Ирина Зволинская – Охота на дракона (страница 12)

В жилом корпусе было людно, что и неудивительно, ведь буквально завтра должны были начаться занятия. По коридорам бегали не вполне адекватные студиозы разного пола, возраста и расовой принадлежности. Были тут и тролли, и люди, и эльфы, были и оборотни (судя по желтым глазам), и даже парочка дриад. Никто не обращал на меня никакого внимания, что тоже не удивляло, ведь на них всех были точно такие же мантии, только с вышитым номером и символом факультета на груди. Номер, как несложно догадаться, обозначал курс.

– Куда прешь, немочь рыжая! – толкнул меня оборотень-огневик с третьего курса.

Мускулистый, высокий, широкоплечий, темноволосый и наглый. Типичный волк.

«Предсказать ему что-нибудь, что ли? – отстраненно подумала я. – Чтобы неповадно было провидиц толкать».

– Иди давай отсюда! – звонко прикрикнул кто-то на оборотня. Голос у этого кого-то дрожал от страха и удивления от собственной отваги.

– Осмелела, цветочница? – рыкнул на мою защитницу третьекурсник.

Я присмотрелась к побледневшей девушке и с удивлением узнала в ней ту самую мою клиентку, которой нагадала жениха.

Глаза оборотня загорелись ярким зеленым огнем, а на руках выросли когти. Моя заступница подозрительно закатила глаза.

Ну да, кто чего боится… Я вспомнила свои недавние жуткие эротические фантазии и цветом сравнялась со своей товаркой.

«Раз нагадала удачу – изволь теперь эту удачу обеспечить», – дала я себе мысленную затрещину и сказала наглецу:

– А я как сейчас кому-то неконтролируемый оборот-то предскажу! – и я взмахнула руками, изображая волшбу.

И тут парень увидел, что знаков на моей мантии нет.

– Ой, у меня же вещи на кровати не разобраны! – клыкасто улыбнулся он и убежал так быстро, что я не успела сказать ему что-нибудь грозное вдогонку.

– Вот паразит, – погрозила я удаляющейся широкой спине. – Ты как, нормально? – спросила я у своей подопечной.

– Нормально, спасибо, – расцвела она в доброй улыбке.

– Не подскажешь, где тут комната триста шесть? – решила я воспользоваться случаем и спросить у второкурсницы (желтая цифра два и вышитый ландыш говорили о том, что моя знакомая с факультета земли), где моя комната. Уж второкурсница-то должна знать расположение комнат?

– Триста шесть? – переспросила девушка. – Вы уверены?

Я показала ей ключ.

– Ну ладно, – пожала она плечами. – Пойдемте, я Мила, – и она протянула мне маленькую ладонь.

– Гвен, – слегка пожала я ее руку.

Мила вела меня сквозь студиозов, я обрадовалась своей догадливости, потому что шла она так же быстро, запутанно и уверенно, как и Жорик. Показалось, что мы снова прошли под землей, как будто бы даже в другой корпус. Наконец дошли до нужной двери.

– А вы преподавать у нас будете? – спросила она меня у самой двери.

– Ага, прорицание, – придумала я название предмета на ходу.

– Надо же, как интересно! – восхитилась она. – Я и не знала, что это наука!

– Это новая неизученная область, – равнодушно бросила я и вставила ключ в замочную скважину.

Повернула ключ, толкнула дверь и сразу закрыла.

Господин комендант дал мне ключ от маленькой лаборатории факультета целительства. На узких длинных столах лежали будущие жертвы медицинских опытов. Господин Теодор дал мне ключ от университетского морга.

– Вот гад!

– Кто? – не поняла Мила.

– Комендант, – устало вздохнула я. – Он мне этот, с позволения сказать, эксклюзивный номер для проживания выделил.

Потерла виски. От усталости, нервного перенапряжения и голода у меня заболела голова.

– Да ты что! – ойкнула Мила и от удивления даже забыла, что разговаривает с преподавателем. – Точно, гад! – она часто закивала головой и, захлебываясь от переполняющих ее эмоций, начала рассказывать мне о проделках злобного ужаса жилого корпуса – господина Теодора. – Он такой противный! В прошлом году заселил меня на чердак, все говорил, что это единственно возможное бесплатное место, мол, хочешь жить вместе со всеми – плати. А откуда у меня деньги? Я вообще из деревни приехала, всеми десятью дворами в дорогу собирали. Пришлось идти на чердак. Там ни кровати, ни шкафа! На полу спать пришлось! И ведь никакого сладу с ним нет. Он у принцессы в друзьях ходит. Говорят, шпионит для нее!

Мила утерла лоб. Так распалилась, что даже вспотела.

