Ирина Зволинская – Любовь, сова и бюрократия (страница 36)
— Нормальные. Будь уверен, имей Фелиция мои возможности, с вероятностью девяносто восьмь процентов, она поступила бы так же.
А ведь это мысль… светлая всё-таки у меня голова, такие идеи рождает. Даже во сне! Изучу список женихов и, пользуясь новым служебным положением, заведу на каждого из них отдельную папочку!
— Нормальные люди сначала знакомятся, ищут точки соприкосновения, на свидания ходят. А ты еще до знакомства с ней — карту психических реакций у аналитиков на неё запросил, — менталист затянул узел галстука.
Да, жаль, что аналитиков к моему вопросу привлечь нельзя. Боюсь, не оценят они задачи — найти кандидата, с которым будет проще всего развестись.
Изучить чужие предпочтения, антипатии, сильные стороны и слабые места еще до знакомства… — это же какая эффективность при выборе супруга! И никаких ненужных эмоций, голый расчет.
Кристиан поставил почти нетронутый бокал на стол и, откинувшись в кресле, сложил руки на груди:
— Девяносто шесть процентов совместимости, Энтони, ты же видел вердикт аналитиков. Мне нравится эта женщина, действительно нравится и нравится давно. Не вижу ничего плохого в том, чтобы приложить усилия для того, чтобы понравится ей. И да, у меня нет времени на статистические погрешности.
— Это ты сейчас так вероятность отсутствия ответной симпатии с её стороны так обозвал? — выгнул Тони бровь.
— Четыре процента против девяносто шести.
— Крис, ты даже одеколон заказал, опираясь на эти данные! Думаешь, это нормально? Так вот я тебе сразу скажу — нет! — Менталист повернул голову и, взглянув мне в глаза, спросил: — правда ведь, Фи?
— Совершенно, согласна! — я рассмеялась.
— Уху-ху! — подтвердила сова.
Подушка свалилась с кровати, хохоча, я вернула её на место и, вновь провалилась в сон. На этот раз без сновидений.
Выбор одеколона при помощи аналитиков, чтобы уж точно понравиться женщине! Нет, ну кто бы мог подумать, какой я, оказывается, юморист!
***
Удивительная вещь — ограничения. Пока их нет, ты и не замечаешь, как, оказывается, прекрасно жил до того. Во всяком случае, тебе и в голову не могло прийти отпрашиваться у охраны к работодателю.
— Бывшему работодателю, — сухо напомнили мне.
Проглотив особенно заковыристое ругательство, я повторила в десятый раз:
— Деловая этика, лей, предполагает: о том, что работодатель стал бывшим, его неплохо бы предупредить.
Лей Винсент, знакомый мне со вчерашнего вечера, свёл брови. Он был одним из тех, кто ломал мою дверь и даже немного этому факту смущался. Недолго. Когда плотник ушел, благополучно дверь эту починив, мой охранник, судя по всему, окончательно совесть потерял.
А с виду такой приличный! Симпатичный, спортивный, среднего возраста и наполовину седой. Сова вон, в ухе торчит — женатый. И совершенно к моим доводам глухой.
Смяв в кармане белого летнего платья список своих женихов, я зажмурилась. Вдруг, когда я открою глаза обратно, лей исчезнет? Увы. Не исчез. Еще и смотрел на меня крайне неодобрительно. Кажется, у него начал дергаться глаз. В принципе, логично. Я его, наверное, уже часа два уговаривала меня отпустить, методично и с улыбкой повторяя одни и те же доводы, а в ответ получала только: «Лэрд Васкес на сегодня ваши выходы не согласовал».
Причем на вопрос, какой именно из Васкесов так оплошал, мужчина сурово молчал. Кремень, а не охранник.
«Спокойно, Фелиция. Сваришь ему кофе, заставишь выпить, и путь свободен…» — мрачно подумала я, по памяти вспоминая руну того самого, так не хватающего мне сейчас спокойствия, и вновь улыбнулась мужчине.
— Не, — сказал он, запнулся и рассеянно посмотрел сквозь меня.
Я повернула голову, пытаясь понять, что там такое за моей спиной, и сощурилась от яркого света. У моего виска, а теперь уже прямо у носа, обнаружилась знакомая сияющая руна, колышущаяся словно лента на ветру. Я осторожно повернулась обратно, руна с некоторым опозданием вернулась к моему виску. Бросила взгляд на охранника — он так и стоял, глубоко задумавшись, прямо скажем, немного не в себе. И, чего там, казался очень спокойным. Зачарованным он казался. А поскольку никого кроме меня и самого лея Винсента в моем доме не было — одного охранника на одну девицу начальство посчитало достаточным, я сделала логичный вывод, что зачаровала его я. И руна у моего виска тоже — моя.
Богиня-богиня-богиня…
А это вообще законно? Что мне за это будет?
Руна ярко вспыхнула, и меня окутало приятное тепло. Да ничего мне не будет. Девушке с такими женихами бояться нечего. Разве что самих женихов.
— А чего мы, собственно, спорим, лей Винсент? — задушевно сказала я, подхватывая мужчину под руку. — Идемте вместе!
