Ирина Юрьева – Хозяин змеиного царства (страница 8)

– Что здесь происходит?! – Аджит перепрыгивает остатки двери, словно они должны там лежать, и все в порядке.

Он всегда отличается от нас спокойствием и рассудительностью. Быстро оценив ситуацию, оттесняет меня в сторону, позволяя лекарю подойти к девушке.

– Ну, хоть Аджит умней оказался. Спасибо, брат.

Дхавал продолжает прижимать рану, помогая лекарю. Внутри снова просыпается ревность. Двое мужчин прикасаются к моей невесте, а я просто стою. О, все змеиные боги! Это невыносимо!

– Стой и дыши, – словно читает мои мысли Аджит. – Слышишь?

Ощутимый тычок в плечо заставляет вернуться в реальность.

– Слышу.

– Вот и молодец. На меня смотри! – Видя, что я снова закипаю, пытается перетянуть внимание на себя. – Там все нормально.

– Угу.

– Какого лысого птица вы здесь устроили? – шипит брат.

– У него моя невеста, – произношу в ответ.

– И что? Ты не знаешь Дхавала? У него только игры на уме, – закатывает глаза Аджит. – Иди умойся. Ты весь в крови.

Раздражённо мотаю головой.

– С ней все хорошо будет. А вот насчёт тебя, – он выделят последнее слово, – не уверен. Как только отец узнает о случившемся…

Выражение лица брата не сулит ничего хорошего, впрочем, я и сам все понимаю. Царь скор на расправу. Выдохнув, бросаю взгляд на невесту и выхожу. Аджит прав – стоит привести себя в порядок. За северным коридором есть несколько купален с горячей водой. Подземные источники согревают её в недрах Великой скалы.

За пределами спальни снуют испуганные служки. Четверо стражей стоят у остатков дверей, подозрительно смотря на меня.

Нет, парни. Вы тоже можете выдохнуть. Я уже в порядке. Хотя бы относительно.

Впереди маячит Вира – отцовский прихвостень.

– Повелитель Илай, – начинает хранитель покоев.

– Прочь, – огрызаюсь, сворачивая к купальням.

Под сводами пещер тихо. Мрак разгоняет сеть из светящихся розовых кристаллов горной породы. Она встречается только здесь, освещая это место. Говорят, в древности наги считали эти подземные озера священными. Здесь приносили кровавые жертвы и заключали браки, клялись в вечной любви или кровной мести врагам. В первых двух озерах вода чуть тёплая, а в последнем, дальнем, горячая. Живьём свариться, конечно, нельзя, но ощущения схожие.

Останавливаюсь у самой кромки воды, вдыхая влажный пещерный воздух. Кровь. Повсюду сладковатый запах крови. Поднимаю руку к лицу.

– Одна кровь на века…

И прежде чем окунуться в воду с головой, провожу языком по коже, чувствуя металлический вкус. Теперь действительно. Твой на века.

Глава 5

Отец узнает обо всем даже быстрее, чем обычно. Только вызывает не в большой зал, а в личный кабинет, расположенный на нижнем этаже.

Странно. Клянусь хвостом Матери-змеи, добром это не закончится! Один из прадедов приказал палачам задушить нерадивого отпрыска прямо у себя на глазах, другой отрубил голову собственноручно, вручив её матери наследника на память. Ещё один венценосный предок перерезал горло наложницам, неспособным родить сына. Как-то раньше меня подобная родословная не беспокоила.

– Повелитель ждёт вас, – склоняется при виде меня Хранитель покоев.

Морщусь от приторности в его голосе. Вира всегда раздражает одним своим присутствием. Мелкие черты лица, вечная слащавая улыбка и согнутая спина, выражающая высшую степень подчинения. На деле он так же быстро присягнет любому другому, клянясь в вечной службе.

