Ирина Зволинская – Наследники погибших династий (страница 30)
Аманда очаровывала слуг.
Я открыла дверь и увидела перепачканную в муке подругу. Повара склонились в поклонах и переглядывались между собой.
– Знакомьтесь, это Меланика, – представила меня она.
Все заулыбались, о моем появлении знала каждая собака в городе – что говорить о дворце.
– Накормите меня, – жалобно посмотрела я на самого крупного мужчину на кухне, – пожалуйста.
– Хочешь пирогов с луком? Уже готовы, – сдувая рыжую прядь со лба, спросила подруга.
– Давай. – Меня усадили за стол.
Работники порывались выгнать нас и накрыть в одной из столовых. Я сообщила, что так голодна, что туда не дойду, упаду в обморок, и это будет на их совести. Такой откровенной манипуляции противопоставить было нечего.
Я почти доела и наблюдала за тем, как Аманда ловко лепит очередной пирожок, на этот раз с картошкой. Ее уже обожали – потрясающее умение располагать людей, совсем как у Грэга.
Грегори…
Он с самого детства был любимцем всего города, и не потому, что его отец занимал высокую должность. Невероятно обаятельный, он мог найти общий язык со всеми, мужчинами и женщинами, детьми и стариками. А сколько уроков в школе благодаря ему удалось обменять на купание в речке. Учителя не могли отказать Грэгу в такой мелочи – отпустить с ним ученицу. Стоило ему только заглянуть в класс и улыбнуться, мне уже показывали на дверь. Он был рядом почти всю мою жизнь, до того рокового дня.
Тогда я доверяла ему больше, чем себе.
Это был последний вечер перед отъездом в столицу герцога и его сына. Софи должна была отправиться с ними в качестве официальной фаворитки младшего из Лероев. Мэр Роже пригласил нас на прощальный вечер. Мы танцевали, Аннель устроила аттракцион неслыханной щедрости и угощала нас вином. Напоследок мы решили немного прогуляться по краю любимого леса, он начинался недалеко от моего дома. Давид захотел присоединиться к нам с Софи – и там, под светом созвездия Волка, вдруг словно сошел с ума. Резко остановился, схватился за голову, несколько секунд смотрел на свои ладони и выхватил из-за пояса револьвер.
Пуля попала Софи в живот, она умирала несколько мучительно долгих минут. Я подхватила ее на руки, кровь омыла пальцы, слезы застилали глаза, и Софи прошептала: «Беги».
Но было поздно, Лерой ударил меня, а потом навалился и одной рукой сжал шею.
Помню, как в попытке вырваться острым краем какой-то поломанной палки оцарапала ему лицо. Его крик, он заваливается набок, будто мешок с мукой, в лицо летят соленые капли, и меня накрывает спасительная темнота.
Очнулась на диване в гостиной. Из памяти исчезло несколько часов. О том, что нападение мне не привиделось, говорила разорванная юбка, вся в бурых пятнах. Я надела очки, которые, как ни странно, лежали рядом, и зачем-то пошла в спальню к родителям. Открыла мамин шкаф и вытянула первое попавшееся платье с большими карманами на подоле. В одном из них оказался буклет с рекламой столичного университета…
– А вот это попробуй, – Аманда сунула мне в рот что-то неаппетитное.
– М-м-м, на вкус это значительно лучше, чем на вид.
– Семейный рецепт. – Она гордо подбоченилась и вернулась к плите.
Грегори с самого детства был решением всех моих проблем. Начиная с выбора книги, что б такое почитать, заканчивая наказанием обидчиков, коих тогда было немало. За мои очки меня не дразнил только ленивый. Когда самый задиристый мальчишка в округе оказался с разбитым носом, нападки прекратились. Неудивительно, что первое, о чем я подумала, – найти друга. Его кабинет был на втором этаже и имел выход на маленький балкон. Цепляясь за толстые побеги, взобралась наверх, как заправский скалолаз. Дверь была приоткрыта, и я заглянула в комнату. Грэг стоял спиной к окну.
– Вот это девица, – низкий смех герцога заставил меня отпрянуть к стене, – наставить подруге рога прямо перед носом. Но Давид-то хорош, и как он на нее позарился? Как, говорите, ее зовут?
– Мелисент Дюран. Думаю, он просто пожалел ее, бедная девочка не давала ему прохода, – незнакомый голос сочился сарказмом, – круглые очки! В столице подобных уже лет десять не носят. Надеюсь, я не задел твои чувства?
– О каких чувствах ты говоришь? Девушка не более чем моя знакомая, – Грэг…
Закусила кулак, чтобы не разрыдаться.
– Перестань, Мартен, не настолько она безобразна, – Лерой-старший встал на защиту моего достоинства.
– Может быть, напомнить ему об утреннем поезде?
