Один лишь сон – и в тяжком пробужденьи
Ты будешь ждать с томительной тоской
Вновь отблеска нездешнего виденья,
Вновь отзвука гармонии святой.
Как тихо веет над долиной
Далекий колокольный звон,
Как шорох стаи журавлиной, —
И в шуме листьев замер он.
Карандашные наброски и эскиз к картине «Золотые сны
о Верхотурье» (слева: бумага, карандаш.1998—2000. 29,6х36,0;
справа: картон, темпера. 42,0х29,7)
«Золотое утро над Турой. Вид на Троицкий камень». 2006.
Бумага, пастель. 54,5х84,5
«Вид на Троицкий камень. Панорама Верхотурья». 2000.
Картон, пастель. 35х50 (изображение). 40,0х55
«Золотое утро. Верхотурье». Этюд к картине «Золотое утро
на Туре. Вид на Троицкий камень». 2005. Бум., паст. 32,5х50
«Рассвет в Верхотурье. Вид на Троицкий камень». Этюд. 2005.
Бумага, пастель. (не оконч) 32,5х50
«Верхотурские просторы». 2000. Бум., паст. 40х55.
Коллекция Н. Бабыкиной
В мастерской А. С. Берсенева. Встреча после пленэра. 2000.
Слева направо: А. Воронин, И. Исакова, О. В. Земцов,
А. С. Берсенев, В. Зябликов.
Из моих воспоминаний о Берсеневе А. С.
«С 1997 по 2000 гг. я преподавала в Екатеринбургском колледже транспортного строительства историю культуры, культуру Урала, историю философии, историю архитектуры. В 2000 году мне сократили все часы по истории культуры. Так что нужно было искать работу. И моё желание заниматься выставками нашло свое претворение в новом этапе моей жизни – я устроилась работать в галерею «Окно» ЦКиИ «Верх-Исетский», но из колледжа меня не отпустили: я осталась там работать совместителем. Тяжелый и сложный был период. Жить было негде… моталась по друзьям, потом снимала квартиру вместе с подругой… Во многом помогал советом и Александр Самойлович. Мы все дружной толпой собирались у него в мастерской и обсуждали наше дальнейшее путешествие. Он высказал свою мечту побывать в Тобольске, и мы – все его ученики – поддержали её…
Организаторов дальнейших пленэров было уже двое – я, как администратор и бухгалтер, и Александр Самойлович, как идейный вдохновитель, художественный руководитель нашей творческой группы «Хожателевцы».
На перроне. Начало пленэра «Тобольск-2001». Слева направо:
Локосова А., Исакова И., Берсенев А. С., Зябликов В.,
Воронин А., Каптиков Р. В.
«Путевой дневник пленэра. Тобольск-2001»
20 июля. Выехали ночью. Встречались у метро на вокзале. Удалось занять целое купе в поезде, и поэтому ехали все вместе. Легли спать очень поздно.
21 июля. В поезде много говорили о бессознательном, о снах, о религии истинной и неистинной, о нетрадиционных способах лечения Норбекова и др.
Приехали в Тобольск в15.00. купили сразу билеты обратно на 31.07, и поехали на автобусе в исторический центр города.
На Красной площади (конечная автобуса) оставили сторожить вещи Валерию Николаевну и Александра Воронина. Остальные – я, Валерий Зябликов, Александр Самойлович, Роальд Валерьевич Каптиков, Александра Локосова пошли искать жильё.
Решили спуститься в нижний город, проверить обстановку. Уже около кремля1 дух захватило от великолепия и необыкновенной красоты местной архитектуры. Встретился нам памятник человеку, который сыграл немаловажную роль в жизни и в истории Тобольска, но, удивительно, никакой таблички мы на нём не нашли. Потом, правда, выяснилось, что это главный архитектор XVII века Семён Ремезов2, именем которого и названа главная улица города, по которой мы только что прошлись и спустились по лестнице, состоящей из 198 ступенек представив себе, как будем забираться обратно. Пока спускались, встретили своих собратьев по кисти и карандашу. То были студенты художественного училища (по-моему, из города Омска), проходившие практику в Тобольске. Узнали, где они остановились, оказалось, в школе, прямо в классах, поскольку ученики все были на каникулах, и там стало свободно.
Но мы решили попробовать сами найти какое-нибудь жильё. Нижний город ничем не напоминал тот индустриальный город, по которому мы проехались на автобусе полчаса назад. Старые, полуразвалившиеся деревянные домики3 (где ютились нищие и бездомные люди), памятники архитектуры конца XIX – начала XX века, вызывали скорее сожаление, чем восторг. Такие же старые купеческие каменные дома были пустыми и заброшенными, словно тут произошло какое-то бедствие4. Красивейшая церковь барокко5, как заброшенный корабль, с пустыми глазницами окон, с обшарпанными и облупленными стенами, напоминает не о величии, а, скорее, о современном бедственном состоянии нашей России, в том числе, и памятников культуры.
Пленэр в Тобольске. 2001. Слева направо: Каптиков Р. В.,
Зябликов В., Локосова А., Малкова В. Н., Воронин А.