– Так ты сейчас где живешь? – уточнила я.

– Там и живу, – успокоилась девушка, – ремонтик небольшой сделала…

– Нет, пожалуй, комната триста шесть даже с ремонтом мне не подходит, – вслух подумала я и принялась рассуждать логически.

Комендант – взяточник, который ходит под принцессой. Жорик – просто наглый эльф. Комендант, вероятнее всего, в этом столкновении умов победит, а значит, спать мне совершенно негде. Невыносимо захотелось плакать, и я шмыгнула покрасневшим носом. Хуже всего то, что сейчас я позорно разревусь перед Милой, и она расскажет всему университету, что новый преподаватель – плакса.

– Не расстраивайтесь, пожалуйста, – она погладила меня по плечу. – Можно ко мне на чердак пойти. У меня кровать большая…

При этих словах я всхлипнула уже не горестно, а заинтересованно.

– Кровать?

– Ну как кровать, матрас, – покраснела девушка.

– Матрас – это еще лучше! – продемонстрировала я невероятную ценность этого щедрого дружеского предложения.

– Пойдемте тогда? – осторожно спросила Мила.

По-моему, она решила, что я не в себе. За короткие минуты знакомства провидица успела пережить и продемонстрировать фактически весь спектр имеющихся у человека эмоций.

– Пойдем, – взяла я себя в руки и добавила, – а с комендантом потом разберусь.

В конце концов, прорицательница я или кто?

Так, подбадривая себя саму, и подбадриваемая Милой я пошла на новое, вне всякого сомнения, романтичное место.

На этот раз мы шли не торопясь, потому что идти быстро я уже не могла. Мила сначала убежала вперед и размахивала руками, эмоционально окрашивая слова, предназначенные, надо полагать, мне. Я же еле переставляла ноги, держалась за белую (теперь уже в пятнах от пальцев) оштукатуренную стену и костерила себя, коменданта и заодно эльфа на чем свет стоит. Наверное, она что-то спрашивала, и вопрос этот требовал ответа, потому что Мила наконец остановилась и посмотрела по сторонам.

– Гвен? – не увидела она меня.

– Я тут… – подняла правую руку.

– Ой, извините, пожалуйста, – покраснела девушка, – я очень быстро хожу…

– Все нормально, – прокряхтела я, – а долго еще?

– Да нет, уже почти пришли, – обрадовала она меня. – Мы сейчас выйдем из коридора в жилой корпус, а потом сразу налево на лестницу, семь этажей – и мы на месте.

Кивнула. Семь этажей энтузиазма не вызывали, но выбора у меня особого не было.

И все же я оказалась права. Корпуса университета действительно были соединены между собой сетью одинаковых подземных коридоров. Как обучающиеся и преподавательский состав не путались в этих лабиринтах, по-прежнему оставалось для меня неразрешимой загадкой. Никаких знаков в коридорах не было. Белые стены, серый камень под ногами, узкая ковровая дорожка и довольно низкий ничем не примечательный потолок.

– Как ты находишь дорогу? – уточнила я у девушки.

– Так привыкла уже, – пожала она плечами. – На самом деле тут все относительно просто. Если заблудился – держись правой стороны. Куда-нибудь да выйдешь.

– Логично, – согласилась я и сделала себе зарубку на память: стребовать с кого-нибудь карту переходов.

«Хотя зачем мне карта переходов? – одернула я себя. – Мне надо как можно скорее и как можно дальше уехать отсюда! Только как я теперь уеду? Я же контракт на год подписала!» – и мысленно взвыла, понимая, что загнала себя в самую настоящую мышеловку.

Надо прекратить этот фарс, подойти к ректору и объяснить ситуацию. Магистр Аврелий, наверное, единственный, кто сможет мне помочь. Вот только захочет ли? В любом случае признаться лучше ему, а не дракону. Анжер меня на месте разорвет, хотя бы ради мести за свои галлюцинации.

– Гвен, – тихонько позвала меня Мила.

– Да? – грустно отозвалась я.

– А мы на месте… – и она подозрительно удивленно хлопнула глазами.

Я включилась в действительность и осмотрелась. В горестных мыслях не заметила, как прошла все семь этажей по узкой винтовой лестнице, то есть это Мила прошла семь этажей и стояла у маленькой неприметной дверцы. Я же прошла семь с половиной и упиралась лбом в зарешеченный лаз, ведущий на крышу здания. Убрала голову от железной решетки, втайне проклиная ее наличие и неспособность исчезать при соприкосновении с чужими головами, и снова ужаснулась, представив, какой идиоткой выгляжу в глазах девушки.

– Захотелось посмотреть на университет с высоты… – нашла я оправдание и потерла лоб.