Ирис Ленская – Три босса для Дюймовочки (страница 29)
— Хорошо, посмотрим, что вы за птица такая... Отвечайте на вопросы! Ваше самое сильное качество?
— Стрессоустойчивость...
— Ха, это я уже поняла, мои капризы и сюрпризы редко кто выдерживает. Самая слабая сторона?
Борисыч развёл руками:
— У меня их практически нет.
— Это спорный вопрос... Ладно, и последнее, что ещё умеете делать по жизни?
— Ты лучше спроси, чего я не умею делать?
Вот ведь гад, помнит все мои ответы!
— А если по существу?! Чем можете похвастаться?..
Я испытала моральное удовлетворение от того, как брови Борисыча поползли вверх. Видимо, он тоже во всех подробностях вспомнил ту самую сцену у него в офисе и серьёзно задумался над тем,
— Очень даже многим, я хороший механик, могу починить практически всё, — выдал он после секундного раздумья. Значит, действительно припёрло мужика... — знаю электронику, столярное и слесарное дело, могу самостоятельно сделать евроремонт в квартире... — Ну, класс, значит, в деревне приживёмся! Корову заведём, курей, трактор. А сарай он своими руками построит.
Я принялась мысленно загибать пальцы, а начальник продолжал размеренным тоном, будто всё это проговаривал уже тысячи раз:
— ...готовлю завтрак десятью способами, тремя способами стираю и глажу. Умею сажать и пропалывать картошку, солить огурцы, квасить капусту, собирать и сушить грибы, варить варенье. Знаю наизусть первую главу Евгения Онегина, все основные молитвы, пятидесятый и девяностый псалом. — А вот теперь я точно спокойна: помру сейчас от инфаркта - он сам и обмоет, и отпоет! — Умею играть в теннис, шахматы и морской бой, катаюсь на коньках, роликах и велосипеде, пою и играю на гитаре. Знаю, как сказать «я люблю тебя» на двадцати языках мира... — Пою и танцую на похоронах…
По мере перечисления его талантов моя челюсть отвисала всё больше, а глаза раскрывались всё шире, но, когда Борисыч дошёл до языков, я спохватилась. — Не надо мне отходную на семи языках, я в гробу со скуки второй раз помру. Не дам этому проходимцу проделать с собой то же самое, что и его братцу. Наелась уже их семейного очарования!
— Впечатляющий список, — спокойно изрекла я, поправляя причёску. — И как звучит на арабском признание в любви?
—
— А по-японски?
—
Я стиснула зубы. Гад, и скольким же он в любви признавался?! Он меня что, восьмой женой берёт, любименькой? По всему миру прокатился в поисках любовных утех, иначе откуда такие познания?
Начальник и бровью не повёл, стоял и ждал новых вопросов.
— Ну что же, Сергей Борисович, — я решила играть в открытую. А куда ещё было деваться? — Список ваших способностей впечатляющий. В таком случае давайте попробуем. Испытательный срок — два месяца!
— Так до-о-олго? — протянул он с непередаваемым выражением лица.
— Ну а как вы хотели? Такие вопросы с кондачка не решаются...
Взгляд босса потемнел, а я злорадно ухмыльнулась. Наконец-то мне удалось сбить с него спесь! А то жениться надумал, без моего-то ведома...
— ...И пока испытательный срок не закончится, не лезьте со своими предложениями к моей сестре, — пригрозила ему на всякий случай. Пусть он со своими предками сначала посоветуется. Мало ли, будут против.
Глава 18
Оказывается, пригрозила я вовремя, потому что вскоре в комнату заглянула любопытная Зойка.
— А у нас уже всё готово. Сейчас будем накрывать на стол, поможете?
— Угу, — я поднялась.
— Чем могу помочь? — спохватился Борисыч.
— Уже ничем, — в комнату вошёл Димка с большим подносом, уставленным тарелками.
Боссы принялись расставлять их на столе, а у меня в кармане зазвонил телефон. Увидев Юлькин номер, я мгновенно вспомнила о своём обещании сходить с ней в клуб в воскресенье.
— Дашунь, привет. Ну что, сегодня к восьми. Вся тусня собирается к десяти, но зато мы будем самыми первыми! Я за тобой заеду, — прощебетала в трубку Юля.
