Ирвин Уэлш – Резолюция (страница 57)

НО я тебя информирую, что я также выполнил твою странную просьбу, которая меня немного обеспокоила. Вряд ли нужно напоминать тебе, насколько опасны возможные последствия. Так что, пожалуйста, не делай слишком больших глупостей. (Когда я смотрю на последнее предложение, то понимаю всю тщетность и наивность этих слов.) Просто будь осторожен, Рэймонд. Я чувствую, что скоро произойдет что-то ужасное.

С отчаянной надеждой на лучшее,

Джордж

Очищающее пламя

В Истборне ужасно холодно. Через дорогу от пансионата "Роуз Гарден" краны поднимают огромные облицовочные панели, формируя внешний каркас какого-то здания и заслоняя драгоценный свет слабого декабрьского солнца. Внутри несколько обычных подозреваемых сидят за своими столиками в зоне отдыха. Персонал и обитатели, похоже, ожидают очередной скучной субботы, готовясь заниматься своими обычными делами под люминесцентными лампами, вызывающими головную боль. Позже неоновые полоски над головой со щелчком погаснут. Только огромный телевизор будет мерцать в темноте, освещая лица заключенных.

Менеджер дома престарелых Полли Айвз взяла пару дней больничного, что бывает очень редко. Грета и Салли обсуждают, как плохо она выглядела, и решают, что она и ее бойфренд правильно сделали, что остались дома. Грета, посмеиваясь, замечает:

– Да, у нее ужасная инфекция в груди, этот гриппозный вирус сейчас везде ходит!

– Такой большой симпатичный парень, – сжимает губы Салли. – Я бы рада была, если бы он и с моей грудью поиграл. Заметь, если бы он захотел это сделать, ему бы пришлось руки к моим коленям протянуть! – Она указывает на свою обвисшую грудь и хохочет.

– Повезло Полли, – соглашается Грета. – Я бы точно не отказалась!

И обе женщины громко гогочут в знак согласия. Это привлекает взгляды мужчин, играющих в домино.

Брайан, крупный парализованный старик, собирается принять одну из своих любимых ванночек для ног. Он заметил, что санитар сегодня новый. Где же Гэри? И у воды, которую новый сотрудник наливает в тазик, странный запах. Потом он брызгает ей на халат Брайана. Зачем он это делает?

Она холодная.

Брайан дрожит, когда она проникает ему на спину и плечи. После второго инсульта, перенесенного несколько лет назад, он прикован к инвалидному креслу и едва может двигаться. Гэри это знает. Гэри всегда все понимает. Где же Гэри?

Возникает знакомое ощущение, когда его ноги поднимают и опускают в таз, но в этот раз все по-другому: так холодно. Брайан хочет убрать ноги, но не может ими пошевелить.

Одним быстрым движением новый санитар достает из кармана зажигалку "Bic", зажигает ее и бросает в тазик. Присутствующие с нарастающим изумлением и ужасом наблюдают, как разгорается пламя, охватывая ноги здоровяка, облизывая его голени. Крики Брайана заглушают все остальные звуки. За считанные секунды пламя поднимается по его халату.

Обитатели пансиона замечают, что на санитаре хирургическая маска. Он держит в руке канистру, из которой льет еще бензин на их горящего друга. Языки пламени вздымаются вокруг здоровяка, безжалостно пожирая его тело, и от него валит едкий дым, отчего срабатывает оглушительный сигнал пожарной тревоги. Пансионеры, наконец, обретают дар речи и кричат, а огонь, кажется, скоро превратится в адское пламя.

Санитар смерти выскальзывает через оранжерею. Движения у него дерганые, но стремительные, как у животного, будто собака или кошка спасается бегством с того места, где они получили травму. Охваченные паникой заключенные едва ли замечают, как он добегает до ожидающей его машины, которая тут же трогается с места.

За рулем – пожилой мужчина с суровым лицом. В его глазах сквозит жестокость. Он знает, что находится здесь только потому, что у того человека, который ему позвонил, больше никого не осталось. Двое мужчин обмениваются кивками, машина выезжает на главную дорогу, и санитар снимает маску. Очевидно, что они коллеги, но за друзей их вряд ли можно было бы принять.

В доме престарелых один из самых крепких заключенных, невысокий мужчина в очках, Мэйнуоринг, бросается к ревущему пламени с одеялом.

