Иринья Коняева – В шаге от любви (страница 29)

— Я позвоню, — пообещал мужчина.

— Буду ждать.

Я уехала с лёгким чувством сожаления, но по пути домой решила, что всё, что ни делается, делается к лучшему. Может, не время. Может, мы не созданы друг для друга и мой ангел–хранитель изо всех сил старается нас развести в разные стороны. А может, напротив, судьба–злодейка мешает нашему счастью.

В любом случае, я безумно рада, что в тот момент, когда я разочаровалась в мужчинах, на моём пути появился Демьян. Ну и Глеб, возлюбленный подруги, в довесок. Тоже для хорошего примера. Чтобы я не имела морального права даже из обиды говорить: «Все мужики — козлы!»

Дома меня встречала нервная Алина. Она бегала по квартире — было бы где бегать! — и волновалась.

— Что мне надеть? Я не знаю, куда он меня поведёт! — вопрошала она, экспрессивно поднимая руки к потолку.

— Напиши ему и спроси.

— А если он занят?

— Ответит, когда освободится.

— Может, всё–таки джинсы? Вроде как я не очень–то и хотела с ним куда–то идти и не прилагала особых сил? — вслух подумала сестра.

— А вдруг он забронировал столик в дорогом ресторане или поведёт тебя в какое–нибудь не джинсовое место?

— Тоже верно. Платье? Открытое, закрытое, короткое, длинное, в пол, летящее, светлое, тёмное?

— Алина, уймись. Надень неприличное бельё и приличное платье.

— О! — Сестра посмотрела на меня с восторгом. — А ты знаешь толк!

Пока я ворковала с Данечкой в спальне, Алина весёлым ёжиком носилась ко квартире, топая пятками и хлопая дверцами комодов, шкафов, антресолей, крышками пластиковых боксов, в которых она тоже хранила одежду. Я не выдержала и, держа на руках сына, вышла в прихожую.

Сестра балансировала на колченогом табурете и одной рукой нащупывала что–то на антресолях.

— У тебя там парадно–выгребное бельё? — съехидничала я.

— Не, это твоё там может теперь храниться, — ляпнула она, но тут же извинилась: — Прости, я машинально. У меня там коробка из–под обуви с тонкими шарфиками, вот один из них мне нужен. Красный с чёрными висюльками–кружочками.

— Давай пододвинем что–нибудь повыше.

— Не, я уже почти–почти. Там колечко в коробке, пытаюсь нащупать и подтянуть на себя.

Табурет так шатался, что я на всякий случай сбегала отнесла Даньку на игровой коврик, а сама вернулась и ухватила сестру за ноги, придерживая, давая опору.

— Есть! — победно воскликнула Алина.

— А–а–а — а–а! — включил сирену Данька, требуя срочно вернуть его к просмотру ток–шоу «тётя Лина норовит грохнуться».

С горем пополам Алина всё же нарядилась, накрасилась и упорхнула на свидание, предупредив, что, возможно, будет поздно, так что мы можем со спокойной совестью ложиться спать. Я только посмеялась.

Доктору, конечно, повезло. Наверняка у него никогда не было даже похожих знакомых! Сестра была неординарной личностью. Она с раннего детства твёрдо знала, чего хочет и как этого добиться. И сейчас ей нужен был доктор.

В общем, если бы кто–нибудь принимал ставки, я бы поставила на сестричку.

Позвонившей мамуле радостно сдала Алину, но та лишь обрадовалась.

— Доктор в семье — это же отлично! И Данечка под присмотром, и мы все.

— Ма, да он ведь не терапевт, а занимается всякими исследованиями ДНК, может, ещё чем–то, я не узнавала.

— Это совершенно не важно. Врачи все друг друга знают. Молодец Алина. Ты давай тоже скорее разводись и ищи себе полезного для семьи мужчину.

Я воздержалась от комментариев и с трудом перевела тему беседы. Впрочем, мамуле нужны были уши, так что мне достаточно было лишь поддакивать в нужных местах, да периодически восклицать: «Да ты что! А он? А она?», хотя сплетни на мамулиной работе меня особо не интересовали, но раз уже ей хочется их обсудить, пожалуйста–пожалуйста, я не в претензии. Лишь бы не возвращалась к разговору о моей личной жизни.

Мама сегодня разошлась, так что под её щебетание я умудрилась уложить Данечку и даже сделать несколько новых шаблонов в фотошопе.

— Ой, уже почти одиннадцать! — очнулась моя родительница. — Всё, милая, ложись спать. Ты должна быть свежей и красивой, тебе ещё папу для нашего Данечки искать. Спокойной ночи.

— И тебе спокойной ночи, ма. Папуле привет.

