Ирис Ленская – Наследство Мираль (страница 13)
Какой проход? О чём он? Я ничего толком не могла разглядеть. Горы приближались всё быстрее. К ним туда неслись не только наши сани — сбоку вырисовывались силуэты других всадников. Со свистом следом за остальными мы влетели под арку, которую обрисовали нависшие сверху скалы. Несколько секунд мы мчались в полутьме, а затем резко остановились.
Не успела я опомниться, как Мариус схватил меня в охапку, как ковёр, перекинул через плечо и куда-то потащил. Я ничего не видела, кроме окружавших нас тёмных скал.
— Подожди, где Арчи? — мой крик утонул в отдалённом грохоте.
Мариус опустил меня на дно какой-то повозки, которая тут же тронулась, и запрыгнул следом.
— Уходим!
Это я разобрала, прежде чем прогрохотала целая серия взрывов. Казалось, содрогнулась сама земля. Повозка подпрыгнула и понеслась дальше, ещё ускорившись на ходу. Вспышка чёрно-оранжевых огненных всполохов осветила весь проход, и позади нас поднялся страшный, сотрясающий мироздание грохот камнепада.
Боже! Кажется, Мариус отдал приказ устроить обвал, чтобы закрыть позади путь.
Мы вылетели с другой стороны как раз вовремя. Скалы с грохотом обрушились позади, погребая под собой арку.
Я сидела за спиной у Мариуса, пытаясь рассмотреть из-за его плеча, что там происходит, когда повозка подпрыгнула и накренилась влево. Я пошатнулась, не удержав равновесия, но от падения меня удержала крепкая рука.
— Забирайся внутрь и возьмись за борт, — приказал Мариус, когда мы выровнялись и остановились. — А главное, смотри в оба. Увидишь что-нибудь, дай знать Рэму. Он правит повозкой.
Встретившись со взглядом светло-голубых глаз, я почувствовала, как щёки опалил жар. Сама не знаю, что было тому причиной. Возможно то смущение, которое испытала в этот момент:
— Лучше попроси кого-нибудь другого. Я потеряла очки, — пролепетала, опустив глаза.
Он непонимающе приподнял брови.
— Глаза… ничего не вижу… — принялась объяснять я, но прежде, чем успела закончить, горячие губы Мариуса на мгновение прижались к моему лбу. Затем переместились к переносице и запечатлели там лёгкий, почти невесомый поцелуй… Словно прикосновение крыльев бабочки.
Не успела я отреагировать, как он уже целовал мои губы. Секунда… две… три…
Второй за последний день поцелуй стал ещё большим откровением: словно лёгкий электрический разряд пробежал от макушки до пальцев ног, а тело неожиданно обмякло. Оно вдруг стало таким безвольным, что я испугалась и, опомнившись, упёрлась руками в грудь мужчины, закрытую лёгким доспехом.
— А теперь? — Мариус отстранился, продолжая смотреть на меня в упор. Но сейчас я могла различить в голубых глазах тёмно-золотые крапинки. Какой он всё-таки красивый! Просто нереально...
И тут же опомнилась. Мир сошёл с ума, а я млею от поцелуев почти незнакомого мне мужчины и разглядываю крапинки в его глазах. Бред какой-то! Ведь думать надо совсем о другом. И очки… куда я теперь без них?!
Но… как же я вижу эти крошечные крапинки?
Меня словно обухом по голове огрели.
— Я вижу! Боже… Но как?
Вместо ответа Мариус резко отвернулся и, спрыгнув с повозки, подбежал к своей красной лошади.
Теперь я отчётливо различала пену на её губах и то, как напряжено бедное животное, как развевается на ветру длинная фиолетовая грива. Пока я, поражённая и растерянная, размышляла, осматривая открывшийся мне мир, повозка снова тронулась. А меня отбросило назад, на мягкие тёплые шкуры. На губах всё ещё горел поцелуй Мариуса. Осознание пришло как удар грома — это он вернул мне зрение!
Мой взгляд блуждал по стенкам повозки, пальцы теребили край мехового плаща. Произошедшее не поддавалось никакой логике. Магия… волшебство? Невероятно!
— Ты зр-р-р-ячая, Мира, — послышалось знакомое бормотание.
— Арчи?! — встрепенувшись, я подскочила и огляделась. Где же он?
— Здесь.
Это прозвучало откуда-то из-под шкуры.
Я приподняла меховой край и испуганно подалась назад. Оттуда на меня смотрели два оранжевых глаза. Что ещё за зверь?
— Не бойся, не обижу, — заверило существо.
— Арчи?
Наружу показалось сверкающее белизной крыло, только затем голова птицы, покрытая золотым пушком. Линяет он, что ли?
— Так меня будет лучше видно на снегу. Тебе что не нр-р-авится? — Странный вопрос застал меня врасплох, но я быстро опомнилась.