Он сладко зевнул и, осоловело кивнув, сказал:
— Хорошо.
И, заперев свежепочиненную дверь, мы пошли. Неторопливым прогулочным шагом пошли. Лей любезно согласился мне помочь и нес коробку с документами. Он вообще на все мои вопросы и предложениями отвечал согласием. Золото, а не охранник.
Плохо только, что на уговоры ушло всё утро, и шли мы по самой жаре. Я-то предусмотрительно взяла с собой соломенную шляпу, а вот мой охранник рисковал получить солнечный удар. Потому-то я и нырнула с широкого проспекта на узкую улочку — идти чуть дольше, зато в тени.
Календарная весна уступила южному томному лету в считанные дни. На улицах было пусто — горожане прятались от жары за плотными ставнями, в охлаждаемых холодильными установками лавках, и только под тентами уличных кафе бурлила жизнь.
— Сидра? — предложила я охраннику, заметив с каким наслаждением делает глоток из холодного бокала мужчина за одним из столиков.
У Винсента (он разрешил мне называть его по имени) по виску текла капля пота, и я почувствовала себя немного виноватой за его состояние. Это же только полпути…
— Хорошо, — снова согласился он.
Оставив охранника за свободным столиком, и оставив вместе с ним свою шляпку, я вошла внутрь заведения и направилась прямиком к барной стойке. Официанты заняты, мне и надо-то всего ничего. Так будет быстрее. Я благополучно расплатилась и, на ходу ополовинив свой стакан, пошла на улицу. Руна так и сияла у моего виска, но совершенно мне не мешала. Даже наоборот, освещала путь. Красиво, опять-таки…
На выходе я задержалась, выглядывая своего сопровождающего.
— Лея! — нервно сказал он, появившись передо мной буквально из-под земли.
— Спокойно, — ласково улыбнулась я, руна у моего виска ярко вспыхнула и пришла в движение, сделала круг вокруг его головы, а затем вновь вернулась ко мне.
Да, очень красиво. И удивительно спокойно…
— Так что насчет сидра? — я протянула ему бокал.
Винсент мгновенно расслабился, принял бокал и, отпив, сказал:
— Хорошо.
Точно, очень. Очень хорошо. И чего я раньше об этой руне не вспомнила? Глядишь, и имена в списке восприняла бы нормально. Подумаешь, Васкес-младший, ожидаемо же? Ожидаемо. Парочка аристократов, неизвестный мне менталист в ранге черный перстень — это тоже нормально. Ну а то, что помимо них в списке этом оказался сын короля, так это, может быть, чтоб прониклась серьезностью задачи и выбирала быстрей.
Тони, ясное дело, не было. Он, похоже, в деле ухода от свиданий — собаку съел.
Мы с Винсентом спокойненько вернулись на место и, устроившись в плетеных креслах, спокойненько допили свой сидр.
— Очень хорошо, — сощурился мужчина.
— Лучший сидр в столице, — кивнула я и немного грустно добавила: — лей Родригез им много лет его поставляет.
Жаль мне было оставлять любимого клиента, очень. Может быть потому, что лей давно уже стал для меня больше, чем просто клиентом. Он же меня и кормил, и поил, оборудовал мне прекрасное рабочее место рядышком с барной стойкой, но за ширмочкой, так, чтобы клиенты меня не беспокоили. Еще и у окна — чтобы света было достаточно. Золотой человек.
Я тяжело вздохнула и, подхватив шляпу, поднялась из-за стола. Кто-то крепко, но в тоже время осторожно схватил меня за запястье, не давая уйти. Я недоуменно посмотрела на смутно знакомого мужчину. Вспомнила! Это он так вкусно пил сидр, что я решила сюда зайти.
— Простите, лея, — отпуская меня, улыбнулся он во все свои тридцать два крепких белых зуба. — Я случайно услышал, что вам знаком производитель этого замечательного напитка, — чуть растягивая гласные, повинился он.
Я придирчиво осмотрела его с ног до головы. Темноглазый, темноволосый, но кожа светлая. Холеный, одежда пошита на заказ, на руках перстни с изумрудами, на запястье золотые часы. Держится с достоинством, молчаливые спутники (я насчитала троих) — явно охрана. Аристократ. А лей Родригез ссуду взял, чтобы приобрести для любимой супруги мобиль. Думал, порадует, брак спасет. Жаль, она все равно от него ушла. А долг остался…
Сощурившись, я наклонила голову к плечу и сказала.
— Да, знаком. Я работаю у него бухгалтером. А вы с какой целью интересуетесь?
Мужчина рассмеялся. Смех у него был красивый, я бы даже сказала по-мужски притягательный, женщины рядом головы свернули.
— Приятно иметь дело с деловым человеком, — сверкнул он глазами. — Я хотел бы поговорить с ним о поставках его продукции в мой город.
Мой город. Не местный. Значит, небольшой выговор мне не показался. Неплохо, очень неплохо было бы лею Родригезу поставлять свою продукцию не только в столице, но и за её пределами.