Искандер Лин – Раскаты Грома (страница 13)
– Помню, Саш, – стопки легко прозвенели, когда массивные пальцы генерала переносили их обратно в стол. – И красные пятна на форме: чтоб…
Громов перехватил фразу друга:
– Чтобы знали, что будет, если твари прорвутся. «Своей ли, чужой ли будешь окроплён!»
– Да и ведь забрызгало, – Лыкоренко перевёл взгляд на начальника штаба. – Сколько живых ушло с первой линии обороны?
– Не более десяти процентов личного состава. В первые часы после аварии были максимальные потери, – спокойно констатировал Кононов.
Желваки Громова задвигались, но спустя несколько секунд всё пришло в норму:
– Как они вообще смогли организовать первую линию обороны? Как смогли задержать их?
– Почти не смогли, – продолжил светловолосый молодой офицер. – Была и неразбериха в том числе. С Центра в части пошёл протокол «восьмидесятки». А никто из них ничего не знал про «Лавину». Отправили всех, кого можно было поднять за 25 минут. Потеряли многих. Первым барьером стали наблюдательные пункты старого полигона, там же и первый отпор дали.
– Кто эти герои известно? – спросил Громов.
– Один прапорщик смог грамотно навести огонь тяжёлой артиллерии, и подмога прибыла вовремя – второй эшелон сил.
– Прапорщик? Мне нужны такие прапорщики.
– Да. Там был ад, судя по докладу из 211‑го полка, который к последнему разрыву снаряда выехал на позиции. На земле лежал слой из тел. Были и человеческие, и какие-то звериные. Все выжившие – в порванной одежде, контуженные, многие в помешательстве. Прапорщик, кстати, глухим остался. Видимо, снаряды рядом рвались. Но координаты он передал те, что нужны были в самый сложный момент.
– Ему медаль и на пенсию с почётом. Герой этой операции! – улыбнулся Лыкоренко.
– А ведь он действительно лучший, потому что смог выжить, – грустно улыбнулся полковник.
Повисла небольшая пауза.
– Сань, я предлагал им наземную операцию, но они боятся! Боятся не того, что наши части уже понесли большие потери – министерство ещё запарится объяснять про «случайную детонацию склада с боеприпасами» и «героев карантина» – а того, что пока силы до «восьмидесятки» дойдут, разнесут всё к чёртовой матери! И что нужно, и что не нужно! Ни чертежей, ни схем, ничего нет ведь! Они вроде как даже не знают, что есть что из наземных зданий, не то что «подземка»!
– Петь, – командир «Раската» приложил указательный палец к своим губам, успокаивая товарища, – не ищи справедливости на войне. Скажи мне лучше: он был там?
Расстёгивая воротник кителя, давивший всё это время на шею, Лыкоренко сначала не понял о ком идёт речь, но через пару секунд прочёл ответ в глазах Громова:
– Да, Демченко командовал гарнизоном.
– И? – в голосе командира «Раската» чувствовалось напряжение.
– На данный момент считается без вести пропавшим. Эвакуации никакой не было. Связь пропала сразу. Да какая связь? На узел просто протокол пришёл об аварии.
– «Демон», – медленно проговорил Александр Иванович и продолжил негромко, скорее бубня себе под нос, прожигая взглядом стол. – Вечно тебя в адово пекло тянуло!
– За ситуацией следим постоянно! Да ведь? – Лыкоренко повернулся к начальнику штаба.
– Так точно! Два беспилотника, доклады с пунктов периметра каждые 30 минут и сканирование радиоэфира, – тут же затараторил Кононов.
«Угу», – Громов встал из-за стола. Поднял свою полевую кепку и сказал:
– Ладно, нужно проработать план операции.
Кивнув офицерам, он пошёл к выходу из кабинета, надевая на голову не успевшую просохнуть от дождя мокрый армейский головной убор.
Закрыв дверь за вышедшим полковником, Кононов подошёл к столу, за которым Лыкоренко делал пометки в своей записной книжке, сидя во главе:
– Пётр Николаич, ты хоть понимаешь, что они там могут найти?
Хозяин «Гнезда» остановил движение карандаша по листу и поднял глаза на начальника штаба.