– Не нужно прерывать пикантных развлечений. Пройдемте в библиотеку, продолжим знакомство с погребом Роже. Я уверен, утром Давид будет на вокзале.
Грегори направился к выходу. Двое мужчин с усмешками последовали за ним.
Надо ли говорить, что весь мой мир в этот момент рухнул…
На следующий день на вокзале в Оредеж я купила «Южный голос». Давида нашли утром в лесу вместе с остатками моей одежды. По официальной версии, Лерой провожал девушку домой, и там на них напали дикие звери (интересно, он так провожал девушку, через безлюдный лес). Он защищался, ранил животное, но несчастную спасти не удалось. Тело так и не нашли. Молодой Лерой оказался в больнице и продолжить обучение не смог.
Какая жалость.
О Софи не было ни слова. Самое смешное, иллюстрацией к заметке служил портрет сына мэра, хорошо не мой. Небольшое интервью с ним как участником событий прилагалось. В нем Грегори сообщил о том, как сильно была влюблена в наследника дочь его соседей. Чтобы оставить о себе яркие и незабываемые воспоминания, она решила соблазнить господина Лероя в лесу. Но романтическим планам одной недалекой особы не суждено было сбыться. Со снимка бывший друг смотрел с укором, красивые губы были поджаты – не одобрял он поступок соседки. Судя по статье в газете, факт моей смерти не подлежал сомнению.
Юлиан Лерой не поверил, как я узнала позже.
Руку боднула круглая голова, мол, чего расклеилась? Потрепала мощный загривок.
– Это ведь ты спас меня тогда? – Жаль, он не умел говорить…
Я оторвалась от ирбиса и поняла: что-то было не так. На кухне царила абсолютная тишина. И не мое общение с невидимым хранителем было тому виной.
– Фрекен, вы решили отравить двор?
Аманда молча поправила вновь выбившуюся прядь и перемазала лицо. Я поднялась из-за стола.
– Сидите, я хотел сообщить вам, что делегация из Саомара будет в восемь, за час до погребальной церемонии, – сказал Роланд и вышел.
– Он ничего не понимает в саомарской кухне, – грустно пожала плечами подруга.
– Не расстраивайтесь, фрекен Аманда. – Ее принялись утешать.
Вскоре инцидент был забыт, и я присоединилась к готовке.
Спать ушли глубокой ночью, довольные донельзя.
Если повара и слуги будут на твоей стороне, ни одна сплетня не пройдет мимо ушей, а информация, как известно, – власть.
Стук в дверь разбудил Аманду, но не меня. Я не спала ночью, лежала и смотрела в расписанный, словно звездное небо, потолок.
– Перестань, – Мэнди положила руку на мое плечо, – что было – не изменить. Не жалей о прошлом. Элиас примет любое твое решение.
– Ты знаешь?
– Кто-то же должен был отгонять дипломатов и солдат от палатки?
– Спасибо, – я повернулась к ней.
– Я заплету тебе косу, – погладила она меня по щеке, – иди, собирайся.
Мы вошли в зал за несколько минут до делегации. Элиаса среди них не было. Дурное предчувствие сдавило грудь. Отстояла бесконечно долгий час, о чем говорили – не слышала. Аманда придерживала меня, чтобы не упала.
– Добрый день, мсье. – Я обратилась к главе делегации, догнала уже в коридоре.
– Здравствуйте, мадмуазель, – удивленно ответил мужчина. Я говорила с ним по-саомарски, но при этом была одета по моде Такессии, да еще и сопровождали меня несколько человек охраны. – Чем могу быть полезен?
– Скажите, мсье Белами в Сверге?
– Мсье Белами покинул нас сразу за перевалом. Миссия задержалась, и он не успевал в Саомар на помолвку. За ним прилетел самолет премьера.
– Какую помолвку? – Я не узнала собственный голос.
– С мадмуазель Сусс.
Мы перебросились еще парой ничего не значащих фраз, и он ушел.
Похороны прошли как во сне. Я и Роланд были во главе процессии. Аманда шла рядом и не выпускала мою руку, тем самым давая понять – ты не одна. Если бы не эта поддержка, не прошла бы и метра.
О том, что они поженятся, я знала еще в университете, почему же эта не новая новость стала таким ударом? Будто маленькая бомба взорвалась внутри…
– Милая, Роланд зовет нас на конную прогулку.
– Не хочу. – Звездный потолок покоев много лучше реальности.
Сколько я лежу на этой постели? День? Месяц? Или год? Сколько раз усилия подруги растормошить меня оканчивались ничем? Я вставала только для того, чтобы удовлетворить естественные потребности. Мне не нужна была еда, но Аманда заставляла, кормила с ложки, словно малого ребенка. Я села, посмотрела на Мэнди – под глазами круги, губы дрожат, смотрит на меня, как мать на страдающее дитя. Что же я делаю?
– Прости меня, – обняла подругу.