Ирина Власова – Моя жизнь среди евреев, котов и свекровей (страница 3)
На третьем курсе у нас была теория вероятности. Лекции читал очень неприятный дядька. Первые два ряда были всегда пустыми потому что он сильно плевался когда говорил. К женщинам и к девушкам в частности он относился как к недоумкам. Если ты блондинка женщина, так зачем тебе мозги и учеба в техническом вузе?
На первой же лекции он сказал, что заниматься мы будем по учебнику Евгения Семеновича Вентцеля. Ему даже в голову не могло придти, что Е.С. это не Евгений Семенович (плод его воображения), а Елена Сергеевна Вентцель. И что по учебнику этой женщины все вузы страны учат теорию вероятности. И поскольку она женщина, фамилия не склоняется. Я сказала ему об этом и нажила себе врага. Он так на меня посмотрел, что я сразу поняла, что мне больше нечего делать на его лекциях.
А надо сказать, что Елену Сергеевну я знала. Она была научным руководителем моего папы когда он защищал диссертацию. И жила она с нами в одном доме, больше – в одном подъезде. Где мы с ней иногда и пересекались. Дома у нас был этот преславутый учебник с памятной надписью для моего папы.
А еще она очень хороший писатель. Писала она под именем Ирины Грековой (И. Грекова – игрекова).
А на экзамене мне достался билет, которого я естественно не знала. Долго сидела и сама вывела формулу, которую надо было просто знать. Когда этот лектор посмотрел мои записи и понял, что я сама вывела формулу, сказал: «Да Власова. Если бы вы еще и учились, цены бы вам не было».
Вот так я получила законную тройку и признание человека, от которого совершенно этого не ожидала.
В общем, об институте у меня сохранились самые волшебные впечатления. Последняя беззаботная и веселая пора в моей жизни.
Глава 2. Замуж выйти – не напасть
В апреле 1979 года мы с Игорем встретились дома у нашей классной руководительницы на ежегодной встрече. А через полгода, 6 октября 1979 года мы поженились, и началась взрослая жизнь.
1
Расскажу немного о свекрови и ее семье.
Семья моей свекрови – это еврейская семья с советским укладом жизни. Родители и дети были совершенно светскими людьми. Еврейские традиции не соблюдались: никакого кашрута и субботы. Блюда национальной еврейской кухни, фаршированную рыбу, например, готовили редко. Поэтому никаких еврейских особенностей в семье не было. И, в общем-то, это могла быть семья любой национальности.
Моя свекровь родилась в Харькове. У нее была сестра Лидия. Их родители работали, но семья жила очень скромно. Разница между детьми была 6 лет, Лида – старшая.
2
После окончания института свекровь уехала в Москву. Через полгода туда же приехал и ее муж. Они поженились еще в институте. Оба работали в строительстве. Потом родился сын, мой будущий муж. Рожать свекровь поехала к родителям в Харьков. И задержалась там почти на год. Вернулась в Москву и стала выписывать к себе маму, которая жила у них по полгода. Потом они получили маленькую однокомнатную квартиру, потом купили кооператив.
3
Брак свекрови распался, когда мы закончили школу.
4
Пока мы учились в школе, я ни разу не видела тетю Игоря. И, вот я пришла в гости к Игорю, чтобы показаться будущей свекрови и… второй свекрови.
Маму Игоря я знала, хоть и не близко. А вот тетя… Из комнаты вышла натуральная Баба-Яга. Сутулая, с копной кудрявых волос. Очки с толстенными стеклами, за которыми не разглядеть глаз, большой рыхлый нос.
Я вжалась в стену, почему-то подумалось: «Сейчас заколдует!» Через час я была покорена этим человеком. Исчезла Баба-Яга, осталась умная, интересная женщина с прекрасным чувством юмора, самоиронией. А, главное, чувствовалось, что ей не надо никому ничего доказывать. Лиду можно было слушать бесконечно, с ней было очень комфортно молчать.
5
После свадьбы мы поселились у моих родителей. Муж души не чаял в моей маме. Она отвечала ему большой симпатией, заботилась о нем. И с моим папой им было о чем поговорить. Однажды муж признался, что ему было очень хорошо в нашей семье. Да это и не надо было говорить, я видела как он оттаивает… Родители свекрови к тому времени уже умерли. Сестру Лиду она перетащила в Москву, поменяв большую трёхкомнатную квартиру в Харькове на крошечную двушку с небольшой доплатой в Москве. Но квартира пустовала. У Лиды не было своей семьи, и мой муж, а потом и наши дети были для нее самым главным в жизни. Лида жила у свекрови, она к тому времени вышла на пенсию и приняла на себя все хлопоты и заботы по обеспечению быта своей сестры.
6
Наша работа – что это? любимое занятие или же тяжёлый крест?