Глава четвёртая. На пороге
– Едем мы с поганым Чудом‑Юдом биться, сражаться, родную землю защищать!
– Доброе это дело! Только для битвы вам нужны не дубинки, а мечи булатные.
– А где же их достать, дедушка?
– А я вас научу. Поезжайте-ка вы, добрые молодцы, все прямо. Доедете вы до высокой горы. А в той горе – пещера глубокая. Вход в нее большим камнем завален. Отвалите камень, войдите в пещеру и найдете там мечи булатные.
Люк с грохотом захлопнулся. Первая группа разместилась в пассажирском отделении вертолёта. На двух продольных лавках, прислоняясь спинами к металлической обшивке между круглыми иллюминаторами, сидело восемь человек. Молодой мужчина посмотрел на наручные часы в тот момент, когда машина оторвалась от земли и начала движение вперёд. «11:03», – считал с циферблата командир отряда «Раскат-4» – Вадим Мазков. Он был офицером, чью храбрость, граничившую с безрассудством, знали многие бывшие сослуживцы, о ней слышали и за пределами спецотряда. Когда нужно рискнуть, действовать вопреки страху и «правилам войны», когда счёт шёл на секунды, он со всей своей решимостью врывался в гущу событий и побеждал. Старый – так звали его с незапамятных времён однополчане и друзья. Так он позволял звать себя даже новобранцам, считавшим его старшим братом. Вадим вновь окинул взглядом свой отряд: «Готовы». Затем он пробежался кончиками пальцев по правому краю бронежилета – своеобразный ритуал, который для Мазкова был принципиален. «Если нет петелек, торчащих ниток – живыми вернёмся», – это была наивная, но успокаивающая мысль. Старый перекинул из руки в руку ствол автоматической винтовки, стоявшей прикладом на полу, и поправил под шлемом микрофон гарнитуры, прикрепленной на ухе. Красноватая кожа его щёк прогнулась ямочкой, дополняя улыбку. В серых глазах Вадима заиграли искорки азарта: «Охота». По коже пробежали приятные мурашки от ощущения себя в роли хищника, что на пути к своим ничего не подозревающим жертвам. И его люди идут на задание вместе с ним, а впереди их ждёт добыча. «Вернёмся без потерь», – он воображал, как исполняется это желание.
Вадим поднял взгляд с берец бойца, сидящего перед ним. Это была она. Шерлок – девушка с короткими светлыми волосами, прядь которых свисала над высоким лбом её тонкого вытянутого лица. На белой коже не было шрамов и татуировок. Ярко-красные от природы губы сейчас дарили улыбку ему в ответ. Её зелёные глаза, в которых читался незаурядный ум, заискрились радостью. «Он настроился», – подумала Маша о своём командире. Мария никогда не любила прозвища, но пришлось пойти на уступки и принять правила отряда. Так она стала Шерлок.
Вертолёт немного качало из стороны в сторону. Дверь в кабину пилотов отсутствовала и поэтому все движения их рук были отлично видны. Изредка то один, то другой посматривал на приборы, тянулся пальцами к каким-нибудь тумблерам или кнопкам, расположенным на панеле. За стеклом иллюминаторов мелькнула ограда аэродрома, затем скошенная полоса «запретки», и вот поплыли темно-зеленые верхушки елей.
Здоровяк, ростом под два метра и не менее метра в плечах – «шкаф» – расположившийся на краю лавки, рассматривал моховую опушку, проносившуюся под днищем вертолёта в десятках метров внизу.
– А грибов пособираем? – сказал он громко, повернувшись к отряду с усмешкой на своём простоватом лице. Окружающие были заняты проверкой оружия, подсумков или просто смотрели на лес, куда-то вдаль. Парень с сивыми волосами, сидящий напротив «великана», улыбнулся, что-то шепнул своему товарищу – темноватому мужчине с чёрными глазами и хмурым грозным обликом – дремавшему рядом. Затем голубоглазый сослуживец приблизился к «богатырю» и прокричал сквозь оглушающий гул двигателей:
– Сними уже!
Здоровяк вопросительно насупил брови.
– Мы на борту! Гора, ну ты ж не камешек – думать можешь! С предохранителя сними! – парень хлопнул по прикладу пулемёта, что лежал на коленях увальня.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.