Ирмата Арьяр – Поцелуй огня (страница 5)
Это заинтриговало, и я сделал мысленную пометку выяснить историю вдовушки, но… увы, с сожалением расстался с мыслью взять незнакомку под покровительство, в постоянные любовницы. Ну как постоянные… на время пребывания в Дартауне.
Какое разочарование. А ведь мое тело уже отреагировало однозначно.
Но нет, девственница или святоша – это слишком хлопотно. Хотя посмотрим…
Прав был брат Лигар, у меня слишком давно не было женщины. Случайных связей я избегал, и если уж выбирал любовницу, то надолго, и как правило, кого-то из молодых вдовушек, они обычно горячи, неприхотливы и покладисты (но, увы, с моей щедростью быстро копят приданое и выходят замуж). А в Дартауне мне предстояло застрять надолго, чтобы докопаться до всех грехов герцога и покрывающих его служителей.
С сожалением я отпустил красотку и поспешил в храм.
Да, мейте не соврала. В алтарной чаше чадил черный огонь. Вокруг суетились жрецы, а прихожане и свадебные гости ломились прочь, снося всех с ног. Меня не задавили только благодаря обнаженному мечу.
– Вайр! – пронесся крик, и народ расступился, давая мне пройти.
Я вдохнул спертый воздух, пытаясь вычленить запах огненной ведьмы. Если она только что магичила, должен остаться след. Но где там! Какой только дрянью, заглушенной благовониями, не воняло в этих стенах, но только не магией фрейры.
Герцога я узнал сразу. Старик в роскошном свадебном костюме выглядел как обряженный к похоронам труп. Со времени нашей последней встречи в бальном зале королевского дворца он совсем не изменился. Разве что седая голова дергалась сильнее и руки тряслись. Даже не надеюсь, что от страха. Страх и совесть герцог потерял полвека назад.
– Ваша светлость, рад видеть вас в здравии, – кивнул я.
Действительно, рад. Живые гораздо разговорчивее мертвых. А уж какую славу и силу получит Орден, когда сковырнет этот полутруп…
– Вайр Артан Раштар! Слава Предвечному! – дернул он головой и оттянул шейный платок, словно задыхался. От радости, надо полагать.
– Арнар, – поправил я старика, усмехнувшись про себя мелкой уловке: мол, кто ты такой, вайр, чтобы я, великий герцог и дядя короля, помнил твое имя?
– Вы очень вовремя подоспели, юноша. Где-то здесь прячется фрейра. Мерзкая гадина сорвала мою свадьбу. Найдите ее и уничтожьте!
Хмыкнув, я непочтительно отвернулся, взглядом разыскивая главного жреца храма.
– Расскажите подробнее, что тут случилось, – потребовал я.
И подал знак одному из мелких храмовых служек, чтобы держали двери закрытыми. Вот и синеглазая вдовушка что-то лепетала о ведьме… Или зеленоглазая?
Потрясающе! Я не смог вспомнить цвет ее глаз! Почему?
Мысли о необычной девице во вдовьем платке не покидали меня, пока я слушал гневные вопли герцога, стенания жрецов и рыдания свидетелей.
А потом я осмотрел алтарь Предвечного, все еще плевавшегося сгустками черного пламени, и мысли о красотке вылетели из головы.
Я едва не рассмеялся: какая фрейра?! Да тут все улики вопят о мошенничестве! Скрыть не успели. Не посмели в присутствии прихожан, да и я так кстати явился. Герцог прав, очень вовремя!
– Алтарь нам подменили на нечестивый, подлые вражины! Видите, господин вайр? – главный жрец храма в пурпурном облачении показал на впаянные в чашу сгоревшие амулеты. Десять штук по кругу. Две невидимые звезды пентакля.
– Вижу, – усмехнулся я. Надел специальные перчатки, вытащил из-под спрятанной под плащом поясной сумки магические капсулы для улик и начал аккуратно доставать и складывать в нейтральный фиксирующий раствор расплавленные кристаллы. – Мы выясним, как давно использовались кристаллы, и аннулируем все обряды, которые проводились за это время в вашем храме. Разумеется, с возвращением прихожанам потраченных на неправедный обряд сумм и выплатой им морального ущерба… за счет вашей обители, как полагается.
– Как все? – побледнел жрец. – Да зачем? Да может, его только вчера подменили, чтобы свадьбу сорвать?
– И это выясним, – я достал из сумки магические щипчики и взял образцы из основания чаши. – Наука по части расследований магических преступлений ушла далеко вперед с того времени, как вы обучались в священной школе Предвечного, пратор. Нам теперь не составит труда узнать, как давно передвигалась эта чаша.
Никогда не передвигалась, – понял я по смертельно больному виду священника.
– Что вы тут возитесь?! – подскочил ко мне герцог. – Причем тут какие-то чаши? Это фрейра всё натворила! Почему вы её не ловите?
“Потому что нечистые на руку праторы гораздо хуже огненных ведьм”, – подумал я, убрал в сумку ларец с образцами, выпрямился и опустил на старикашку тяжелый взгляд.
