Ирмата Арьяр – Золотко и дракон, или Не зли ведьму (страница 8)
– Дрянь пойло, а говорили – лучшее коллекционное вино из королевского погреба Анже. Врали! Почему на этой планете так много врут, Кайрен? – хриплый голос Сариана противоречил его изысканной внешности и вызывал чувство диссонанса. Как и широченные плечи, и крепкий загривок, скрытый белоснежным водопадом волос. Их длина ниже пояса свидетельствовала, что корабль коммодора давно не возвращался в родную гавань – по традиции дракониды не стригли шевелюру во время путешествия, лишь забирали в плотный жгут.
По случаю отдыха надоевший жгут был распущен. Китель коммодора тоже фривольно расстегнут, выставив на обозрение украшенное звездами многоярусное ожерелье, а вытянутые ноги Сариан пристроил на соседнее кресло. Надо бы переодеться, но в любой момент отдых мог прерваться, а бегать по отелю полуодетым на глазах у ничтожных людей и еще более ничтожных репти – прямой путь в распылитель. Невзирая на регалии.
– А что ты ожидал? – удивился его черноволосый товарищ. Он выглядел моложе, был более смугл, крепок и широк в кости, толстый жгут волос доходил лишь до лопаток. Во время стазиса волосы, увы, не растут, а полпути Кайрен провел в саркофаге. – Алкоголь не оказывает на нас никакого эффекта. Из нас те еще ценители.
– Ну… какой-то оказывает. Меня вот в сон потянуло.
– Не понимаю, зачем ты это пьешь, если не нравится?
– Должны же мы, наконец, найти ту особенность, свойственную исключительно этой планете, которая позволила нашим слугам выйти из подчинения и поднять бунт. Причем, успешный. Единственно успешный за все века. Может, все дело в пограничном состоянии мозга, возникающего вследствие алкогольного отравления? У них тут есть пословица «Пьяному море по колено». А уж бунт…
– У тебя не человеческий мозг, смею заметить. И разве эксперименты – наше дело? Тем более, разве это дело командира? Оставь это ученым. Наше дело – предоставить им все возможные образцы в необходимом количестве для изучения, а не дегустировать их. Ты рискуешь.
– Зануда. Мне скучно, Кайрен. Чем
– Ты коммодор, но ты – не аль-тар правящего дома, – усмехнулся Кайрен. – И тебе напомнить, что звание адмирала выше твоего?
– Адмирал планетарных войск не выше коммодора космической эскадры при исполнении им и его экипажем боевой задачи! – Сариан сверкнул глазами и гневно раздул ноздри. – Я могу и оспорить правомерность перехода командования на поверхности планеты к…
Черноволосый приподнялся и ловко извлек недопитый бокал из расслабленных пальцев командира:
– Дай-ка мне для образца эту дрянь… Пограничное состояние мозга, говоришь? Исчезает самокритичность и проявляется самоубийственная склонность к бунтам? Хм… Что-то в этом есть, Сариан. Что-то есть… Прими-ка антидот, пока не поздно. И пока не вернулся наш блистательный.
* * *
Дракониды могли не опасаться скорого возвращения блистательного аль-тара.
Их центровой, сияющий как солнце, стоял на самом краю плоской крыши единственного в Грентоне небоскреба, похожего на воткнутый мундштуком в землю кларнет с очень широким раструбом.
Впрочем, музыкальные ассоциации – последнее, о чем думал Аррадор. Его искаженное холодной яростью лицо было обращено к морю, а немигающий взгляд следил за светлым пятнышком на горизонте, которое только драконий глаз мог разглядеть на фоне ослепительного неба и отраженных от морской глади солнечных лучей.
Порывистый ветер трепал не слишком длинные, всего лишь до плеч, золотые волосы аль-тара. В жгут такие не уложишь, только затянуть в хвост, но снятый шелковый шнур Аррадор намотал на кулак. Он с огромным удовольствием накинул бы этот шнур поочередно на шеи мерзавцев, посмевших прикоснуться к его собственности, но ими займутся и без него.
Уже занимаются.
Найдут и распутают все ниточки очередного заговора и уничтожат причастных. Тихо, чтобы не сорвать важные переговоры.
И чтобы не спугнуть. Никого не спугнуть, пока не будет распутана вся сеть.
Осторожно. Чтобы не навести на ненужные мысли, догадки…
Аррадору остается молча наблюдать в стороне. Делать вид, что любуется потрясающими видами, открывающимися с башни-приемника.
Никто не должен заподозрить, что драконидам есть какое-то дело до горстки почти обычных людей, каких-то курсантов и курсанток, найденных через сеть подставных лиц и пристроенных под непрерывное наблюдение.