Под внимательным взглядом Борисыча я немного стушевалась и вышла за дверь.
Ну и как теперь быть... вдруг эти двое захотят остаться здесь подольше? «Ага, до понедельника, — злорадно ухмыльнулся внутренний голос. — Признайся, тебе просто хочется, чтобы Борисыч тут заночевал!»
Чувствуя подступающее к горлу раздражение, я буркнула:
— Юль, у нас гости, но попробую выпроводить их к семи, ладно?
— Ага, не забудь: закрытый верх-открытый низ!
Угу, размечталась! Вот наряжусь во всё рокерское, и наоборот: закрытый низ, открытый верх, будет знать. Давно я не сверкала своими ботами, кожаными штанами в заклёпках и топом.
Отключившись, я со вздохом вернулась к столу, где под Зойкиным руководством хлопотали мои начальники.
Адский босс кинул на меня подозрительный взгляд, словно догадываясь о коварных планах на вечер.
А вот и не мечтайте, Сергей Борисович, вас с собой не возьму, и не просите! С меня хватит уже нравоучений за последнее время.
Не так, конечно, я представляла себе девичник, но и Юлькин клуб сойдёт, раз дело уже идёт к свадьбе...
***
Как и ожидалось, боссы уходить не торопились. После сытного обеда сестра с Димкой принесли десерт — огромную фруктовую тарелку, на которой разместились все оставшиеся в холодильнике тропические фрукты. Хорошо, что она не знала, чей именно это был подарок...
Глядя, как Борисыч с наслаждением уплетает восточную экзотику, которой мы с Зойкой до этого объедались целых два дня, я то мысленно желала ему несварения, то, наоборот, просила высшие силы, чтобы он всё уже окончательно доел. В холодильнике нельзя долго держать это хрупкое богатство, но не пропадать же добру?!
В квартире уже и так слишком многое напоминало о присутствии босса, будто тот решил здесь окончательно поселиться. Куда ни глянь, сплошь и рядом его покупки — холодильник, стиральная машинка, море цветов... сам вот сидит.
Спасу нет!
Я на миг даже испугалась: сейчас зайду в спальню, а там палатка, костёр, ружье, мамонт, бритва... что там ещё у мужчин из атрибутов? Ах да, и леопардовые лосины на верёвке сушатся.
Мама, роди меня обратно!
А тут ещё и сестра решила окончательно меня добить и, когда мужчины вышли на балкон покурить, произнесла заговорщицки:
— Хороший мужик этот Борисыч. Даш, мне кажется, он тобой заинтересовался.
— Сыта я их с братцем интересом по горло, — не выдержала я, но спохватилась: — Это он такой добренький после первого контракта. Если бы арабы его не подписали, фиг бы он мне внимания столько уделил.
«Он у меня теперь всю жизнь будет на испытательном сроке», — подумала я, со злостью отряхивая скатерть.
Нет, ну надо же, и Зойка на его стороне!.. А ведь он совершенно не в её вкусе и даже не женат...
...Когда мужчины вернулись в комнату, сестра напомнила:
— Не забывайте, у нас ещё яблочный пирог! Чай, кофе?
— Очень хочется попробовать любимый Дашин кемекс, — вдруг выдал Борисыч, глядя на меня с каким-то хитрым прищуром.
— Я ж в офисе его готовлю чуть ли не каждый день.
— Для Ролана, — едко отпустил шеф, а я скрипнула зубами при упоминании второго братца.
— Лучше Дарьи его никто не приготовит, — похвалила меня Зойка.
Ну спасибо, сестричка, век этого не забуду!
Я немного посопела, раздумывая, стоит ли сослаться на головную боль или лучше сразу изобразить лёгкий инфаркт, но первое было глупо, а второе чрезмерно. Всё же для такого знатного перформанса нужно хотя бы два автобуса зрителей — как в третьем классе на экскурсии, — иначе обидно разбазаривать талант.
К тому же у училки потом правда инфаркт был. То ли она за моё здоровье так перепугалась, то ли очень огорчилась, узнав, что я живее всех живых.
— Сергей Борисович, пойдемте на кухню, поможете, — решила в ответ оставить Зойку с наедине Дмитрием, которому уходя, подмигнула, типа не теряйся!..