Сейчас расскажу, что я имею в виду на примере моей семьи и семьи моего мужа. У нас, когда папа приходил с работы, мама никогда не спрашивала, устал ли он. И без вопросов было понятно, что человек целый день работал, а не гонял чаи или шастал по магазинам. Папа всю жизнь занимался любимым делом и никогда не говорил об усталости, даже если это было и так. В семье же моего мужа всегда был вопрос: «Ты устала?» Меня сначала это удивляло, ведь человек работал, а не отдыхал. Зачем спрашивать? Дальше больше. Когда собиралась вся семья, друзья и соседи, начиналось обсуждение. Кто-нибудь говорил громким шепотом, так чтобы было всем слышно, но вроде бы приватно:" Он/она (имя присутствующего) так много и тяжело работает!» Человек, о котором говорилось, естественно, тоже это слышал. Он приосанивался, и у него даже походка менялась. Он ступал по комнате тяжёлыми редкими шагами. Всем давал понять, какой тяжелый груз на нем лежит. Было в этом что-то пафосное и одновременно трагическое. Мне сначала это нравилось. Вызывало уважение. Я тоже так хотела. Хотела, чтобы обо мне говорили то же самое.
Прошло время, и мои мечты сбылись. Я работала много и тяжело. И что, я счастлива? Бойтесь исполнения своих желаний! Конечно, когда человек занят любимым делом, он не думает, что ему тяжело. Он наслаждается работой. Понятно, что он устает, но это не тяжёлый крест! Но самое главное, о чем я хочу сказать – это об отношении к работе. Если вы будете думать, как вам тяжело, так оно и будет. А если вы решите, что работа, даже нелюбимая, нужна людям, что вы делаете доброе дело, вам станет легче. Поверьте мне, проверено на себе!
7
Свекровь очень любит делать подарки; если кому-нибудь что-нибудь дарит, то потом постоянно интересуется судьбой подарка. Моей маме перед каждым визитом свекрови приходилось вешать на стену громадную гжельскую тарелку с оленем – подарок свекрови. (Чтоб вам было понятно, гжельский фарфор в то время собирала свекровь,
а не моя мама. От сердца оторвала.) Тарелка ну никак не хотела приходить в гармонию со стилем квартиры. Но мама шла на жертвы ради меня. Когда свекровь уходила, тарелка возвращалась в свой дом на антресолях.
8
Итак, я закончила институт, вышла замуж. И все должно было бы быть вполне себе ничего. Однако… В те времена после института нужно было отработать три года по распределению. Я попала в научно-проектный институт. Мы делали автоматизированные системы управления для угольных разрезов. Я каждый день ходила на работу и бубнила себе, что я это не люблю. А что люблю, я по-прежнему не знала. Ещё очень расстраивали командировки. Нет, не потому что надо было ездить, а потому что я увидела как живут люди вдалеке от столицы. Это было ужасно. Мне было стыдно за страну. И это не пафос. Тогда ещё в Москве снабжение было лучше, чем в других местах. А я особо никуда не ездила и не знала, что творится. И увиденное просто ужасало.
Глава 3. Наконец-то цветы жизни
1
После неудачной первой беременности мне пришлось долго лечиться и, наконец, с разницей в два года родились Иришка и Серега. С тех пор я себе уже не принадлежала. Стирка и глажка пеленок, подгузников и ползунков. А устроить ребенка в ясли или детский сад – это вообще катастрофа. Быстро стали пропадать продукты из магазинов. По снабжению Москва стремительно приближалась к остальной стране…
Мы жили в Лидиной квартире. Квартирка была очень маленькая – две смежные комнаты 12 и 6 кв. метров. Но мы были рады, что есть возможность жить отдельно. Моя мама приезжала редко, она плохо себя чувствовала (четыре полостные операции ведь так легко не даются), да и брат к тому времени женился, и у него родились дети, и жили они у наших родителей.
А свекровь с Лидой приезжали раз в неделю. В гости! Их надо было принимать: готовить полный обед и обязательно что-нибудь испечь, квартира должна была сиять чистотой, и детки должны были быть чистыми и ухоженными. Меня шатало от недосыпа и усталости. И это продолжалось до тех пор, пока ко мне не приехали девочки с работы. Они отругали меня: «… ведь бабушки приезжают не чай попить, а с внуками общаться». И я решила поменять тактику. Только бабушки в дверь, я им всучаю внуков в зубы и отправляю гулять на бульвар. Для меня эти пару часов были большим облегчением. Мы же в то время не знали про послеродовую депрессию и эмоциональное выгорание с маленькими детьми. Мне и в голову не приходило попросить помощи. Впряглась и тащила..
2
Жили мы трудно. Денег не было. Дети часто болели, я сидела на больничном, а потом по справке, т.е. за свой счет. Стаж работы у меня был маленький, и больничный оплачивали только наполовину. Основным добытчиком был муж, молодой специалист с зарплатой в 135 рублей. Свекровь ни разу не спросила, как мы живём. Ведь если спросишь и окажется, что не очень, то придется помогать… Зато свекровь на каждом семейном сборище устраивала показательные выступления. И зарплата у нее хорошая, и премия огромная, и вообще…