Ирина Юрьева – Лавка желаний для попаданки (страница 2)

– Мисс Борн! Откройте! Мисс Борн! С вами все в порядке?

– Открывай, истеричка, – зверёк с воинственным видом подходит, неся хвост на одной лапке, а второй волоча за собой маленький пузырёк с жидкостью. – Может, помощь человеку нужна.

– А мне? – спрашиваю, содрогаясь от каждого удара в дверь.

– На, – он протягивает бутылочку. – Выпей и начинай работать.

Трясущимися пальцами вытаскиваю деревянную пробку. В нос ударяет приторно-сладкий запах. Что это за дрянь? Хотя какая разница! Хуже уже вряд ли будет.

– Не бойся, – морщит мордочку Нис. – Не пронесёт.

Жидкость оказывается терпкой с явно ментоловым вкусом. В голове сразу становится пусто, будто снадобье слизывает все мысли и вычищает углы разума от сомнений.

– Лучше? – раздражённо спрашивает Нис, постукивая острым коготком под лапке.

– Угу, – киваю, стараясь сдержать глупую улыбку.

– Отлично! Открывай дверь, пока её не вынесли.

При этих словах сзади раздается треск, и дверная ручка с грохотом падает мне на ногу.

– Твою… – вырывается непроизвольно.

– Мисс Борн, – в дырке показывается карий глаз, внимательно вглядывающийся в полумрак лавки. – С вами все в порядке?

– До вас, мистер Рейгар, – белка быстро карабкается мне на плечо. – Было все в порядке! А теперь?

– Что? – глаз подозрительно сощуривается.

– Кто нам оплатит ремонт лавки? – патетически взвизгивает фамильяр. – В наше время крайне опасно оставаться без замка!

– Я! Я все оплачу! – радостно восклицает глаз. – Только помогите!

– Да идите вы все лесом, – шиплю, поднимаясь на ноги и отходя в сторону.

Дверь тут же распахивается на всю ширину, и на пороге возникает высокий, худощавый мужчина в шляпе-котелке.

– Добрый, – запинаюсь, не зная, какое сейчас время суток.

– Что вы, мисс! – мистер Рейгар снимает головной убор. – Ничего доброго в сегодняшнем дне нет.

– Согласна, – выдыхаю, беззастенчиво разглядывая старомодный наряд вошедшего. – Чем же я могу вам помочь?

– Вот! – он радостно тычет мне прямо в лицо средний палец насыщенного красного цвета, из-за отека значительно увеличенный в размере.

– И давно он такой? – наклоняю его руку, чтобы получше рассмотреть.

– Да, наверное, – сосредоточенно делает в уме какие-то подсчёты. – Дня три.

– А началось когда?

– Дня три назад, говорю же. Ай! Осторожней, мисс, – вскрикивает, когда я чуть отодвигаю в сторону околоногтевой валик в подозрительном месте.

– Вы три дня стоически терпели?

– Миссис Хольт советовала делать горячие компрессы из горчицы. А миссис Торвольт говорила, что хорошо помогает опустить палец в кипяток.

Батюшки мои! Мир другой, а адепты народной медицины те же.

– Судя потому, что он все ещё с вами, – скептически смеряю мужчину взглядом. – От идеи с кипятком вы отказались.

– После горчицы боль стала невыносимой, – сокрушается мистер Рейгар. – Всю ночь дёргал, проклятый.

– Оно и понятно, – вздыхаю, оценивая масштаб работы. – У вас панариций.

– Что? – перебивает Рейгар.

– Гнойный мешок, – опускаю ненужные подробности. – Сейчас нужно его вскрыть.

– Я ничего не понимаю, мисс. Избавьте меня от всего этого.

– Хорошо, – киваю, ища свою помощницу. Осекаюсь, ловя на себе два обеспокоенных взгляда. Вот же! Совсем забыла, где нахожусь. Тут вообще есть инструменты? А перевязочный материал?

– Нис, – хватаю зверька в охапку, удаляясь за шкаф. – Живо рассказывай, делала ли я такое раньше?

– Какое такое? – фыркает белка.

– Ну… гнойники вскрывала?

– Да ты, Данка, много чего делала, – ошарашенно выдаёт фамильяр.

– А чем? – хищно прищуриваюсь.

– Да вон, – он с трудом вытаскивает лапку из моих рук, указывая на стеклянный шкафчик, – Обычно инструментами, – белка нервно дёргает хвостом. – А ты точно сможешь?

– Будешь подсказывать, – ответственно заверяю его.

– Я? – в ужасе таращит глаза зверек.

– Ты, – сажаю его на плечо, открывая шкаф.

Внутри в небольших биксах разложены стандартные наборы инструментов. Кажется, предыдущая хозяйка тела действительно промышляла медициной.

– А это что? – указываю на банку с ярко-лиловым порошком.

– Обезболивающие, – отвечает Нис.

– И как его применять? – скептически просматриваю содержимое на свет.

– Щепотку порошка на стандартные семьдесят килограмм веса распыляют в лицо пациенту.

– И как? Помогает? – смотрю на вещество уже с большим уважением.

– Да, можно даже ногу ампутировать спокойно, – белка перебегает с одного плеча на другое, щекоча шею хвостом. – Главное – самой не надышаться.

Интересно, это как? Респиратор сначала нацепить или выйти из комнаты, предоставив страдальцу полную свободу действий?

– Думаю, до ампутации мы сегодня не дойдём, – сгребаю необходимое и возвращаюсь к мистеру Рейгару.

На вид в нем, может, семьдесят и есть. Конечно, процедура предстоит простая, можно обойтись и так… Хотя… Мужчины – существа непредсказуемые. Эх! Опробуем местный анестетик в действии.

– Ну что, – раскладываю инструменты на столе. – Давайте спасать ваш драгоценный палец.

– Быстрей бы уже, – тяжело вздыхает мужчина. – Тяжко очень.

– Ничего. Тише едешь, дальше будешь, – ободряюще подмигиваю ему.

– Ага, – бурчит Нис, располагаясь на спинке стула. – От того места куда едешь.

После мужчины с пальцем приходит женщина с ногой, уверяя в необходимости срочно решить проблему. Её укусила соседская собака… неделю назад. Адептка народного целительства старательно обстригла животинку и посыпала рану жженой шерстью, чтобы не осталось шрама. Ведь так ей посоветовала хозяйка животного, миссис Пиг. Когда я это услышала, то поймала нехилое дежавю. Честное слово, будто опять сижу на амбулаторном приёме, приходя в ужас от изощренной фантазии людей. Они готовы лезть в горы, вызывать демонов, но только не прибегать к простым и надёжным способам лечения. Зато теперь женщине придётся долго отмывать гнойную рану, прежде чем та начнёт заживать.

И все ничего… Вот только где-то у миссис Пиг грустит совершенно лысая собачка… Честно признаться, представляя эту, трясущуюся от холода дворнягу, тоже становится невероятно тоскливо.

– Нис, – обращаюсь к фамильяру, растянувшемуся на столе в позе морской звезды. – У нас всегда так?

– Ага, – зверёк лениво дёргает хвостом. – Посчитай, одна лавка на три квартала.

– Да какая же это лавка? – усмехаюсь, глядя в потолок. – Амбулатория. Полдня лечим укушенных и прокушенных.