Двойной стук. Слуги открывают двери кабинета, впуская меня. Повелитель стоит у огромной мозаики во всю стену, изображающей краткую историю Царства: Великие войны, прекрасные девы, подлые предатели. Все слова можно переставлять произвольно, смысл от этого не изменится – все было. Именно сейчас у меня не поворачивается язык назвать его отцом, даже про себя. Идеально ровная спина, волосы с проседью и совершенно отрешенный взгляд.

– Вы звали, Повелитель, – чуть склоняю голову, в знак почтения.

Помню, как совсем детьми мы подбегали к нему, желая получить хоть каплю внимания, но государственные дела были важнее. Лишь иногда удавалось урвать от него кусочек тепла.

– Сын, – отец даже не смотрит в мою сторону, – твой поступок не достоин имени нашего рода. Подвергнуть опасности невесту! Это недопустимо.

Сам знаю, но сделать ничего не могу. Кольцо окончательно лишило разума. Но в его голосе нет ни капли эмоций, будто разговаривает с очередным послом.

– Простите, Повелитель.

– Ты заслужил наказание, Илай, – поворачивается, смерив меня испепеляющим взглядом. – Отправишься в дальнюю провинцию. Сегодня же.

Ненависть? Только голос все такой же ровный.

– Что? – от неожиданности теряю самообладание.

Мои эмоции злят его. Я так и не научился искусству владения лицом.

– Ты забыл родной язык, Илай? – раздражённо щёлкает хвостом. – Сегодня же уезжаешь в дальнюю провинцию. Царской церемонии ты недостоин.

– Но, Повелитель! – делаю шаг вперёд. – Невеста ранена. Она не сможет перенести столь долгую дорогу.

– Невеста останется здесь до выздоровления. Потом отправим к тебе.

Священная Мать-змея! Отправить наследника в провинцию одного? Лишить церемонии? Невеста не протянет без завершения ритуала, если только не провести его с другим нагом!

– Разве я могу отправиться в провинцию без жены? – аккуратно спрашиваю. – Это противоречит нашим законам и традициям.

– Я здесь закон! – чеканит слова отец. – Ты уезжаешь сейчас! Не желаю видеть больше нага, опозорившего весь наш род!

– Как прикажете, – киваю, уходя.

Проклятье!

Вира все так же улыбается, стоя у дверей в покои. Лица слуг не выражают каких-либо эмоций, а меня же разрывает изнутри. Дворец в одно мгновение стал холодным и чуждым.

Быстрым шагом направляюсь на женскую половину. Посещать отцовский гарем нам нельзя, но заходить в покои матери разрешается. Нужно срочно узнать, где невеста.

– Стой! – Аджит возникает передо мной, словно из воздуха.

– Уйди с дороги, – рычу, не желая тратить драгоценное время.

– Я знаю, где она. – Брат настойчиво тащит меня в другую сторону. – Матушка послала за тобой.

– Матушка? – замираю.

– Быстрее, уж ты полосатый!

Ульяна Громова.

Ужасно хочется спать. Глаза буквально слипаются, словно на веки навешены пудовые гири. После короткой перепалки мужчины уходят, со мной остаётся Дхавал и местный лекарь.

– Кровь я остановил, – сообщает наг. – Нужно зашить рану.

При этих словах дергаюсь из последних сил. Нет! Точно нет! Когда в нежном подростковом возрасте милейший женщина-хирург сказала, что незачем обкалывать рану анестетиком, потому что ей нужно наложить всего три шва. После чего с тем же добрейшим лицом шила наживую. Впечатления были настолько яркими и красочными, что оставили воспоминания на всю мою жизнь. А здесь вряд ли найдётся даже новокаин. Нет!

– Ты чего? – От неожиданности Дхавал почти выпускает мою руку.

– Не надо шить, – кричу, но голос отчего-то звучит все равно тихо. – Нет.

Лекарь с серьёзным видом заглядывает в мои глаза.

– Уважаемая ханум, – произносит очень строго, – хочет остаться без руки и с огромным шрамом?

Шрам меня волнует мало, а вот перспектива лишиться конечности откровенно напрягает.

– Нет, – машу головой.

– Ты боишься? – Дхавал хитро прищуривается.