Ирма Хан – Разлюбить князя (страница 26)

Таня вышла из дома и направилась, не торопясь, в харуш. Погода была солнечная, тёплая. Пение птиц поднимало настроение. А ещё ей нравился здешний обычай здороваться со встречными селянами. Люди здоровались, даже если не знали друг друга. Несколько мужчин, попавшихся ей навстречу, заговаривали с ней, желая познакомиться. Но стоило Татьяне сказать, что она живёт в доме князя Буршана, как те сразу извинялись и шли по своим делам.

— Я смотрю, ты пользуешься популярностью у наших мужчин, — услышала она ядовитый голос.

— И тебе доброго утра, Радана.

— И куда это ты отправилась одна, если не секрет?

— Не секрет. В харуш.

— В харуууш? Так ты, выходит, не женщина Буршана, а его прислуга? — презрительно скривила губы девушка.

— А прислуга всегда делит по ночам ложе с князем?

Радана злобно фыркнула.

— Послушай, я не понимаю, из-за чего ты злишься на меня? Я не виновата, что Буршан тебя выставил из дома. И не виновата, что он выбрал меня. К тому же, он не особенно моим мнением интересовался. Просто сказал, что я пойду с ним и всё.

— Ещё скажи, что ты этому не рада. — Съязвила Радана. — Или у тебя кто другой на примете?

— Даже если и есть кто, то, какое тебе до этого дело? — хмыкнула Таня и пошла в харуш.

Если бы она только могла предположить, к чему приведёт её последняя фраза, то промолчала бы.

Радана злобно посмотрела в след удаляющейся женщине. Затем на её лице появилась гаденькая ухмылка, и она поспешила к дому Буршана.

Буршан проверял остроту лезвий своих ножей и клинков, когда дверь в дом распахнулась и на пороге появилась Радана. Князь удивлённо приподнял бровь:

— Что-то забыла? — спросил, вместо того, что бы поздороваться.

— Нет. Просто зашла в гости… Не возражаешь?

— Я не привык к незваным гостям, — холодно сказал мужчина.

— Не беспокойся. Я ненадолго. Хотела только узнать, как тебе живётся с новой женщиной?

— Хорошо живётся.

— Хозяйкой её хочешь сделать?

— Допустим…

— Надо же, какой опрометчивый поступок… А я тебя всегда считала умным мужчиной.

— Что ты хочешь этим сказать? — насторожился Буршан.

— Красивая женщина — чужая женщина. Ты никогда не думал об этом?

— Не совсем понимаю, Радана… К чему ты клонишь?

— Ну, как же! Мужчины разум теряют от её красоты. Взять хотя бы вчерашний праздник… Сарук её к себе звал, камнями драгоценными заманивал, и купцы, я видела, глаз с неё не сводили. Да многие мужчины её вчера глазами прямо ели… А уж как они с Рубериком танцевали! — она заметила, что князь сжал челюсти, и продолжала разливать свой яд. — Если бы я не знала, что она твоя женщина, решила бы что они пара…

— Завидуешь её красоте?

— Чему там завидовать? — скривилась Радана. — Я тебя жалею.

— Отчего же?

— А оттого, Буршан, что не только на неё мужчины заглядываются, но и она… — девушка сделала многозначительную паузу.

— Что — она? — вкрадчиво спросил Буршан и шагнул к Радане.

Радане хорошо был знаком и тот взгляд, которым он её одарил, и тот тон, которым были сказаны слова. Именно такой реакции и добивалась она от князя.

— Ну, так что она? — он взял её за локоть.

Радана слегка поморщилась:

— Я не удивлюсь, если она приметила себе кого-то другого. Ой, больно! Отпусти! — вскрикнула девушка, так как князь сильно сжал ей руку.

— Что тебе известно!? Кто этот другой!? — буквально прорычал мужчина.

— Да ничего мне не известно! — Радана пыталась высвободить локоть. — Просто я встретила её сейчас… Она шла, всем улыбалась, на мужчин зазывно смотрела…

— Ты врёшь! Таня не такая! — раздался возмущённый девичий голосок. — Это ты при каждом удобном случае с мужчинами заигрывала! Даже на реку во второй половине дня ходила, вроде как по делам!

Они обернулись. На пороге красная от возмущения, стояла Эрда с глиняным кувшином в руках. Девушка уже сходила за молоком и вошла в дом как раз в тот момент, когда Радана говорила гадости про Таню.

— Чтооо? Ах ты, мерзавка! — Радане всё-таки удалось освободиться, и она подскочила к девушке. — Ах ты, гадина! — замахнулась она, но Буршан перехватил её руку:

— Не смей так оскорблять Эрду! И даже не думай её ударить!

— Я? Это я её оскорбляю!? Да это она меня только что грязью полила!

Эрда быстро подошла к Буршану и встала за его плечом, словно ища защиты.

— Уходи, Радана, и больше не появляйся на пороге моего дома! — гневно сказал Буршан.

— Я уйду, но ты мои слова запомни и не удивляйся, если вдруг… — она приложила указательные пальцы к голове, изображая рога, и, смеясь, вышла из дома.

Буршан помрачнел.

— Не слушай её, господин! Это она от злости наговаривает на Таню. Я же гуляла с ней по селению. Да, на неё смотрят, ну и что? Она ведь такая красивая… Но поверь мне, она ни разу не повела себя недостойно.

— Она тебе нравится? — грустно улыбнулся Буршан.

— Да, господин. Она добрая. И какая-то… тёплая что ли?.. не знаю, как это выразить словами, но рядом с ней так уютно… Не верь Радане, господин! — с жаром добавила девушка. — Она мстит тебе за то, что ты ей отказал в своём доме.

Буршан понимал это, но на сердце стало не спокойно. Особенно из-за того, что Радана упомянула Руберика. Буршан надел ремни с ножами и пошёл в харуш.

Часть 4 глава 9

Таня вошла в столовую гостевого дома.

— Здравствуй, Фиоза, — улыбнулась она девушке. — Я пришла за копчёным мясом, сыром, овощами… В общем, ты сама знаешь, что любит Буршан на завтрак.

— Знаю, — тоже улыбнулась в ответ Фиоза. — А что любишь ты?

— А что у вас едят кроме мяса и каши? Возможно, я тоже это люблю. Можно? — Таня кивнула в сторону кухни, где хлопотали у больших плит несколько девушек.

Двух из них — сестёр Алиту и Мириту — Таня уже знала.

— Да. Проходи. Только волосы убери, — и Фиоза подала Тане платок.

Таня повязала на голову платок из очень тонкой ткани. Прошла на кухню с девушкой.

— С утра он любит не только копчёное, но и отварное мясо с пряными травами. Про сыр, хлеб и овощи ты уже сказала. В общем, на завтрак он ест то же самое, что и на ужин. Он неприхотлив в еде и редко изменяет своему вкусу. Я сейчас всё уложу в корзину. Ты мясо будешь?

Таня кивнула в знак согласия. Фиоза взяла красивую плетёную корзинку и стала спускаться с ней в погреб.

— Покажи, какие у вас есть продукты? — обратилась Таня к Мирите, старшей из сестёр.

— Это мясо дичи. Это — птицы.

В больших железных чанах лежали крупно нарезанные куски свежего мяса, перемешанные с травами.

— Тут у нас ратса, — продолжая рассказывать, указала девушка на большую корзину, полную корнеплодов, внешне напоминающих картофель, — а это ладунья и репа.

Ладунья была точь-в-точь морковь, а репа по внешнему виду напоминала действительно репу.