Ирина Зволинская – Наследники погибших династий (страница 63)

– Нет, – я насторожилась, – мне это неизвестно.

– Я была почти уверена, что именно он будет новым Премьер-министром. Но выбор пал на Фредерика, – пожала плечами.

– Так что же странного в нем было? – вернула я маму к тому, с чего она начала.

– Он панически боялся ножей и обожал револьвер, совсем как ты.

– Ножей? – переспросила я. – Всех ножей?

– Нет, больших ножей. У дяди была коллекция холодного оружия. Как-то раз Фредерик снял большой охотничий нож со стены, он зачем-то спустился с ним в столовую, кажется, хотел продемонстрировать отцу свою ловкость, – мама улыбнулась воспоминаниям, – а Юлиан вдруг начал трястись, упал на пол. Это было похоже на приступ эпилепсии, но не являлось им.

– Действительно, очень странно…

– Я закончила, – объявила мама и вложила в мою руку расческу.

– Тогда пошли, – поднялась с кресла и зачем-то захватила длинный шелковый шарф.

Почему мсье Лерой боялся ножей?

Ножей или того, что можно сделать с их помощью?

– Как погибла Эллен? – спросила я у мамы.

– Ее застрелили, – мы сели в автомобиль, – из револьвера.

– Что-то подобное я и предполагала. – Тео сел впереди.

– Поехали, – отдал мужчина команду. Еще одна машина отправилась следом.

«Охранять очень важную персону», – усмехнулась я и небрежно набросила на шею шарф.

Пристань. Широкая Муара, катера, яхты, лодочки. Рыбаки с сетями, торговки, запах рыбы.

– Доброе утро, мадмуазель, – Юлиан Лерой поцеловал мою руку.

– Доброе, – вежливо улыбнулась я. – Мы первые? Где же мсье Сусс и его прелестные дочери?

– Все уже на судне, – ответил южный герцог и показал мне на прекрасную белую яхту.

«Северная принцесса».

– Говорят, вы прекрасный стрелок, мсье… – Юлиан держал меня за локоть.

– Я коллекционирую огнестрельное оружие, – подтвердил Лерой, – больше всего люблю револьверы. И да, люблю ими пользоваться.

– Удивительное совпадение, – остановилась я и посмотрела в желтые глаза мужчины, – мадам Белами застрелили и, насколько мне известно, из револьвера.

– Совпадение, – широко улыбнулся Лерой, – вы совершенно правы.

– Ваша супруга среди гостей? – мы поднялись на палубу. Мама, Тео и еще трое охранников встали рядом.

– Нет, – ответил Юлиан, – ей нездоровится.

– Очень жаль. – Он открыл дверь в светлый салон.

Несколько длинных диванов черной кожи, большой стол посередине салона.

Гости беседовали, я насчитала около десяти человек. Оливье, семейство северного герцога, Грегори и Вероник, мсье Франс с супругой и младший Лерой, конечно.

– Мадмуазель, – бросился ко мне Давид. Поклонился и поцеловал запястье.

– Добрый день, мсье Лерой, – поздоровалась я, – вижу, вам уже лучше. – Ни следа от драки на лице.

Волк…

– Лучше, – хищная улыбка, белые клыки немного крупнее нормы, – ожидание встречи с вами придало мне сил.

– Обязательно сообщу об этом своему жениху, – забрала руку.

– Вы обворожительны, – засмеялся Давид.

Он проводил меня к Оливье.

– Меланика, – улыбнулся бывший друг.

– Мсье Мегре, – реверанс.

– Где же ваш кузен, Ваша Светлость? – поинтересовалась Ребекка.

– Мсье Белами-младший изволил отправиться в Адамар. – Взяла бокал с белым вином.

Игристое с утра. Что же будет дальше? Бренди за обедом? И горка снотворного на ночь…

– Уехал… – прошептала Агата, – уехал … – Она уронила фужер и зачем-то потянулась к осколкам.

– У вас кровь, Агата, – достала платок. Подошла к невесте Элиаса и приложила маленький белый кусочек шелка к ее ладони, – аккуратнее, мадмуазель.

– Принесите аптечку, – попросила мама слугу, – я перевяжу вам руку, Агата. – Пострадавшая кивнула.

– Давид! – громко позвал сына Юлиан. – Пройди в рубку, отплываем.

Младший Лерой, не отрываясь, смотрел на ставший бордовым платок.

– Мсье Лерой? – Я вопросительно посмотрела на мужчину. – Всегда мечтала увидеть штурвал яхты. С удовольствием составлю вам компанию.

– Конечно, – отвлекся, бросил на меня быстрый взгляд.

Это даже не безумие…

Бешенство… бешеный зверь.

Пристрелить его было бы гуманней…

Фальшивая улыбка, чужая ладонь, отвратительно мерзкое прикосновение.

В полном молчании мы дошли до рубки. Лерой будто не замечал, что я рядом. Он двигался словно на ощупь, одинокий путник идет сквозь туман, и каждый шаг – это шаг в неизвестность.

Что же ты видишь, бешеный волк?

Он отдал команду, перебросился парой ничего не значащих фраз с капитаном и, наконец, заметил меня.

– Меланика, простите мою невежливость, – сколько очарования в каждом жесте. И все впустую…

– Ничего страшного. – Я ласково посмотрела на мужчину и взяла его под руку. – Расскажите мне о себе, мсье Давид. – Мы вышли из рубки.

– Что бы вы хотели узнать, Ваша Светлость?

– Расскажите о вашей семье. Где вы провели детство? С кем из родителей были близки, вероятно с отцом? Или все же с матушкой? – Мы подошли к правому борту.

– Не угадали, – он повернулся ко мне, – больше всего я любил деда.

– Действительно, – улыбнулась я, – не угадала. Он давал вам уроки верховой езды, вы вместе рыбачили или, может быть, он учил вас стрелять? – Лерой нахмурился.

– Он не учил меня стрелять, – Давид повернулся лицом к реке, – он предпочитал холодное оружие. А вот его застрелили прямо на моих глазах.

– Как это случилось?

– Точно не помню, – он посмотрел на сжатые кулаки, – мне было около семи лет. Помню только звук выстрела и кровь. Много, очень много крови.