Ирина Юрьева – Лавка желаний для попаданки (страница 8)
Время растягивается так же медленно, как капли в системе. Включать сразу с ветерком я не рискую, боясь резкого скачка давления и усиления кровотечения.
– Всю ночь с ним сидеть будешь? – белка бесцеремонно устраивается в кардигане, лежащем на столе. – Ничего с ним не сделается! Оборотень – он оборотень и есть.
Молча отмахиваюсь от хвостатых советников. Вера в успех мероприятия тает быстрее, чем капли дождя на жарком солнце. Академик Велигуров что-то упустил в своих трудах, ссылаясь на феноменальную живучесть оборотней. Ну или конкретно наш – бракованный. Нис прав, надо идти спать.
Стоп! А где здесь это самое спать? День без передышки забрасывал меня проблемами, что я совсем позабыла про собственную амнезию. Или как там подобное называют?
Ещё раз осматриваю лавку в надежде отыскать дверь, лестницу или какой-то знак, указывающий на наличие спальни. Не под лавкой же спать? На полу холодно, грязно… да и жёстко. Я не в том возрасте, чтобы совершать такие подвиги. Остеохондроз, грыжи… целлюлит… Последнее спать не мешает, правда.
Стеллажи, шкафы, стеллажи… полочки…
Взгляд падает на раскрытый ежедневник в кожаном переплёте, сиротливо, расположившийся на столе. Отлично. Там должна быть важная информация.
Подчерк мелкий, но вполне читаемый:
«25 июля 22 года.
Продолжаю работу. Первые три образца доказали свою абсолютную бесперспективность.
26 июля 22 года
Тридцать единиц силы оказались недостаточной величиной.
27 июля 22 года
Если вдвое увеличить количество единиц силы, добавив частички звёздной пыли в рабочий контур, то высвобожденная энергия должна пробить брешь между мирами».
– Бред какой-то, – обхватываю виски ладонями. – Магия? Иные миры? Что?!
Оборачиваюсь на резкий и громкий звук быстрее, чем успеваю предположить его источник.
Мать моя белочка… Проносится в голове, подобранная у Ниса, фраза. Тело оборотня изгибается дугой, как при последней стадии столбняка. Чудится, что вот-вот послышится хруст костей, ломающихся спазмированными мышцами. К своему величайшему счастью, вживую я данную инфекцию не видела никогда раньше, собственно, не против развидеть и сейчас. Белка поднимает сонную мордочку, долго фокусируя глаза-бусинки, а потом резко подпрыгивает.
– Данка! – истерично вопит зверёк, ловко взбираясь по моей руке. – Бежим! Он оборачивается!
– Куда? – отвечаю несколько заторможено, не в силах отвести взгляд от происходящего. – Это разве не столбняк?
– Какой, к богам, столбняк?!
– Обычный, – делаю шаг назад, ловя себя на мысли, что хруст действительно есть. – Заболевание, вызываемое клостридиями…
На половине фразы я замолкаю, потому что тело оборотня изгибается в сильнейшей судороге, фактически ломаясь пополам. Откуда-то доносится холодящий кровь рык, в очередной раз игнорируя законы физики, анатомии и здравого смысла.
– Бежим! – Нис теряет терпение, самообладание и совесть, срываясь с места.
Белка ловко взбирается вверх по стеллажным перекладинам, оставляя меня наедине со сложившейся ситуацией.
Тело мужчины перестаёт двигаться, подергиваясь голубоватой дымкой, стирающей очертания. Мне бы прислушаться к фамильяру и бежать со всех ног. Только я не могу отвести глаз от творящейся здесь магии.
– Данка! – доносится сверху.
– Р-р-р! – выдаёт огромный белый медведь, с трудом поднимаясь на лапы.
Интересно, откуда берётся лишний вес? Мистер Блэйк выглядел довольно щуплым.
Шесрть тусклая, местами вымазанная в крови, где-то видны проплешины. Организму, определённо, не хватает сил на восстановление. Может, у него какие-то хронические заболевания в одной из ипостасей?
Мозг работает автономно, причем, определённо, не в мою пользу.
Зверь медленно поворачивается, втягивая ноздрями воздух. Каждое движение отдается эхом в тишине, нависшей в лавке.
– Как себя чувствуете, мистер Блэйк? – спрашиваю максимально спокойным голосом.
Медведь смотрит совершенно невидящим взглядом, лишь активно принюхиваясь, видимо, в поисках пищи. Стоит признать, что самым подходящим, аппетитным и питательным продуктом здесь являюсь я. Без вариантов.
Голубые глаза светятся изнутри, выдавая магическую природу зверя.
– Мистер Блэйк, – повторяю с нажимом, надеясь, пробудить человеческую ипостась.