– Немедленно! – потряс кулаками властитель Дартауна. – Верните мне невесту! Она сбежала!
– Возвращение беглых невест не в моей компетенции, ваша светлость. Вы уж сами… – я взглянул в блёклые глаза старика и усмехнулся про себя: да, сами. Доставьте мне такое удовольствие поймать вас с поличным, герцог, раз не удалось застать вас с малолеткой у алтаря и засвидетельствовать преступное намерение. – А фрейру я найду, если происшествие – ее вина. А если нет, то и искать незачем.
– Как это незачем? Что вы такое говорите, вайр? – возмутился пратор. – Ведьма одним своим присутствием осквернила мой храм!
“Не твой, а Предвечного, – мысленно поправил я. – А Его вряд ли способна осквернить какая-то баба”.
– По новому указу Священного Синода, – мой голос стал зычным, чтобы слышно было в самых дальних уголках храма, – фрейра, искренне раскаявшаяся в злодеяниях и желающая встать на истинный путь служения Предвечному, имеет право посещать храмы, и никто не может ее изгнать без веской причины.
– Не слышал о таком указе! – жреца перекосило от ненависти.
– Разумеется, – кивнул я. – Официальный гонец до вас доберется только через неделю. Но у меня есть копия указа, кою я вызвался лично передать старшему пратору Дартаунского храма, – с этими словами я вытащил из-за пазухи запечатанный свиток и вручил ошеломленному и сомневающемуся священнику.
– Принесите книгу обрядов, пратор, – не дал я ему опомниться. – Я займусь ею позже. А сейчас пусть все женщины выстроятся для исповеди. Мужчин можно выпустить из храма. С проверкой. Эти ведьмы научились ловко маскироваться под мужчин. – Жрецы смущенно потупились и в то же время скабрезно ухмыльнулись, и пришлось тихо уточнить: – Кадык проверяйте, а не то, что вы подумали.
Слегка покраснев, служители разошлись по храму, а я вытащил из сумки походный алтарь, – небольшую чашу размером с кулак, – и установил на ближайшем напольном канделябре вместо свечей. Сгодится для моих целей.
– Начнем с вас, – кивнул я ближайшей недовольной старухе.
Уверен, что бабка – не фрейра. Но надо же с кого-то начинать!
И ведь я прекрасно понимал, что если и была тут огненная ведьма, если и была она причастна к происшествию, то наверняка уже успела сбежать в первых рядах. Но хлеб надо отрабатывать, славу беспощадных вайров поддерживать, потому я вздохнул и приступил к делу.
Допрос под видом исповеди затянулся на пару часов. Еще час я делал выписки из книги обрядов за последние три месяца, решив ограничиться легким запугиванием, иначе тут и поседеть можно. Впрочем, все будет зависеть от результатов исследований алтаря. Этим уже займусь не я, а мои младшие братья по Ордену, я их опередил на сутки точно.
Когда всё закончилось, на улице уже начало темнеть, а живот слегка подводило от голода, но я вайр, мне привычно давить чувства и гасить неприятные ощущения.
От вечерней трапезы с пратором храма я отказался, и он, чувствую, припомнит мне пренебрежение, судя по прищуренному взгляду, подаренному на прощание. Совсем обнаглел. Он еще не знает, что дни власти его покровителя, герцога Винцоне, сочтены.
Отказался я и от гостеприимства хозяина города. Герцог, надеявшийся заполучить меня вместе с последними столичными сплетнями, разочарованно поджал губы, сел в карету и умчался.
Мой слуга, оставленный караулить лошадей у привязи во дворе храма, подвел наших вороных, но я не спешил сесть в седло. Остановился и, не обращая внимания на свербящее ощущение враждебного взгляда между лопаток (пратор, смотревший мне вслед, не без основания нервничал, в своей сумке я уносил серьезные улики), оглядел опустевшую площадь.
Легкомысленная юная вдовушка, разумеется, меня не дождалась, на это я и не рассчитывал. А вот провести ночь в объятиях нежной красотки – вполне, не зря же ставил на нее метку.
Да, мы даем обет безбрачия, но никто и никогда в здравом уме не потребует от вайра полного отказа от плотских утех. Огонь, горящий в наших жилах, слишком голоден, неистов и всеяден, его не запереть никакими обетами. Именно потому мы, огненные воины Предвечного, и не женимся, что не способны хранить верность одной-единственной женщине. Так зачем обманывать самих себя и своих возлюбленных неисполнимыми брачными клятвами?
“Есть! – усмехнулся я, почуяв, в какой стороне трепещет слабый отсвет моей метки. Вскочил на коня и направил его в нужный переулок. – Посмотрим на тебя поближе, прекрасная мейте, какова ты без вдовьего платка”.
Глава 5. Вайр выходит на охоту
Метка вела себя… оживленно. Никогда бы не подумал, что у одинокой юной вдовы (сопровождения я не заметил, но мне все больше казалось, что его и не было) столько дел, причем в разных, взаимоисключающих частях города от аристократических особняков до нищенских окраин!