Ирмата Арьяр – Лорды гор. Трон над бездной (страница 2)

– По какому поводу совет? – подняла я бровь. – Что-то случилось?

Миар снова перевел взгляд за мою спину. Я сжала кулаки.

– Да. В Северной империи, ваше величество. Вас это не касается.

Медленный незаметный выдох.

– Как же не касается, когда там сейчас моя сестра?

– Она жива и здорова. А вот ее жених… Он немного… приболел. Учитывая давнюю, скажем так, дружбу Таррэ и Алэра, наш высший мастер не мог остаться в стороне. Потому мы собрали совет, чтобы просчитать варианты развития событий в империи. Все-таки Север долгие годы был враждебен к Белым горам. Не беспокойтесь, совещание не займет много времени, на вашей аудиенции перед балом мы с Таррэ будем присутствовать. А пока в исполнение договора между Гардарунтом и Белогорьем наши обязанности при вашей особе будет исполнять отряд во главе с мастером Вельтаном.

Очень жаль.

– С начальником моей охраны согласовано? – вздернула я бровь. – Где он, кстати?

– Сиарей не докладывает мне о своих передвижениях, – пожаловался вейриэн. – Позвольте оставить вас, меня ждут на совете.

«Смерть знает о жизни всё», – словно проскребло черным когтем по сердцу.

– Постойте. Если император Алэр при смерти, что будет с моей сестрой?

– Если она успеет стать его женой, то по традиции ласхов она разделит с ним смертное ложе. Императорская магия беспощадна к людям без магии. Если не успеет, то ради исполнения брачного договора ее возьмет в жены кто-нибудь из наследников.

– А если я аннулирую договор?

– Тогда принцесса Виолетта вернется в отчий дом.

И Миар, кивнув вместо поклона, исчез. Наверняка удрал тайными тропами духов, о которых рассказывал Дигеро.

***

Бессмысленно было спрашивать у вейриэна, чем же таким болен император Севера, если даже такие слабые маги, как я, способны к самоизлечению, а Алэр – трехсотлетний ласх, сильнейший из северных магов? Если Миар сразу не сказал, то и не скажет. Лучше спрошу у Сиарея – наверняка северяне уже в курсе новостей.

Я вернулась в свои покои, хотя по-прежнему не чувствовала себя в безопасности. Можно было уйти в секретную башню, там, под стократной огненной защитой, даже Азархарт не достанет. Но в самоизоляции я так и останусь в неведении.

Вошла в опочивальню и вздрогнула, как… излишне впечатлительная юная девица. Последней я и была, в смысле – юной девицей, но когда это я стала такой нервной?

В покоях за время короткого разговора с Миаром произошли изменения: вместо стекла окно было закрыто ледяным щитом с изысканными морозными узорами. Костер рядом с ложем был погашен, обгорелые остатки столика тоже были упакованы в ледяной панцирь, рядом с образовавшимся торосом стояли трое: северный маг и начальник моей охраны Сиарей, государственный преступник Яррен, которому было обещано помилование, и мой потерянный паж Эльдер. Последний, впрочем, лежал, прикинувшись обычным снежным драконом.

Троица что-то возбужденно обсуждала, со всех сторон рассматривая обгорелые деревяшки.

– Ваше величество! – первым заметил меня Эльдер и вскочил на все четыре лапы, хвостом выбив что-то из рук Яррена. Неопознанная вещица, сверкнув алмазными гранями, укатилась под лапу хитреца и была немедленно прикрыта.

– Как это понимать? Почему в моих покоях посторонние? – возмутилась я. – Куда смотрит начальник охраны?

– Все под контролем, о мой непобедимый король! – поклонился великолепный ласх Сиарей, разодетый как на свадьбу – в серебристо-бело-голубых одеяниях, щедро украшенных морозными узорами. Парадная, перекинутая через плечо багряная лента геральдических цветов равнинных королей Ориэдра смотрелась просто ужасно – как рана от меча, перечеркнувшая туловище ласха наискосок. Увы, при всей видимости власти престолонаследника я даже такую мелочь не могла переписать, как принятый полтора века назад Королевский протокол, диктующий, кому что носить и по какому случаю.

– В домике княжны наследили вейриэны, ваше недовольное величество, – пояснил Эльдер, глядя на меня щенячьими голубыми глазками, да еще и брови домиком сложил. – Можно было почистить, но это долго, хлопотно и слишком подозрительно. Лучше уж здесь. Вы ведь примете нашего друга Яррена фье Ирдари, как обещали? Какая разница, где его принимать? Тут даже безопаснее.

В этом я уже не уверена.

Я перевела изучающий взгляд на полукровку. Он так же внимательно меня рассматривал из-под ресниц, но вежливо держал голову склоненной.

