Иринья Коняева – Академия любви и ненависти (страница 26)

— Чувствую глубокую обиду, детскую, засевшую глубоко в подсознании, — вдруг выдал наставник и я едва не подпрыгнула. — Открывайте глаза, сперва побеседуем.

— А вы... кто? — уточнила, напрягаясь ещё больше.

— Меня зовут Каэран. Я целитель душ. Вы можете полностью мне довериться. У меня больше ограничений, чем у лекарей, никто и никогда не узнает, о чём мы беседуем, не волнуйтесь. Вы очень недоверчивы.

- Мы в Каисторне. — Я улыбнулась и заметила, что умиротворённое, даже несколько отрешённое лицо наставника тронула лёгкая улыбка.

- Аргумент, — согласился он. — Рувильстон всегда выбирает в любимчики непростых, но невероятно способных детей. На данный момент это Осторн, Тцаро, ведьма Майра и теперь вы. В прошлом я так же занимался с вашим братом, так что многое из вашего детства мне известно, но с другого ракурса. И та ситуация, что связала вас с оборотнем и Робертом, тоже. Надеюсь, этой информации достаточно для того, чтобы вы открылись и смогли пережить ситуацию из детства и отпустить её. Уверен, именно это мешает вам спокойно заниматься и развивать свои таланты в нашей академии.

Голос Каэрана успокаивал лучше самого сильного целительского зелья. Я одновременно пугалась и успокаивалась, понимая, как много он обо мне знает. Он видел моё прошлое глазами Наяра, Роберта, брата, а теперь увидит и моими. Может, это именно то, что мне по-настоящему нужно.

- Однажды мы все вместе играли в лесу... — начала я едва слышно. — И доигрались.

Глава 13. Ледяной дворец для принцессы

От Каэрана я вышла неожиданно умиротворённой. Удивительный он всё-таки человек. Невероятный. Располагающий к себе и умеющий слушать.

Сперва неспешно, неуверенно, а затем всё быстрее, эмоциональнее я рассказала ему непростую историю общения с двумя мальчишками-соседями, друзьями брата. И о том, как Наяр лишился привилегии быть одним из нас. И как это отразилось на моей дальнейшей жизни.

Мы знали, какая кровь течёт в Наяре, но знали и то, что зверь пробуждается в раннем возрасте, чего с нашим другом и соседом не произошло. Все, включая родителей парня, выдохнули спокойно и продолжили жить как жили до того злополучного дня, когда ему выпала честь быть моим похитителем, а Робу и Дэйнору — спасителями юной принцессы.

Затаившийся, заматеревший, коварный хищник вырвался на свободу, напугав и самого Наяра и тем более меня, запертую с ним в одном из заброшенных военных укреплений, которое я своими же руками помогала спрятать и защитить от вторжения «спасителей».

Мы хохотали и веселились, Наяр учил меня плести интересную защиту, изобретение древних, о котором он узнал в одной старинной книге из домашенй библиотеки, и ничего не предвещало беды, пока мы не закончили и я, очистив одежду от земли и травы, не подошла к парню, чтобы достать из густой шевелюры неизвестно как попавший туда репейник.

- Девочки любят цветы, мальчишки же украшают себя опасными колючками, - пошутила я, выпутывая прилипчивое соцветие, цветок за цветком.

- Неприятно.

- Я буду осторожна, - пообещала, становясь на цыпочки, чтобы помочь себе второй рукой.

- От тебя приятно пахнет, - вдруг сказал Наяр, очень тем смутив десятилетнюю девчонку.

Я дёрнулась, чтобы отстраниться, но он задержал меня, ухватив за локоть.

- Отпусти, Наяр, - попросила, боясь поднять глаза на взрослого уже парня. - Давай лучше посмотрим, пришли ли уже мальчишки меня спасать. Чем будем сопротивляться? -спросила, пытаясь перевести разговор в обычное русло и больше не возвращаться к непристойной теме моего запаха и мужского к нему внимания.

- Кори, что-то происходит, - вдруг испуганно произнёс друг. - Что-то нехорошее. Это не я. Не мои мысли.

Я вскинула взгляд и вместо карих с серыми вкраплениями глаз друга увидела вертикально вытянутые зрачки на яркой серо-жёлтой радужке.

- Наяр, твои глаза...

Мы застыли, неподвижно, неверяще глядя друг на друга, и осознавая происходящее. Наяр увеличивался в размерах, черты лица плыли.

- Беги! - выпалил он. - Беги, Кори.

- Можно ли убежать от оборотня, Наяр? Стоит ли убегать? Ведь это пробудит в твоём хищнике желание преследовать. - Несмотря на разумные слова, испытывала я дикий и необузданный первобытный страх. Который будил его инстинкты ещё сильнее.

На севере детей учат самостоятельности и здравомыслию раньше, чем говорить, поэтому я со всей доступной скоростью принялась распутывать нашу защиту, чтобы позволить брату и Роберту поскорее проникнуть в помещение, которое им предстояло ещё отыскать! Ведь мы щедро понаставили сбивающих со следа путанок!