Это ещё что за шутки?! Какой пушок, какой снег?! Что тут вообще творится?! Я почувствовала, что начинаю закипать:
— Слушай, умник, хватить водить меня за нос! И так понятно, что ты не простой попугай. И прекрати уже грассировать! — Арчи подался было назад, но я откинула шкуру. — Вы сговорились с Дианой, да? Зачем? Дело во мне? Или в этой дурацкой скрипке?
Вопросы сыпались из меня, как орехи из дырявого мешка.
— Ты особенная, и я тоже, — распушив перья так, что стал выглядеть в два раза больше, слегка порыжевший попугай совсем по-человечески махнул крылом. — Ди, моя бывшая хозяйка, передала тебе важную миссию — вернуть в этот мир часть древнего артефакта. Не знаю подробностей, но, судя по всему, он находится внутри твоей скрипки.
От неожиданности спёрло дыхание, и я замерла с раскрытым ртом. Вот это новость! Меня просто использовали?
— Но почему ты говоришь об этом только сейчас? И почему Диана ничего мне не рассказала?! Вот так отправить человека без всякой подготовки…
Попугай к моей полной негодования тираде отнёсся возмутительно равнодушно. Пощёлкал клювом у себя под крылом, будто ожесточённо вылавливал блоху, и с полным равнодушием к приличиям и ко мне буркнул:
— Видимо, у Ди не было другого выхода. Она совсем ослабла и решение принимала в спешке.
Попугай снова азартно принялся чистить клювом отливающие рыжинкой перья, отчего мне захотелось его хорошенько встряхнуть.
— Что за артефакт? Почему именно я?
— Я всего лишь фамильяр, причём не самый умный. Моя задача — оберегать тебя от всякой напасти, а не служить энциклопедией.
У меня опустились руки.
— Вот, значит, как… Отправить в другой мир, оторвав от работы и друзей. Врагу такого не пожелаешь!
Повозка снова подпрыгнула, и меня отбросило назад на шкуры. На глазах снова выступили слёзы. Зачем я только приняла это дурацкое приглашение?! За что мне такое наказание?
— Хватит себя жалеть, Мира. У каждого своё предназначение… — пробухтел злосчастный фальмияр.
Но я его уже не слушала, внутри всё переворачивалось от обиды. На Арчи, на Диану, на себя, дурочку. Как им так просто удалось меня провести? А ведь действительно казалось, что я нужна родственникам, что обо мне хоть кто-то вспомнил… Какая наивность!
«Скрипка!» — неожиданно сверкнула мысль.
Нужно найти её и сыграть ту самую мелодию, которую заставила меня выучить Диана. И тогда, возможно, откроется портал обратно…
Где же она? Кажется, её забрал Рэм... Может, кинул сюда, в повозку?
Снедаемая обидой, я бросилась ворошить толстые шкуры. Но, увы, под ними было пусто.
— Не ищи, её забрали, — Арчи приземлился рядом. — Я не знаю, кто эти воины. Но они явно не желают нам зла.
Я молча уселась и отвернулась от него, глядя на заснеженные просторы этого странного мира. Дорога шла вниз по склону. Насколько мог охватить взор, слева одна за другой тянулись бесчисленные горные гряды. Справа, совсем близко, темнел лес. Высоченная стена деревьев. Белые, словно присыпанные сахарной пудрой, кроны и огромные синевато-серые сугробы, на фоне которых тёмно-красные лошади сопровождающих повозку всадников выглядели немного жутковато.
Что это за мир такой, полный магии, опасностей и странных существ?
— Ранея, — по привычке Арчи уселся на моё плечо, но я спихнула его обратно на шкуры. — Этот мир называется Ранея, — ничуть не обидевшись, пояснил он.
— Ты ещё и мысли умеешь читать? — буркнула я недовольно и поймала себя на том, что не очень-то и удивилась. Ну в самом деле, что странного? Это каждый может!
У меня вырвался нервный смешок, а попугай принялся расправлять перья, сварливо бурча:
— Иногда. Я же фамильяр. Мы с тобой теперь связаны на всю жизнь, — и, сверкнув оранжевым глазом, добавил: — Останься я на земле, доживал бы свой век в роли обычного домашнего попугая. Поэтому обратно не хочу, но тебя понимаю. Там остался твой дом.
Я тяжело вздохнула. По сути, на Земле у меня нет никого, и, кроме Юльки, ждать некому. А у неё там тоже своя жизнь закрутилась… Не до меня. Счастливая! Скоро выйдет замуж, детьми обзаведётся…
Чувствуя моё настроение, попугай держался в стороне. Вид у него, как всегда, был совершенно невинный. Кто бы мог подумать, что он волшебное существо, фамильяр? Диана, похоже, запланировала всё заранее, прислав ко мне с отцом эту птицу.
«Ди из другого мира», — говорил Арчи ещё дома. Следовало прислушаться к нему раньше.