Ирина Юсупова – Границы существующего-1 (страница 4)

— Прошу Вас.

— Но что писать, если я уже не знаю, как это переделать?

— Дорогая, вы ведь журналистка. Покажите нам ваши способности и напишите всё заново.

Я макаю перо в чернильницу, начинаю писать, и вдруг с моего пера, когда я закончила половину анкеты, падает жирная клякса. Пенопласт едет е своей хозяйке. Она цокает и качает головой, затем снова кладёт уже чистую новую анкету на этот дурацкий поплавок, который едет ко мне.

— Что ж, заново, — заявляет психолог. Это начинает меня ужасно злить. Я наклоняюсь над анкетой, чтобы снова не наделать клякс, и тут мой диктофон с характерным хлюпаньем падает в воду.

— Ничего — ничего. Главное — чернила не пролейте, — произносит женщина и буравит меня взглядом, очки, кстати, она опять поменяла и снова смотрит на меня огромными пучеглазыми глазами.

Далее я заполнила эту чёртову бумажку уже без проблем. Кладу её, и она плывёт к этой ненормальной. Она прочитал её. Затем сложила вдвое, втрое и вот в руках у неё бумажный самолётик, который она с ехидной улыбкой запускает в воздух. Нет! Ну этого уже я вытерпеть никак не смогла. Я резко встаю, опрокидываю стул, пинаю ногами игрушки (некоторые летят в аквариум). Злость переполняет меня.

— Вы… вы… вы… — от ярости речь даётся мне с трудом. — Вы чокнутая на всю голову! Вы- неадекватная идиотка, я ухожу!

Еле сдерживаюсь, чтобы не применить физическую силу, а так хотелось вцепиться ей в волосы! Громко ругаясь, я буквально бегом покидаю комнату, но это трудно сделать из-за хауса, творящегося на полу.

— Зачем же вы злитесь? — мягко произносит женщина. — Давайте лучше песенку споём.

И она включает на своём старом кассетном магнитофоне «От улыбки…» Я с грохотом хлопаю дверью.

Группа А

Павел

Я фактически вымотан, хотя, что там разглагольствовать, если каждый день я прихожу домой и валюсь с ног. Со дня смерти моей жены прошло 6 лет, а я помню это так, как будто это было вчера. Сначала я думал, что единственной соломинкой, оставившей бы меня на плаву, была моя работа, и я стал делать больше деталей, перевыполнять все сроки, но платили мне также и заработок мне счастья не приносил. Дочке я обеспечил счастливое детство. Она имела всё, чтобы ни захотела, и что я мог себе позволить. У моей дочки голубые глаза и русые волосы, она практически точная копия своей матери — единственной женщины, которую я так любил, единственной, с кем бы я хотел быть вечно, и это нечестно! За что судьба так со мной? Увидев однажды мой потухший взгляд, дочка стала искать мне новую работу и нашла. Компанию «Силикат». Я послушал её. Собеседование я прошёл без проблем, ведь я отличный работник, через неделю ко мне приехал курьер и передал письмо. Мне нужно было пройти несколько тестов, которые содержал вложенный в конверт диск, также я должен был прикрепить к голове несколько датчиков; «Силикат» объяснил это, как проверку на мою реакцию и соображаловку. Я и это сделал без особого труда, однако эти тесты настолько втянули меня, что я напрочь забыл об окружающем меня мире. Появился интерес, и мне вдруг стало легче.

Позже мне позвонили и сказали, что человеку с такими потрясающими данными не стоит заниматься деталями, что они нашли гораздо более подходящую и интересную профессию для меня. Мне стоит подъехать в «Силикат».

Подъезжаю к зданию на своей машине. Постройка, конечно, красивая, но строение строению рознь, такие же вон на Международной строят. А будут ли в этот раз какие-нибудь испытания? Это было бы забавно. Кстати, вот что что, а цифры я запоминаю отлично. Я досконально запоминаю номера телефонов, к примеру, шесть миллионов сто двадцать семь тысяч… и так далее.

Внутреннее содержание «Силиката» уже не доставляло такого приятного волнения, как в первый раз, когда я пришел на первое собеседование, ко всему привыкаешь или я просто искатель новых ощущений. Помню с женой, как познакомились, практически весь мир объездили и где только не были! И всё было другим, может, времена меняются, а, может, это я изменился. Хотелось бы съездить куда-нибудь, но боюсь мне будет больно, ведь красоту, по моему мнению, лучше познавать вдвоём, чтобы было с кем поделиться впечатлениями…

— Здравствуйте, — подходит ко мне белокурая девушка в холле и отвлекает меня от этих мыслей. — Вы Павел Беляев, верно?

— Да, — удивлённо отвечаю я.

— Прошу проследовать за мной.

И она развернулась ко мне спиной и быстро зашагала в неизвестном направлении. Я недолго думая, направился за ней. Девушка была на высоченных каблуках, я просто не представляю, как на таких можно ходить, но шла она так, что я еле поспевал за ней. На какой-то момент она слилась с толпой в вестибюле, я беспокойно озирался по сторонам, люди толкались, их было слишком много, я схватился за сердце, я был фактически в панике, но тут что-то белое мелькнуло в толпе, и я рванул к этому лучику моего спасения. Хлопнула дверь, я подбежал к ней, распахнул и зашёл внутрь.

