Ирма Хан – Охотницы за сардиями или "Люди в чёрном" отдыхают (страница 57)

- Ты вся светишься. Влюбилась?

- Нашёл время шутить, господин начальник. Послушай меня. Я правильно понимаю, что главное для нас сейчас - отчитаться перед Касьяном и объяснить причину гибели его внучки?

- Правильнее некуда, Марта. Головная боль всей Организации номер один.

- Есть идея.

- В самом деле?

- На теле Касьян обнаружили едва заметный след от укола.

- Это не новость. На всех жертвах такой след, и то, что это попало в данные экспертизы и приобщено к делу – проблема номер два.

- То, что нам мешает, то нам поможет. И не перебивай. Дослушай до конца! Пусть Организация направит медиков с проверкой в Алушту. Из Москвы, к примеру?

- И что это даст?

- Они выяснят, что след был не от укола (укол от шприца, как мы понимаем, наводит на самые неприятные мысли), а от укуса морского червя.

- Морского червя?!

- Именно. Червя, гусеницы, таракана – не важно! – возбуждённо говорила Марта. -Просто пойми ход моих мыслей. Есть ведь медузы, от укусов которых люди умирают? Ну?

- Я тебя понял. Ты же не думаешь, что подобное не приходило нам в голову? Просто это – ещё хуже! Придётся закрывать пляжи. Объявлять карантин. Начнётся паника! Убытки. Опять же – так или иначе, лишнее нежелательное внимание к нам. Исследования морской среды. В период охоты сардий! Худшее, что можно придумать.

- Вот именно! Поэтому Касьяну объяснят, что панику лучше не поднимать. Червь для большинства – не опасен. А у его внучки оказалась аллергия на этот не опасный для человека яд. Очень редкая аллергия. Выявить её невозможно. Так что… Стечение обстоятельств. Несчастный случай, о котором лучше не распространяться. Уж Касьян должен понимать, что значит «не сеять панику среди населения». Рано или поздно, он смирится с утратой. Максимум – предупреждение санэпидемнадзору.

- Какое ещё предупреждение?

- Пусть проверят медицинские пункты. Не обращался ли кто-нибудь с похожими укусами. Хотя бы сделают вид, что занимаются этим... И вообще! Я-то почему должна об этом думать? Я идею выдала? Выдала. Дальше – сами.

- Чушь.

- Даже если и так. Доложи Верховным о моём предложении. Пусть решают… на высшем уровне. И намекни, чтоб не расслаблялись. Здесь неспокойно. Азартный попался народ - питерский опер, местный лейтенант, ещё этот паренёк...

- Какой паренёк?

- Фотограф. Я уже докладывала. Тот, что догадался про фокус со снимками жертв и, поймав преломление солнечных лучей, сумел проявить защитный купол над пляжем.

- Аааа… этот... Не волнуйся – его исследования замнут. Снимки уничтожат. Если понадобится – сотрём память.

- Вам бы только память стирать! Ты же знаешь, сколько последствий. От диких головных болей до душевных расстройств. Совсем молодой парень – неужели не жалко?

- Марта…

- Что «Марта»? Касьян не успокоится. Погибла его внучка. Он ведь себя винит. С такими связями, положением, и не уберёг семью… Сам подумай. Найти причину для него сейчас – единственный смысл существования.

- Хорошо, Сергеева. Убедила. Сегодня же доложу Верховным. Под шумок и у других девушек может оказаться аллергия на укус…ээээ… червя. – Сергей поправил галстук. – Что ж… пожалуй, это выход. С шустрыми ребятами из местной полиции тоже разберёмся. А с тобой всё же что-то не так. Взгляд. Румянец… Но раз не говоришь, значит, не хочешь. Вечером выйдешь на связь – я сообщу о решении Верховных. Всё, отбой. Доброй охоты!

- Доброй! – экран погас.

«Доброй охоты». Вот оно! Вот что она упустила ещё там, в холле гостиницы. Лилии. Запах. Цветы могли её сбить с толку. Что-то внутри шевельнулось. Предчувствие. Кольцо потеплело…

Глава 38.2

Марта схватила телефон:

- Игорь? Я пройдусь по набережной, загляну в парк и кафе.

- Есть причина?

- Думаю – да. Надо понюхать. Я сообщу если что.

