Ирина Жалейко – Защита Императорского дома. Книга первая. Трилогия вторая «Императорский дом» Фантастическая сага «Воины света» (страница 3)

Я пытаюсь разобраться не только в механизмах, но и в надписях, которые есть здесь повсюду. Может быть, когда-нибудь я это сделаю. Мне почему-то очень хочется прочитать, что здесь написано. Эти буквы завораживают меня. Я уверена, что однажды разгадаю их смысл. А пока мне просто нравится касаться их руками. У меня внутри словно начинает звучать музыка. И мне становится спокойно.

Бабушка Ритва отругала меня на днях за то, что я перестала вести этот чёртов дурацкий дневник. Зачем я должна туда записывать свои воспоминания? Да и какие воспоминания могут быть у меня, маленькой семилетней девочки, которая живёт с великой шаманкой у подножия горы вдали от поселений? Какие воспоминания я могу записать, если ничего не знаю о себе? И никто не знает, откуда я появилась. Даже бабушка Ритва. А она может видеть настоящее, прошлое, а порой и будущее жителей нашей Земли. Она такая одна в своём роде. К ней за советом приходят и из дальних земель, и из ближних, и из разных поселений нашей планеты. А моё прошлое она не видит. Один туман вокруг.

Меня принёс к ней в страхе один пастух. Он нашёл меня в горах неподалёку от бабушкиного дома два года назад в месяц Просветления. Я шла без одежды и плакала. Он не смог разобрать моего бормотания. Пастух сперва подумал, что я вся в снегу и могу замёрзнуть. А потом увидел, что я сама по себе белая. Тогда он испугался, что я уже замёрзла и побелела от холода. Он подхватил меня на руки, укутав в свою верхнюю одежду, и как можно быстрее доставил к бабушке Ритве, чтобы я не умерла. Он очень испугался, что меня выкинули из дома из-за моей внешности. А на нашей планете этого делать нельзя. Дети среди моего народа считаются величайшим даром, продолжением нас самих, продолжением нашей истории, продолжением всего сущего.

Бедный пастух испугался, что на наш народ падёт страшная кара Богов, если они узнают, что кто-то выкинул ребёнка из дома. Бабушка Ритва удивилась, увидев меня. Она успокоила пастуха, сказав, что поговорит с Богами и попросит у них прощение за всех нас. И строго настрого велела пастуху не рассказывать нигде и никогда историю, как он меня нашёл, чтобы ни один человек на всей планете не знал моего происхождения. Ибо разгневаются тогда на всех нас Боги и не простят никого из живущих. Даже червяка, что живёт под землёй. Потому что они в гневе могут стереть всю жизнь с лица нашей планеты. И она взяла слово молчания с пастуха перед ликами Богов.

А меня она оставила у себя, чтобы однажды смогла вспомнить, кто я и откуда. Потому что не будет покоя тому роду, который меня потерял. Не пустят их Боги к себе на небеса. И будут бродить души этого рода неприкаянными до конца времён, так и не обретя покой.

Моя кожа была белее снега, не загорая даже под лучами палящего солнца. Мои волосы были белыми с переливами жёлтого, словно золотой луч солнца поселился в каждой волосинке. У каждого человека моего народа глаза сияли, переливаясь всеми оттенками мёда: от светло-коричневого до золотистого. Мои же были небесно-голубого цвета. Поэтому Андриус постоянно говорил, что в моих глазах нет солнца. Вот бабушка Ритва и назвала меня Айной, что означает – единственная. Наверное, потому что я была единственным потерянным ребёнком. Хотя, может, именно из-за того, что на всей нашей земле не было человека похожего на меня. Бабушка Ритва не отвечала мне на эти вопросы. Она только ласково улыбалась и постоянно твердила, что я обрету своё настоящее имя только тогда, когда вспомню, кто я и откуда. А имя Айна временное. Ведь человек не может жить совсем без имени.

Так бабушка Ритва стала моей семьёй, но даже у неё был свой род. У всех людей моего народа он был. У всех. Кроме меня.

День третейный месяца Покрова в год 561 от Страшных времён.

Глава 2

подглавка

Дурацкий дневник

День четыре на десятый месяца Первого листка в год 562 от Страшных времён.

Мне порой очень сложно сосредоточиться. Я выравниваю дыхание и пытаюсь уйти в тишину, но не могу этого сделать. В моей голове сразу возникает много мыслей, и они мешают мне успокоиться. Я постоянно прислушиваюсь к внешнему миру, а нужно научиться его не слышать. Мне очень сложно это сделать.

Я вздохнула и опять сосредоточилась. Постепенно мир вокруг меня затих, и я ушла в тишину.

«На меня опять накатила волна странных эмоций. Кто-то склонился надо мной и прошептал мне слова, но я их не понимаю. Лишь какие-то невнятные бормотания. Порой звуки исчезали совсем.

– Когда придёт время…

Чей-то голос на секунду прорвался ко мне. Я попыталась услышать продолжение этой фразы, но волна пустоты и боли опять накатила на меня».