Ма как всегда на своей волне.

Я достала облепиху и нарезанный имбирь из морозилки и приготовила себе чай. Все гаджеты долой. Свет — кыш. Только я, тишина и ночной пейзаж за окном.

Золотом светились чужие окна, подмигивали, успокаивали. Я улыбалась своим мыслям и немного мечтала. И твёрдо решила завтра с утра заняться разводом. В конце концов, Костик со своей мымрой, точнее, с красивой девушкой–адвокатом, явно затягивают. Я до сих пор ни слухом ни духом, как протекает дело и вообще, подал ли он заявление на развод. Ведь одно дело сказать, а другое — сделать.

Мало ли, что изменилось за это время. Не зря же Мегера приходила в гости с абсурдным предложением.

Однако с утра я настолько была выбита из колеи, что позабыла обо всём на свете, в том числе и о Костике с разводом!

А ведь ничего не предвещало. Я проснулась сама, за двадцать минут до будильника. Обычно в такие дни я полна сил и энергии, бодра и весела. Данечка сегодня поел под утро и провалился в настоящий богатырский сон, так что у меня был минимум час, а то и два–три на утро для самой себя.

Душ, маска, кофе и завтрак. И Алинке что–нибудь вкусное приготовлю. Она наверняка пришла поздно, так что воскреснет к обеду, а тут я, вся такая идеальная сестричка, с готовыми завтраком, обедом и ужином, чтобы она могла не напрягаться, а спокойно прийти в себя, поиграть с племянником и вообще, блаженствовать.

С огромным удовольствием приняла душ, почти не прислушиваясь к звукам в квартире, даже голову помыла относительно стойко, не нервничая и не выглядывая каждую секунду из–за шторки. Надела любимый домашний трикотажный костюм, подсушила волосы и побежала на кухню. Пора творить.

Только вот, на кухне уже творили… Или творилось нечто.

— Э–э–э, — протянула я.

— Доброе утро, Лиза, — как ни в чём ни бывало поздоровался со мной мужик в трусах и обернулся. Доктор! — Будете оладьи?

— Оладьи? — слабым голосом протянула я.

— Да. Хотел побаловать Алину завтраком, она сказала вчера, что любит всё неполезное и мучное, но позволяет себе это только с утра. Ну и вот.

Доктор обезоруживающе улыбнулся и вернулся к блюду, которое у меня выходило не всегда. А у него оладьи выглядели прекрасно. Пышные, румяные. И главное — он жарил их в минимальном количестве масла, а они не сохли. Вот как, как он это делал?

Похоже, одна я здесь трепещу от полуголого мужчины в кухне. Нет, ну действительно, что я как лань? На дворе двадцать первый век, нужно быть более современной.

Будь здесь Варя, она бы и фото сняла на память.

— Мне кажется, все девушки любят оладьи, так что и я не откажусь, — произнесла мужественно. — А где Алинка? Спит ещё?

— Да. Мы поздно пришли, — безмятежно ответил доктор. Как его зовут–то? — Я на всякий случай напомню: меня зовут Максим.

— Вы что, мысли читаете? — испугалась я.

— Да нет, — ответил мужчина и рассмеялся. — Я подстраховался.

— Простите, Максим. Это я от неожиданности.

— Думаю, мы можем перейти на ты.

— Да, давайте. Ой, то есть давай на ты, да, — не стала вредничать я.

Да и чего уж тут скромничать? Я видела его почти всего! Обтягивающие серые трусы–боксеры не особо–то много прикрывали.

А доктор явно не пропускает тренажёрный зал.

Ну что за мужчины нынче пошли? Почти идеальные. Завтраки готовят, фитнесом увлекаются. Тут уж лишний раз постесняешься пропустить эпиляцию или слопать калорийное или сладкое, или и то и другое.

Я смутилась, вспомнив, что мне тоже не помешало бы сходить к косметологу и на прочие женские процедуры. В конце концов, я снова работающая женщина и могу себе позволить. Даже обязана! Уже нет со мной Костика, который едва не в обмороки падал, если я платила его картой за салон красоты. А я стеснялась об этом подругам рассказать. Это ведь так… некрасиво.

Все мужчины хотят видеть рядом с собой идеальную и ухоженную женщину, а вот платить за это готов далеко не каждый. И где справедливость?

— Ты не против, если я поработаю, пока Данька не проснулся? — спросила из вежливости.

— Ну что ты, Лиза! Я сейчас закончу и убегу на работу, только завтрак для моей принцессы оставлю. Надеюсь, на тебя можно положиться?

Доктор улыбнулся и его невероятно милые ямочки на щеках отвлекли на долю секунды моё внимание, так что ответила я с запозданием.