Но если их попытались выкрасть, то враги все-таки что-то заподозрили? Или это чистая случайность? Почему выбор коричневого клана Борджа для шантажа и срыва переговоров между драконидами и людьми пал именно на птенцов полковника Ренски? Пара студентов-космодесантников, попавших в плен, – это для отвода человеческих глаз, а дракониды намеки отлично понимают. О, эта тысячелетняя игра полутеней!
Возможно, враги не случайно выбрали для переговоров именно Грентон с его Космической академией? Возможно, триумию «Золотого шпиля», воплощению власти Эретаров за пределами Альфа Драконис, подготовили ловушку?
Было бы смешно, если бы не было так досадно. Аррадор не любил, когда кто-то не особо дальновидный начинает совать палки в хорошо смазанные колеса.
«Что скажешь, Сариан?» – мысленно обратился аль-тар к соратнику.
Мысленная связь драконидов в состоянии триумия – еще одно преимущество, неизвестное ни людям, ни паразитирующей на них колонии
«Случайность, аль-тар, – отозвался коммодор. – Клан Борджа зацепил их в борьбе с кланом Горухов. Среди пленников имеется курсант, в котором очень заинтересованы Горухи и опекают через подставных лиц. Именно он и был основной целью. Остальные захвачены бонусом. Но клан Горух освободил почти всех и доставил на свой остров. Полковник Ренски уже там».
«Вас не засекли?» – привычно спросил аль-тар, хотя чутье подсказывало, что все в порядке.
«Ха! Кто бы смог? Все идет по плану, – рассмеялся Сариан, отправив картинку тоскливых посиделок в отеле. – Сидим, играем спектакль перед слежкой. Травлюсь под камеры местным пойлом, закусываю антидотом. Кстати, у пойла оказался любопытный эффект…».
«Потом. Что с моей… собственностью?»
«Здесь мы опоздали».
«То есть?» – мощные ладони, державшие поручень ограждения, сжались так, что на стальной трубе остались вмятины.
«Мы не успели ее перехватить так, чтобы не вызвать подозрений. Она долго была в отеле, потом прогуливалась с тем самым курсантом, и за ними велась усиленная слежка кланом Борджа…»
«Знаю. И о том, что ее спас лично Габриэль Горух и отвез на остров, тоже знаю. Я их… видел».
Чертовы перила лопнули под давлением пальцев аль-тара. Он поморщился и отступил от края площадки. Еще не хватало оступиться под порывом ветра на радость наблюдателям. Будут потом рассказывать, как забавно кувыркался в воздухе грозный драконид.
А демонстрировать возможности этого тела не стоит. Не сейчас.
Аррадор не стал их демонстрировать даже тогда, когда внезапно почувствовал близость своей… он предпочитал думать о ней нейтрально, как о вещи, но сердце оживало от одной мысли о том, что она, наконец, так близко…
Мерзавец репти из клана Черных пролетел в какой-то полусотне метров. Словно хотел показать добычу. Насмехался.
А если так, то…
У Аррадора могут быть очень большие проблемы. У всех драконидов.
Конечно, всегда остается возможность полной зачистки планеты. Вместе со всем, что на ней растет, бегает, плавает и летает. Вместе с проклятыми урргхами и их потомством.
И вместе с потомками аль-дэй.
Но для того ли бесконечно терпеливые дракониды ведут свою игру сотни, тысячи лет, чтобы одним нажатием кнопки уничтожить настоящую сокровищницу, единственную во Вселенной? Сокровищницу, хранящую редчайшие жемчужины из порванного в древности ожерелья, случайно закатившиеся так далеко от родного дома…
Вот если бы разыскать и вывезти всех…
Но это невозможно. Пока невозможно.
И только эта невозможность хранит захваченную урргхами планету.
Аль-тар развернулся и направился к своему гелису, ожидавшему в центре площадки на крыше башни-приемника.
* * *
Я сразу узнала это место, хотя ни разу не была здесь. Да и никто из простых людей не мог ступить на белоснежный песок этого небольшого острова. Но о нем знали все.
Остров Сахреш, собственность одного из сильнейших кланов репти, располагался в полусотне километров от Грентонского побережья, его можно было разглядеть в бинокль только с нашего небоскреба или с холмов. Но даже тогда наблюдатель увидел бы просто белое пятнышко.
В мире было несчетное множество фотографий острова, снятых издалека, еще до того дня, как над летней резиденцией Горухов – теперь я с уверенностью могла назвать если не имя, то хотя бы фамилию владельца гравикара – был запущен отражающий купол.
И в мире не было ни одного фото изнутри, кроме раздобытой правдами и неправдами копии архитектурного плана и снимка секретного макета в единственном ракурсе. Фальшивок, специально сброшенных на поживу публике, как считали скептики.
Что ж, я могла с уверенностью сказать: скептики ошибались. Ажурные черные строения на белом песке выглядели именно так, как на фото макета, и казались не зданиями, а сеткой трещин, хаотичными провалами в космический вакуум. И я не могла разобрать, где иллюзии, а где настоящие дома.