Я вышла из тишины.

Видимо, я всё вспомню, когда придёт время. И Боги хотели мне сказать, что оно ещё не пришло. Но когда оно придёт? Когда я вспомню своё прошлое?

Столько вопросов. И теперь их у меня стало ещё больше.

подглавка

Реальность

Утро выдалось замечательным. Наступило солнечное лето. Птицы пели, переговариваясь друг с другом в листве деревьев. Сегодня мы с бабушкой Ритвой отправились в лес. Нужно было собрать травы и коренья, а это значит, что мы останемся там ночевать. Некоторые растения нужно было собирать в полнолуние ночью. Некоторые при первых лучах солнца. Бабушка Ритва учила меня понимать травы. Она говорила, что любая земля, на которую бы я не прилетела, имеет свои растения. Но умея понимать их сущность, я смогу отыскать нужное лекарство везде в этой вселенной. Я смогу отличить ядовитый плод от полезного. Я смогу даже яд применить как лекарство.

– Ты пойми, что растения на другой планете будут отличаться от наших внешне. Но каждая земля растит их с одинаковой любовью, а значит, они имеют схожие внутренние свойства. И если ты научишься понимать растения этой земли, то сможешь найти им похожие в любой точке вселенной, – говорила бабушка, протягивая мне цветок солнцеяда.

– Бабушка, зачем ты мне говоришь про другие планеты? Наш народ никогда не покидает землю. Мы даже поэтому построили космодромы для торговли с иноземцами, чтобы они могли общаться с нами. И это они к нам прилетают, а не мы к ним. Так зачем мне понимать чужие растения? – удивилась я.

– Глупая. Я учу тебя понимать саму природу. Пытаюсь объяснить, что она имеет разный вид на других планетах. Но её сущность, её энергетика будет везде одинакова в нашей огромной вселенной, – ласково улыбнулась мне бабушка Ритва.

– А почему после Страшных времён мы больше не путешествуем среди звёзд? – спросила я.

– Наш народ достаточно долго был без дома, Айна. И обретя его вновь, мы не хотим больше отрываться от земли. Ведь она приняла нас, обогрела и дала нам пристанище. И теперь мы заботимся о ней, помогая всем живущим и растениям.

– Поэтому мы лечим диких живущих?

– Да. Они это знают и порой сами приходят к нашим селениям, ища помощи.

– Странно всё это. Мы же убиваем некоторых из них для пропитания. Зачем же нам спасать их? Или почему бы нам не начать кушать только растения? – спросила я.

– Глупышка. Растения ведь тоже живые. Они так же чувствуют боль, как и все живущие вокруг них. Они так же растут под лучами ласкового солнца, как и мы. Так чем же они отличаются от нас? Скажи? – бабушка ласково погладила меня по голове.

– У них нет глаз, чтобы видеть. Ушей, чтобы слышать. И им нечем говорить с нами, – ответила я.

– Да? – бабушка только усмехнулась, посмотрев на меня. – Иди за мной.

Мы шагали по лесу молча, пока не вышли на солнечную поляну. Там было много разноцветных цветов, словно великий шаман сотворил огромный красивый ковёр. Между ними порхали различные насекомые. Мы остановились возле полянки.

– Закрой глаза. Слушай себя вот тут, – бабушка показала на моё сердце. – Слушай внутри себя.

Я закрыла глаза и сосредоточилась. Звуки постепенно стали исчезать из моего разума. Я дышала ровно и спокойно. Я сосредоточилась на внутренних ощущениях. И вдруг моё сердце пронзила резкая боль.

– Ай! – я вскрикнула и открыла глаза. – Что это было?

– Возьми этот цветок, Айна, – вместо ответа бабушка протянула мне прекрасную в своей красоте плачущую синяво́чку2.

– Это она мне сделала больно? – я взяла в руки цветок и принялась его рассматривать.

– Нет. Это я ей сделала больно. Я не попросила у неё помощи. Я не рассказала ей, что сорву её. Я просто сломала ей стебель и отдала тебе. Я сорвала её не для благого дела. Я прекратила её жизнь раньше срока. Да, она ещё может простоять у нас в доме некоторое время, украшая его своей красотой. Но этот цветок уже начал дорогу к своей гибели. И синяво́чка крикнула от боли, когда я срывала её, а ты это услышала. Так чем она тебе сказала об этом, если ей нечем говорить? – всё так же спокойно спросила бабушка.

– Я не знаю, – тихо ответила я. – Прости нас, синяво́чка. Я не хотела твоей гибели.

– Если живое существо выглядит не так, как мы, это не значит, что он не может с нами общаться. Тебе нужно просто понять, Айна, что растения используют другие органы чувств отличные от наших, только и всего, – ответила мне бабушка. – Надеюсь, теперь ты это осознала?

– Но тогда получается, что когда мы косим траву на сено нашим коровам, то губим их? Если мы крошим редиску в салат, то она гибнет напрасно? Когда мы кушаем мясо, мы губим кого-то ради собственной жизни? Но мы же не можем не кушать? – я заплакала.