Сначала меня ослепил яркий свет, уж больно было освещено помещение. Я проморгал и привык. Я находился… в цеху. Повсюду были рабочие зоны, но люди здесь не толпились, их было, попросту не много.

Я, как заворожённый, прохожусь по, казалось бы, родному помещению, но всё здесь было иным. Такие современные аппараты будущего нигде не встретишь. Всё хотелось потрогать, ощупать, осознать, что это за вещи такие.

Иду дальше. Вижу рабочего, который старательно изучает чертёж, будто старается запомнить его до мельчайших подробностей. Заглядываю ему под руки на рабочую зону и вижу, что это чертёж детали, она будет настолько сложна, что я подумал, что изобретатель её- сумасшедший, мне бы такого и в голову не пришло. Рабочий закрывает бумагу, складывает её и кидает в одну из папок, затем заходит в камеру, которая была полностью прозрачной и закрывает глаза. И тут передо мной возникает настоящее чудо!

Я вижу, как рядом с ним, буквально в воздухе, появляется капля металла, вытекшая из форсунки, она растёт, мнётся и сгибается, как пластилин. Я стал искать руками стул, как не видящий нашёл и сел. Металл продолжал крутиться. И вот я вижу, как эта капля приобретает вид этой самой детали! Я был поражён и шокирован. Как можно из ничего сотворить что-то?! Между тем деталь опустилась в специальный отсек, рабочий открыл камеру и вышел. Заметив меня, мужчина улыбнулся.

— Как… вы это сделали? — еле проговорил я.

— Это одна из наших старых разработок, не вижу тут ничего особенного, — произносит он.

— Но, позвольте, объясните!

— Тут нечего объяснять. Знаете, откуда она взялась и в чём заключается сила?

Я промолчал. Он показал пальцем на свой висок:

— Вот она. Высшая сила разума.

Я встал, решив посмотреть на получившуюся деталь. Но вдруг ко мне подбежала белокурая девушка:

— Что же вы не идёте? — недовольно произнесла она. — Вас не будут ждать. Следуйте за мной! — и буквально потащила меня из цеха.

А я взял деталь с собой, как только девушка повернулась ко мне спиной. Она им все-равно не нужна.

***

С девушкой я одолел ещё много коридоров, пока она не привела меня к месту назначения. Я зашёл в комнату, внутреннее обустройство которой напоминало лекционный зал где-нибудь в МГУ. Стулья стояли на ступенях, тем самым напоминали лестницу, идущую вверх, и везде, куда взгляд не кинь, сидели люди. Внизу стояла кафедра, но там никого не было, поэтому люди занимались чем хотели, а хотели они одного, общаться. И в зале стоял такой шум, что хотелось закрыть уши руками. Сажусь в 11 ряду, рядом с ярко накрашенной девушкой. Меня прям подмывает что-то сказать:

— Девушка, а Вы были в цеху по дороге сюда?

Она недоумевая хлопает глазами.

— Нет. О чём вы?

— Да вот представляете, зашёл в комнату одну, там фокусник-рабочий силой мысли детали делает.

— Да что вы говорите! — ехидно усмехаясь произносит она.

— Я сам не поверил! А он говорит — обычное дело, типа, бывает… У меня на глазах, представляешь? Подумал: что это ещё такое! Белиберда — не бывает такого… Моя провожатая отвернулась, я открыл щиток, посмотреть, потрогал — деталь сломалась, ну ничего, новую сделают, тем более так просто это всё у них получается.

— Я Вам не верю.

Я достаю из кармана кусочек.

— Не подумай. Я случайно.

Она верит деталь в руках.

— Да ну! Обычный кусок металла и ничего особенного в нём не вижу.

Я на долю секунды задумался.

— А кем тебя на работу в цех берут?

— Чего?! — она недовольно отворачивается.

Я толкаю локтем парня, сидящего слева.

— Слушай, парниш, а ты в технике то разбираешься? — Он явно удивлён. — Смотри. — показываю ему деталь. — Видел когда-нибудь что-то подобное? Как думаешь, можно сделать такую?

Он вертит металл в руках. Я вижу заинтересованность в его глазах, но тут он заявляет:

— Хмм… Прикольная железка. Я б такую на ключи повесил.

Я сразу отбираю у него мою ценную находку и хочу уже подсесть к кому-нибудь ещё, как вдруг в зал заходит мужчина и встаёт за кафедру.

— Здравствуйте, — произносит он и замолкает. — Меня зовут Тобиас Эрфарунгсманн. Просьба обращаться ко мне господин Эрфарунгсманн. Я проведу с вами сегодня беседу, в которой расскажу про ваши возможности в «Силикате». Но для начала давайте поиграем в небольшую игру, — мужчина кладёт на стол коричневый портфель. — Как вы думаете, что находится в нём?

— Документы! — кричит парень из первых рядов.