Как там в сказках пишут? Любовь, ласка, что-то там ещё, могут из любого зверя сделать монстра… то есть, человека… Ой, мамочки!
Медведь подходит вплотную. Я чувствую его горячее дыхание на своей коже.
На секунду кажется, что в светящихся глазах мелькает тень разума. Ощущение, как будто, отдаленно знакомое… Меня раньше ели белые медведи? Вряд ли… Такое ни одна амнезия не сотрёт.
Зверь издает, леденящий душу рык, от которого шевелятся волосы, даже в самых незапланированных местах.
– Я помню тебя! – выкрикиваю, снова проваливаясь в воспоминания.
Свои? Чужие? Мне сложно это понять. Я просто ныряю в них, теряя связь с реальностью.
***
В растерянности делаю пару шагов, упираясь в металлический забор, отделяющий больничную территорию от лесопосадок.
– Странно… очень…
Прямо за забором начинается беспросветно густой туман. Словно кто-то неведомый разбросал сахарную вату, так и тянет прикоснуться или даже попробовать на зуб. Какая она? Машинально сглатываю, представляя себе почему-то вместо приторно-сладкой массы ванильное мороженое.
В конце концов, любопытство пересиливает здравый смысл, и я протягиваю пальцы к странному туману.
Вопреки ожиданиям, там нет промозглой, холодной сырости. Вместо этого ощущаю, как ладонь покалывают сотни крошечных электрических разрядов. По коже пробегают мурашки, поднимая тонкие волоски. Это одновременно приятно и не очень. Передергиваю плечами, стараясь разобраться в ощущениях. На душе становится легко, свободно, будто нет никаких проблем, а впереди только мягкое, тёплое, белое облако, обнимающее тебя. От этого чувства начинает кружиться голова, губы расплываются в глупой улыбке. Делаю неосторожный шаг, теряя равновесие. Кажется, сейчас я упаду лицом прямо в забор. Представляю, как буду выглядеть с разбитым лицом… Но вместо этого, туман окутывает меня нежным одеялом, утягивая куда-то вперёд. И вот теперь нет ничего. Ни земли, ни неба – только пушистая, белая вата и два ярко-голубых глаза.
Что?
Наваждение слетает, как по мановению волшебной палочки. Я вижу, как посреди беспросветного тумана стоит огромный белый медведь. Зверь, не отрывая взгляда, смотрит на меня светящимися голубыми глазами, прикидывая, насколько я буду питательна в качестве обеда или раннего ужина. Не знаю, сидит ли он на диете и каких гастрономических верований, но, судя по всему, соотношение количества белков,жиров и углеводов в отдельно взятом человеке его вполне устраивает. Медведь делает шаг вперёд, издавая низкий рык. Мурашки пугливо перебегают с затылка на спину, рассредотачиваясь по ней.
Шаг. Ещё один. Я будто примерзла к месту, завороженно смотря на диковинное животное. Кажется, что его шерсть тоже отливает голубым, словно по ней каждую секунду проскакивают электрические разряды.
Зверь с шумом втягивает воздух в сантиметре от моего уха, заставляя меня сжаться в один целый комок страха, а после разворачивает морду на звук крыльев.
Прослеживаю взгляд, а там, где-то в клубах тумана проскальзывает красное пятно, похожее на рыбий плавник.
– Мисс! Мисс!
Глава 5
– Мисс! Мисс! – голос все настойчивее прорывается в сознание. – Вы меня слышите?
Отстраненно отмечаю, что голос хорош. Приятный тембр, будоражащий неизведанное внутри.
Пытаюсь улыбнуться, не открывая глаз, но щеку пронзает острая боль. Какого .... ?! Возвращение в реальность как обычно доставляет определённый дискомфорт. Тело затекло от долгого вынужденного положения, а голова раскалывается сама по себе.
Та-а-ак… Собираю в кучу мысли, расползающиеся по разным уголкам мозга. Мистер Блэйк, оборотень. А потом? Потом медведь, красный плавник и приятный голос. Негусто… Впрочем, ничего удивительного, как грустно отмечал всем известный мультипликационный герой.
– Мисс! – некто предпринимает очередную попытку войти со мной в контакт. – С вами все в порядке? Посмотрите на меня, пожалуйста!
Для пущего эффекта от взаимодействия со мной обладатель голоса начинает довольно ощутимо хлопать меня по щекам.
– Больно же, – ворчу, обхватывая ладонями голову. – Себе так постучите.
В ответ только усмехаются.
Какая наглость! В порыве праведного гнева я открываю правый глаз, мечтая испепелить нахала. Но он, к моему глубочайшему сожалению, отказывается осыпаться на пол остывающей кучкой пепла.
Какая досада… Что ж… Видит бог, я этого не хотела…
И в последней попытке наказать нахала открываю левый глаз.