– ЭТО БРАЙАН, – ревет он. – МЫ ДОЛЖНЫ ЕМУ ПОМОЧЬ!

Пока завывает пожарная сигнализация, Брайан Иэн Мандерсон сгорает заживо, его крики разносятся по всему зданию, приводя в ужас как жильцов, так и персонал. В его голове мелькают лица. Их много, но в конце остаются только два. Одно из них – пацана из туннеля, самого первого; другое – нового санитара, который только что скрылся...

Кто старое помянет

Гэри бросается к месту происшествия, но его почти отбрасывает назад ужасная вонь. Он хватает огнетушитель, заливает пеной пылающее тело. Но этот бесполезный поступок лишь показывает, что Брайана Иэна Мандерсона больше нет. Все, что от него осталось, – это обугленное месиво в инвалидном кресле. Почерневшая плоть отслаивается под напором струи огнетушителя, обнажая белые кости, напоминающие закопченные деревянные палки. Затем тело проваливается сквозь прогоревшее сиденье, складываясь пополам и превращаясь в расплывчатую дымящуюся груду праха на кафельном полу.

После этих ужасных событий жильцов, радующихся, что их спасли от режущих уши звуков сигнализации и едких клубов дыма, выводят в сад. Им разрешают зайти в свои комнаты за верхней одеждой. Перепуганный Гэри думает о том, как безутешна будет Полли. В маленькой диспетчерской объектив камеры показывает пустоту, а на пленках ничего нет. Эта дорогостоящая система безопасности была установлена совсем недавно, но злоумышленник смог отключить камеры видеонаблюдения и скрыться, оставив после себя этот жуткий хаос.

Теперь машина едет медленнее по извилистой прибрежной дороге. Ее место назначения – коттедж, арендованный в отдаленном районе Саут-Даунс. Пассажир смотрит на водителя с суровым лицом, который старше его примерно на десять лет. Глядя ему прямо в глаза, он говорит:

– Ты не такой, как они. Стопудово.

Пожилой мужчина натянуто улыбается.

– Скажи только… как ты узнал, что он был в том доме престарелых?

– Это называется оперативными мероприятиями, – самодовольно отвечает тот. – Как только я выяснил остальное, я разыскал его.

Он видит, что пассажир отвлекся на текстовое сообщение на телефоне.

– Это от сестры, – говорит его более молодой спутник. – Напоминает, что в эти выходные маме исполняется восемьдесят.

– Поедешь?

– Почему бы и нет, – пожимает плечами Рэй Леннокс. – Может, подругу возьму, пусть со всеми познакомится. Повидаю старый Дымоград. Кто старое помянет... – Он высовывает голову наружу и смотрит на волны, которые набегают на гладкий песок, потом на небо. Похоже, за ними по пятам несется грозовая туча. – В любом случае, похоже, что собирается дождь. Как думаешь?

– Хрен его знает. Я что, похож на чертово погодное приложение?

Дуги Гиллман, со своим красным квадратным лицом, действительно напоминает Ленноксу иконку какого-то приложения, которое он скачивал, хотя оно и не для прогноза погоды. Он думает незаметно заглянуть в телефон, но потом решает этого не делать.

– Нет.

Копы и бандиты: две разные разновидности одного и того же дерьма. Они питаются слабостью и недолговечностью. Шаткие конструкции, соединяющие тех, кем мы себя считали, и тех, кем мы были на самом деле. Лучше держаться подальше и от тех, и от других. Но даже если ты будешь избегать этих смертельно скучных ублюдков, они обязательно когда-нибудь влезут в твою жизнь.

Леннокс зажигает сигарету. Вдыхает бессмысленный дым.

Думает о поцелуе с Кармел Деверо, медленном и восхитительном – теперь, когда они оба вне закона. Милая, сложная, порочная и коварная женщина… приятное шевеление в штанах внезапно сменяется приступом безысходной тоски. Но он будет держаться, и все образуется. А может, и нет: во многом нужно разобраться, с Кармел и с законом. Мы только притворялись, что в жизни когда-нибудь наступит развязка. Может, это происходит только тогда, размышляет он, когда у тебя наконец заканчиваются оправдания.

Хватит с него спасать других. Только что он спас свою шкуру, но свою жизнь можно спасти, только проживая ее. Вот этим он и собирается теперь заняться.

КОНЕЦ