однако тоннель, где они находились, шел лишь в двух направлениях.
- Будь у меня усы, все уже стало бы ясно...
- Может, тебе просто кажется, что тебя преследуют?
- Нет... вот. Вот этот звук. Что за звук... вода? Это плеск воды...
Глаза Лоуренса расширились. У него появилось предчувствие, что в подземелье началась охота на него и Хоро.
- Звук идет спереди. Плохо, нам придется возвращаться.
- Здесь нет развилок?