После турнира он успел переодеться. Наконец я лицезрела младшего сына дома Ирдари при полном параде горных кланов, строгом, но богатом. Он явился в черных штанах, заправленных в мягкие высокие сапоги, черном камзоле горцев, вышитом родовыми гербами и застегнутом на пуговицы, инкрустированные драгоценными камнями. На поясе — длинный кинжал в узорных ножнах. Оружие не инсейское, работа дальегов. Сверху накинут черный же вышитый плащ, подчеркивающий широкие плечи. Суров, как все горцы.

Зато изменчивые, как море, инсейские глаза лучились затаенной улыбкой, а золотистые, как спелая пшеница, короткие волосы на контрасте с мрачным одеянием смотрелись почти белыми, и челка мило падала на нахмуренный лоб, задевая длинные темные ресницы.

Хорош. Но мужской красотой и мужественностью меня не проймешь, навидалась уже горных и северных образцов. Я с трудом отвела взгляд и уперла его в ледяной торос.

– Хорошо, – смирилась я, осознав, что деваться мне, собственно, некуда. Но оставался один момент… – Сиарей, а зачем же превращать мои покои в подобие северного дворца? Зачем мне тут вместо столика глыба льда?

– Ваше проницательное величество, вы же не просто так сожгли коллекционную древнюю мебель, внесенную в каталог исторических ценностей Гардарунта?

Впервые слышу о таком каталоге, ну да ладно. Я выдержала паузу, – короли ни перед кем не отчитываются, – и ласх продолжил, но уже не голосом, а зримой речью. На кончиках его пальцев заплясали крохотные радуги: «Нам показалось, что вы пытались сжечь печать Азархарта. Но вашей силы и опыта не хватило, чтобы уничтожить такую мощь. Хорошо, что с нами был ученик вейриэна и младший сын горного дома, Яррен фье Ирдари. Он уже обучен в достаточной степени белой магии и обладает достаточной силой, чтобы мы сообща развеяли печать. Вы в большой опасности, мой неосторожный король».

Почему неосторожный? – хотела я спросить, но, покосившись на горца, заговорила о другом:

– Да, я был несколько беспечен, не завершив начатое. Но откуда эта гадость появилась? Как оказалось возможным это проникновение при такой-то охране?

– Высшие вейриэны покинули Гардарунт сразу после того, как вы ушли из палатки вместе с горцем Дигеро фьерр Этьером, – пояснил начальник королевской охраны. – Конечно, они прислали своих людей почти сразу. Но этого «почти» вполне хватило, чтобы темный владыка смог оставить свой «подарок» в ваших покоях. Это практически вездесущий враг, ведь любая достаточно плотная тень может стать для него открытой дверью, если защита слаба. Ваши покои находились под мощной защитой, но только благодаря личному присутствию высших мастеров Белогорья.

– Как же они не предусмотрели атаку темных? – вдруг проронил Яррен, блеснув из-под челки ярким сине-зеленым глазом. – Мне известно, ваше величество, что Азархарт посещал королевский дворец в ту роковую для вашего отца ночь. Темный владыка наверняка при бегстве оставил множество «заноз», зацепок, спящих шпионов и прочие сюрпризы. Это обычная тактика темных, учитель Рагар рассказывал.

Я подавила вспышку ревности. Мне учитель Рагар не рассказывал ничего о Темной стране. И это его чудовищная ошибка. Кто предупрежден…

– Да, так оно и есть, – подтвердил Сиарей. – По такому следу темным проще и легче вернуться и закончить начатое. И странно, что Таррэ не подумал о том, что Темная страна начнет мстить за поражение в тот же миг, как только почует ослабление защиты.

– Возможно, они решили, что Азархарт сейчас полностью сосредоточен на императоре Севера, и ему не до мести наследнику Роберта? – предположил фье Ирдари.

«Не в мести дело, инсей», – подумала я, но разубеждать не стала. Знаком показала «Продолжай». И гость не разочаровал:

– Ваше величество, боюсь, жених вашей сестры стал слугой темных. Точно такая печать была на груди Алэра, есть свидетели. Кроме того, я своими глазами видел его боевую форму темного червеящера и готов дать свидетельские показания под магической присягой.

– Так вот чем болен Алэр! – вспомнила я уклончивые слова вейриэна Миара. – Ты добивался аудиенции, чтобы сообщить мне об этом?

– Да. Но не только по этой причине. Я привез письмо от вашей сестры, принцессы Виолетты. Ее высочество потребовала, чтобы оно было передано вам лично.

Посланник извлек из-за пазухи конверт и с поклоном вручил… Сиарею, строго следуя этикету. Не безнадежен, – хмыкнула я про себя. Впрочем, их же чему-то обучали в элитных школах для знатных горцев.

Начальник охраны проверил послание на предмет враждебной магии и передал мне.

Прежде, чем развернуть письмо, спросила:

– Уж не с этой ли печатью на груди Алэра связан спешный совет стражей Белогорья?

– Вряд ли. Я отправлял доклад об Алэре еще несколько дней назад, до того, как прибыл в Гардарунт. Духи рода доставляют такие сообщения мгновенно.

А мне никто не доложил. Досадно. Король Гардарунта по-прежнему никто и ничто для Белых гор.