Нам удалось найти несколько вариантов, остановились мы на дешёвом. Хозяин Алексей Георгиевич позволил нам жить в его домике, который он держит, как дачу, т.е. только приходит и собирает урожай. Сам же он живет с женой в верхнем городе. Вот наш новый адрес проживания: набережная Кирова, 26, кв.3.
Сходили наверх, к Кремлю, забрали наших товарищей и вещи. Добирались уже на машине, которую нам быстро поймал Валера. Надо отметить заслуги Валеры, так как вел себя он довольно-таки смирно и очень отличился, за что все ему были безмерно благодарны. Он вел переговоры с хозяином, и в результате, мы меньше заплатили за квартиру, чем планировали, потом он нас доставил до дому, так как поймал машину, с водителем которой он договорился привезти нам копчёную рыбу. В результате каждый купил себе по крупному язю всего за 30 рублей, щука же шла нам в подарок, затем она попала к нам на обеденный стол.
За стол сели после того, как привели в порядок наше жилище – вычистили, вымыли, прибрали.
Поужинав вместе, пошли осматривать места, которые могли нам приглянуться для этюдов. Вернулись поздно, попили чаю и постепенно стали готовиться ко сну. И вот тут обнаружилась моя непредусмотрительность: я никому не сказала брать с собой спальники, простыни, теплые вещи, понадеявшись, на авось. Пришлось заимствовать кое-что из хозяйского шкафа. В качестве подуши у нас была охапка свежего душистого сена.
22 июля. По графику дежурства, составленном общими усилиями, дежурили мы с Роальдом Валерьевичем. Встали в 5 часов утра, позавтракали и пошли рисовать. Правда, некоторых пришлось ждать довольно долго, и поэтому мы приступили к рисованию только в 7 часов. Остановились мы на болоте, выбрав себе панораму с видом Кремля. Восхитило всех нас утреннее небо. И всё было бы замечательно, если бы не комары, атаковавшие нас практически сразу. Спасались только мазью. Лучше всего получился этюд у Роальда Валерьевича, так как наиболее полно передавал то утреннее состояние.
«Холодное утро в Тобольске». Этюд. 2001. Бум., паст. 25,4х33,0
Потом пошли на пристань. Каждый выбрал себе пароходик и приступил к работе. Нас нашли знакомые художники, с которыми мы познакомились вчера. Закончив раньше других, мы с Роальдом Валерьевичем пошли готовить обед. Постепенно стали подтягиваться и остальные. Кое-кому удалось вздремнуть. Нам тоже очень хотелось спать, но дежурство – есть дежурство. Пока обедали, начался дождь.
После обеда, взяв зонты, пошли в город. Нам с Валерией Николаевной предстояло купить продукты. Зашли в церковь Покрова Богородицы6 рядом с главным собором Кремля7 Софийским8, попали на дневную службу. Через два часа по её окончанию, мы прошлись вокруг кремлёвской стены, осмотрев все живописные места. Панорама города с видом на могучую реку Иртыш была бесподобна! И тот восторг, охвативший нас при одном взгляде на эту красоту, просто не описать словами.
Потеряли Александру, оказывается (как потом выяснилось) она была на исповеди. Искали-искали, не нашли, пришлось вернуться домой. Воронину Александру попало за неё, что не дождался.
«На Иртыше. Корабль. Тобольск». 2001. Бумага, пастель. 29,7х21
На ужин у нас была малина с молоком и овсяная каша со сгущенкой. Александр Самойлович сказал по этому поводу: «Каша – логическое продолжение молока с малиной».
Пока мы дежурили, весь остальной народ делал наброски, рисовал и пр. За то время, пока мы ходили в церковь, Роальд Валерьевич сделал очень удачный (на мой взгляд) этюд дворика «После дождя», удобно устроившись на крылечке. Выполнил он его в своей излюбленной технике акварели, потом дорабатывая какие-то мелкие детали пастелью.
После ужина сразу стали укладываться спать.
23 июля. Сегодня дежурят Александр Самойлович и Валерия Николаевна. Они встали в 6 утра, меня разбудили только в 6.30. Вышли рисовать в 8 часов. Пошли на один из холмов создавать панораму, понравившуюся нам вчера.9 Я выбрала башню в зелени, писала маслом. Кажется, опять перестаралась с детализацией.
На солнышке у нас обгорел Валера: был красный как рак (вечером пришлось неоднократно мазать его настойкой прополиса, так как уже знали свойства этого чудодейственного лекарства – смягчать ожоги10).
По дороге обратно я, Саша В., Валера зашли посмотреть в художественный салон, что продают, познакомились с владельцем салона Минсалимом, немного поговорили о местных художниках, о продаже. Вернулись домой к обеду. После него, немного отдохнули и вчетвером (я, Саша В., Саша Л., Валерия Николаевна) поехали в книжный магазин. Сели в автобус, да не в ту сторону. Так что пришлось уговаривать кондуктора, чтобы она позволила проехать по одному билету, (чтобы проехать туда обратно, необходимо было купить два билета), так как мы не знали, что автобус круговой. В книжном магазине купили маленькие книжки по истории Тобольска, я купила ещё пьесы Сумарокова в букинистическом отделе.