Обнаружить добычу нетрудно. Сложнее ликвидировать сардию до того, как она выпьет энергию. Никто ничего не должен увидеть, а девушка - догадаться, что только что избежала смерти. Вот такая вот задача. Всего-то…

Бывало, на побережье находилось сразу несколько девушек, претендующих на ужин морского монстра. Следить за всеми – бессмысленно. Хочешь спасти жертву – глаз не спускай с охотника.

Днём сардии не нападают... Вернее, не нападали. Раньше. Что-то случилось. Они уже трижды съели добычу при свете дня!

Леночка… В последнем разговоре она сказала, что дважды помешала сардии. Значит, сардия уже пыталась напасть днём? Как же она упустила этот момент. Смерть близкого, это… слишком больно, чтобы соображать.

Нужно обуть сайджи. Подготовиться. Забыть про то, что в ванной – несколько десятков алых шаров, и к каждому что-то привязано. Она бы завалилась на кровать, читала любовные записки и любовалась лилиями, но… Надо работать.

Вот вернётся, тогда и позвонит этому… ненормальному… В номере – жара, кондиционер опять не работал. Пот струится по спине – плохо, будет отвлекать от работы – придётся потратить время на душ. На ходу скидывая с себя одежду, Марта распахнула дверь в ванную…

- Чёрт!

Шары полностью забаррикадировали вход – затолкать их туда было делом не лёгким, но вытолкать обратно оказалось ещё трудней! Марта возилась с шарами, ругаясь под нос, но злиться на Лисового по-настоящему всё равно не могла. Красные сердечки умиляли – пусть это банально, всё равно. Только огромного медведя, пожалуй, не хватает, хотя с Женьки станется – он и его притащит!

Словно в ответ на её мысли в дверь постучали.

- Кто? – раздражённо бросила она, и, отбиваясь от вездесущих шаров, потянулась за халатом.

- Я!

Сердце зашлось… Женя. Что это с ней? Щёки горят, даже руки подрагивают – неужели всё из-за надувных комплиментов? Сергеева, возьми себя в руки. Живо!

- П…Привет, – пробормотала она, открывая дверь.

Халатик распахнулся и Лисовой замер:

- Какой чудесный вид! Ждала меня? Или… Соперник? – он в шутку свёл брови и заглянул в номер Марте через плечо.

- Ревнуешь? – Марта улыбнулась, поправляя халатик.

- Очень! – Евгений захлопнул дверь и подхватил девушку на руки.

- Прекрати! – дрыгала она в воздухе ногами, одновременно отбиваясь от шаров, что вовсю хозяйничали в номере, освободившись из заточения в душевой.

- Марта, – аккуратно ставя свою драгоценную ношу на ноги, прошептал Женя. – Я на полчаса вырвался, - он уже целовал в шею, медленно стаскивая лёгкую ткань с плеч. - Как тебе мой сюрприз?

- Спасибо… – ответила, едва сдерживая стон. – Правда… Сюрприз… Всё просто чудесно! Но… Жень… Женя! У меня нет времени, слышишь?! Пожалуйста. У меня дела.

- Ну, какие дела? А? Куда ты собралась? Если в морг, то Владислав Адамович срочно отъехали в Ялту, а если в отделение, то Фильковский на выезде, – последние слова вышли невнятно - он обхватил губами набухший сосок на груди девушки.

- Нет…. Нет! – Марта приподняла его за голову и посмотрела в глаза:

- Лисовой, это серьёзно! Мне надо идти. Я только хотела принять душ и пойти... – тут она запнулась.

- Куда пойти?

- Я не могу рассказать тебе всё. Правда, не могу! Прости. Гибель Лены – это лишь предлог.

- Ну, это я и так понял. Значит, в чём именно заключается твоя работа – не скажешь. Мне знать не положено – так?

- Ни тебе, ни кому-либо другому, и… Давай без обид?

- Ладно, - легко согласился Евгений. – Иди в душ, я подожду в номере. Можно?

- Хорошо, – Марта направилась в ванную комнату. - Я собиралась перекусить в кафе на набережной. Ты со мной?

- Конечно! Кстати, где цветы?

- Вынесла на балкон, потому что... – она чуть было не проговорилась о разговоре с начальством. – Чтобы голова от запаха не закружилась.

Лисовой вышел на балкон. Вдохнул аромат лилий – такой сильный, пьянящий – и правда голова закружилась… Облокотившись на перила, достал пачку сигарет.

- Кто ж ты такая будешь, Марта Сергеева? Подруга, значит, предлог… – Лисовой похлопал себя по карманам, нашёл зажигалку и прикурил.