Ирвин Шоу – Люси Краун (страница 6)

Паттерсон, поднявшись, вместе с Баннером смотрел, как Люси двумя последними сильными гребками подогнала лодку к дощатому настилу. Оливер придержал нос лодки, Люси, забрав блузу и книгу, сошла на берег. Тони с трудом удержал равновесие, а затем спрыгнул на мелководье, отвергнув помощь.

– Святое семейство, – пробормотал Паттерсон.

– Что вы сказали, сэр? – спросил Баннер с недоумением в голосе.

– Ничего, – сказал Паттерсон. – Он знает, чего хочет, правда?

Баннер усмехнулся:

– Это точно.

– Вы считаете, отец в состоянии воспитать сына таким, каким ему хочется его видеть? – спросил Паттерсон.

Баннер посмотрел на доктора, ожидая подвоха.

– Я об этом не думал, – осторожно сказал он.

– Ваш отец получит то, что он ждал от сына?

Баннер еле заметно улыбнулся:

– Нет.

Паттерсон кивнул.

Они посмотрели на Оливера, приближающегося в окружении жены и Тони, который нес свои удочки. Люси надевала свободную белую блузу поверх купального костюма. На верхней губе Люси и на лбу искрились капельки пота, выступившие из-за долгой гребли, ее босоножки бесшумно скользили по низкой траве. Они зашли в тень деревьев, а когда вышли из нее, длинные обнаженные ноги Люси вспыхнули золотистым светом. Она держалась очень прямо, не вихляя бедрами, как бы стараясь скрыть свою женственность. В одном месте она остановилась и, опираясь рукой о плечо мужа, приподняла ногу, чтобы выбросить гальку, – на мгновение группа застыла под косыми солнечными лучами, пробивающимися через листву.

Паттерсон и Баннер услышали голос Тони.

– В этом озере всю рыбу уже выудили, – произнес он чистым, по-детски высоким альтом. Хотя Тони был высок ростом, он показался Баннеру хрупким и физически неразвитым, а голова его – непропорционально большой. – Цивилизация слишком близко отсюда. Нам бы поехать в северные леса. Правда, там москиты и лоси. С лосями лучше не встречаться. Берт говорит, там иногда приходится нести каноэ на голове, иначе рыбы разнесут весла.

– Тони, – серьезно сказал Оливер, – ты знаешь, что такое щепотка соли?

– Ну конечно, – ответил мальчик.

– Вот что тебе нужно припасти для Берта.

– Ты хочешь сказать, он заливает? – спросил Тони.

– Не совсем так, – ответил Оливер. – Просто его рассказы надо немного подсаливать, как арахис.

– Я ему скажу это, – обещал Тони. – Как арахис.

Они остановились перед Паттерсоном и Баннером.

– Мистер Баннер, – сказал Оливер, – это моя жена. А это Тони.

– Здравствуйте. – Люси кивнула головой и застегнула верхние пуговицы блузы.

Тони подошел к Баннеру и вежливо протянул руку.

– Привет, Тони, – сказал Баннер.

– Привет, – ответил Тони. – Ну и мозоли у тебя.

– Это от теннисной ракетки.

– Поспорим, через четыре недели я у тебя выиграю? – сказал Тони. – Ну через пять.

– Тони… – осуждающе произнесла Люси.

– Это тоже хвастовство? – Тони посмотрел на мать.

– Да, – сказала она.

Тони пожал плечами и повернулся к Баннеру.

– Мне запрещают хвалиться, – пояснил он. – У меня сильный правый удар, а вот слева не идет. Я это от тебя не скрываю, – честно сказал он, – все равно после первой же игры это станет ясно. Я видел однажды, как играет Элсуорт Вайнс.

– Какое впечатление он на тебя произвел?

Тони скорчил гримасу.

– Его переоценивают, – небрежным тоном сказал Тони. – Только потому, что он из Калифорнии, где можно играть на открытом воздухе круглый год. Ты купался?

– Да, – удивленно сказал Баннер. – Откуда тебе известно?

– Ты пахнешь озером.

– Это один из его коронных номеров, – сказал Оливер, взъерошив рукой волосы сына. – Когда он болел, ему завязывали глаза, и у него развился нюх, как у ищейки.

– А еще я умею плавать. Как рыба, – сказал Тони.

– Тони… – снова одернула сына Люси.

Пристыженный мальчик улыбнулся.

– Но меня хватает только на десяток взмахов. Больше не могу. Дыхалка сдает.

– Мы этим займемся, – обещал Баннер. – Надо научиться правильно дышать.

– Я постараюсь, – сказал Тони.

– Джеф тебя научит. Он проведет с тобой остаток лета.

Люси бросила взгляд на мужа, потом опустила глаза.

Тони тоже внимательно и настороженно посмотрел на отца, вспомнив медицинских сестер, диету, боли, постельный режим.

– О, – сказал Тони. – Он будет ухаживать за мной?

– Нет, – ответил Оливер. – Просто Джеф научит тебя кое-чему полезному.

Тони испытующе поглядел на Оливера, пытаясь понять, не обманывает ли его отец. Потом он повернулся и молча посмотрел на Баннера, словно теперь, когда их отношения были определены, необходимо немедленно произвести оценку.

– Джеф, – произнес наконец Тони, – ты хороший рыбак?

– Когда рыбы видят меня, – сказал Баннер, – они начинают давиться от смеха.

Паттерсон посмотрел на часы.

– Я думаю, нам пора, Оливер. Мне надо оплатить счет, побросать вещи в чемодан, и я готов.

– Ты говорил, что хочешь что-то сказать Тони, – напомнил Оливер.

Люси перевела настороженный взгляд с Оливера на Паттерсона.

– Да, – сказал Паттерсон.

Теперь, когда пришло время исполнять обещанное, он пожалел, что поддался на уговоры Оливера.

– И все же, – продолжал он, сознавая свою трусость, – может быть, отложим до следующего раза?

– Я считаю, сейчас самое подходящее время, – спокойно сказал Оливер. – Ты увидишь Тони не раньше чем через месяц, а он, в конце концов, отвечает за себя прежде всего сам, и я уверен, ему следует знать, чего остерегаться и почему…

– Оливер… – начала Люси.

– Мы с Сэмом уже все обсудили, – сказал Оливер, касаясь ее руки.