- Помоги мне! Снимай свою защиту, Наяр! Быстрее! - требовала я у начинающего оборачиваться парня. - Слушай мой голос и не сдавайся. Сейчас ты должен меня спасти! Я

- ваша принцесса! - кричала я, обливаясь слезами. - Вы должны меня защищать. И ты тоже! Наяр! Наяр! Прошу тебя! Ты — Наяр де Тцаро, старший сын, ты наследник, ты несёшь ответственность перед родом, перед нами, своими соседями...

Руки слой за слоем, плетение за плетением, снимали защиту. Мне нужно было выкинуть хотя бы один взрывающийся файер, чтобы мальчишки скорее нашли нас. Но оборот проходил невероятно быстро. Быстрее, чем должен, ведь все знают — первый оборот самый сложный и длительный. Но в случае с Наяром всё шло не так! С самого начала.

Я почти справилась с защитой укрепления, когда услышала не предвещающий ничего хорошего треск одежды.

Следом раздался рык. Утробный. Мощный. Пробирающий до костей.

Время растянулось, превратилось в патоку.

Я сформировала два самых мощных файера, которые умела, и только затем посмотрела на потерявшего человеческий облик друга.

Передо мной стоял волк. Не обычный хищник. Опасный и жестокий. Нет. Это был давно вымерший вид древних волков. Крупный, с огромными белоснежными клыками. И прежде я не слышала, чтобы среди них были оборотни. И уже вряд ли услышу... хоть что-нибудь. Ведь встреча с подобным хищником — верная смерть.

В его оскале ясно видела, что ему мои огоньки — что зубочистки, оцарапать оцарапают, но серьёзного вреда не причинят. А серьёзных атакующих заклинаний в детском арсенале ещё не было — не положено по возрасту. Общаясь с мальчишками я, конечно, кое-что выучила, но только в теории.

Пришло время применить их на практике. С риском для жизни. Для своей и его.

Но.

Как?

Мне уже приходилось убивать мелкую нежить, брат специально водил на болота и обучал работе с файерами в относительно боевой обстановке. Но это ведь Наяр. Друг!

Волк рыкнул и сделал шаг в мою сторону.

- Наярчик, не надо, прошу тебя, - попросила я, чувствуя, как по щекам покатились слёзы. Слёзы, по которым Роберт вычислил наше месторасположение, ведь они — вода с легко отличимым от остальных отпечатком моей личности. Только было уже поздно. Я серьёзно пострадала.

Я мало что помнила из схватки с волком, ничего — из собственного спасения. Запомнила лишь удивительно добрые тёмные глаза лекаря, который избавил от боли и залечил раны, не оставив малейшего шрамика на теле. Однако на душе их осталась добрая сотня. И я изменилась. Всё изменилось. Все изменились.

Дэйнор стал нелюдимым и недоверчивым. Полностью исключил Наяра из круга общения и запретил появляться в наших землях. Не дал даже извиниться. Чему я, признаться, была только рада. Видеть его не могла и не хотела. Казалось, от одного упоминания его имени тело начинало болеть в тех местах, где были шрамы. То есть везде.

Родители принялись меня усиленно баловать и опекать, пока брат не прикрикнул, что это никуда не годится, и взял моё обучение в свои руки, наплевав на правила и временные ограничения. Возможно, именно из-за слишком раннего освоения всей силы стихии я и получила ужасно коварный и вредный огонёк. Не смогла до конца подчинить - больше подружилась с ним.

А Роберт. разве что луну с неба не достал, чтобы заставить меня улыбнуться. Летом грел воду в озере, чтобы можно было вдоволь поплавать, а не быстро окунуться и, стуча зубами, битый час докрасна растираться полотенцем в попытке согреться. Осенью расцвечивал радугами унылую серость перед моим окном. Зимой же вообще разошёлся и к дню моего рождения создал настоящий Ледяной дворец с горками и специальным артефактом, формирующим снежки.

- Твой огонь не любит воду, поэтому я попросил отца изобрести специальный механизм, -объяснял он мне. - Здесь специальная комната со снегом, а с этой стороны будут поступать снаряды. Тебе остаётся только взять готовый снежок и запустить его левитацией или силой в Дэйнора.

- Никакой левитации! - просил брат. - Я недавно объяснил как управлять полётом предметов, так она разбила два любимых маминых сервиза, случайно отправила любимую чернильницу отца в камин, а вечером едва не спалила замок танцующими свечами.

- Мне просто не нравились шторы в твоей комнате, - ответила я, впервые за полгода слабо улыбнувшись. - Спасибо, Роберт. Я действительно очень хотела поиграть в снежки. Ужасно обидно, что огонёк их терпеть не может и плавит быстрее, чем я их леплю.

Дворец, к слову, был защищён таким количеством слоёв защиты, что не таял до середины лета и я с удовольствием там иногда гуляла безо всяких игр.

Эта же защита спасла меня от общения с Наяром, тайком проникшим на нашу землю, чтобы извиниться. Он принёс мои любимые цветы, редкие, растущие высоко в горах и источающие невероятно приятный и в то же время деликатный аромат. И смотрел снизу вверх, на башенку, где я находилась, своими жёлтыми глазищами, которые снились мне каждую ночь, заставляя просыпаться в слезах. Карий цвет радужки навсегда ушёл с принятием зверя.