Ирина Васильева – Палитра чувств (страница 2)
Лена помотала головой, поморгала, по лицу рукой провела, чтобы смыть наваждение.
Бабка не уходила.
– Да ты меня лучше послушай. Я долго не могла до тебя достучаться. Ты правильным делом занимаешься. Через эту книжку ты знаменитой станешь и мужа найдешь. А теперь слушай и запоминай, что я тебе скажу, выполни непременно. И меня помяни в церкви, свечку поставь и записочку напиши. А то уж некому, никто меня и не помнит на этой земле.
Лена кивнула и стала слушать.
Поведала ей бабка Агафья о том, в какое именно издательство обратиться, да к какому художнику и пиарщику подойти, чтобы успех был.
Сказала и исчезла. А Лена потом догадалась, что это вещий сон был!
Никому Лена не рассказала про сон. А Маше намекнула, что мол есть такие люди и они могли бы им помочь…
Маша развила бурную деятельность. И тут словно по волшебству их стали везде принимать и повсюду приглашать. Так что даже Лене пришлось из своей алтайской берлоги выбираться на свет божий.
Прошел год. Индексы популярности сонника зашкаливали. Издательства спорили о переиздании с большим тиражом, наперебой предлагая все большие гонорары двум авторшам за «Сонник бабушки Агафьи». Почему-то оказалось, что толкования этого сонника были самыми верными, и люди, которые покупали сонник, по нему смогли точно разгадывать свои сны.
Лена потом долго благодарила Машу:
– А знаешь, ведь без тебя я бы на такое никогда не решилась. Так что по сути гонорар твой.
– Как же так? Писала же ты…
– Маша, я нашла своего возлюбленного, и теперь нам с ним вдвоем сам черт не брат, – и Лена приобняла своего жениха, Ванечку, парня из рекламного отдела.
– Да, дорогая, теперь у нас с тобой другая жизнь начнется, – мечтательно произнесла Мария, обмахиваясь как веером, свеженьким выпуском их сонника. – Теперь можно новую книжку писать.
– Это еще какую? – вздрогнула Лена, вспомнив непонятное явление бабки Агафьи – до сих пор мороз по коже.
– Это гайд по знакам зодиака шаолиньского монаха! – завернула идею Мария и звонко засмеялась.
– Ну нееет, – протянула Лена. Еще не хватало, чтобы в ее новенькую квартирку монахи являлись, да еще из самого Шаолиня!
Издержки профессии
Ирина Васильева
Хотите верьте, хотите – нет, но в голубой галактике, в мирах параллельных существует волшебная планета Ялмез, где человеческие души актеров с планеты Земля нашли своё воплощение в птицах, рыбах и разных животных, говорящих на языке души.
В этот день съёмка музыкального мультика Львёнок и Черепаха закончилась. Выйдя за кулисы, черепаха, по имени Матильда, позволив себе захромать, заковыляла в артистическую комнату. Следом за ней, готовый в любой момент поддержать доброго друга, шёл львёнок Андрюшка.
Матильда поставила подаренные цветы в вазу и со всего размаху плюхнулась в кресло.
– Эх, и накатался же ты на моей спине, прока-а-азник, – последнее слово она капризно протянула.
– Простите меня, уважаемая Матильда, роль такая, – начал оправдываться львёнок.
– Роль, чтобы хлопать своими ушами по моим очкам? Ты с ней справился! Ты – мой Герой.
Львёнок от услышанного замер на месте. Ему хотелось плакать. Он пытался вспомнить такую же обиду, но в голове его всё перепуталось.
«Так, – сказал сам себе, – глубоко вздохни и выдохни». Он раза три проделал дыхательную гимнастику, прежде чем вновь услышал недовольный голос черепахи Матильды:
– Откуда так дует? Это ты здесь гоняешь воздух?
«Не буду оправдываться, – подумал Андрюшка». Вместо этого он подошёл к шкафу и, подставив под ноги стульчик, снял с полки теплую, пушистую шаль в бело-сиреневую клетку.
Черепаха тем временем взяла сигарету и закурила.
– Ха… Вы скажете – как это черепаха, с её короткими лапками, может что-то брать? А вот и может, – отвечу я вам. Планета-то волшебная, и на ней, с помощью силы мысли, можно делать всё, но только во благо. Так прописано в указе. Укоротить ли ноги или руки удлинить. Да и вообще, если женщина, даже будь она черепаха, сильно захочет, она и не то еще сотворит.
Львенок подошёл к Матильде и бережно набросил на ее тоненькую шейку пушистую шаль. Ему показалось, что Матильда успокоилась…
«Ну, почему я всё время боюсь сделать что-то не так… словно она мне не партнёр, а мать? Может пора сходить к мудрому кроту – психологу?» Поразмыслив несколько секунд над этим, Львенок вновь подошел к Черепахе.
– Уважаемая тётушка, – с сыновней заботой в голосе обратился к Матильде львёнок, – вы слишком много курите. Вам надо беречь своё здоровье. Я вот недавно прочел, что капля никотина может убить лошадь.
– Что!? – заверещала Матильда.
От этого крика у Андрюшки подкосились ноги-лапы, а ещё от неожиданности он… пукнул.
«Ой, ой, ой, как стыдно!», – промелькнуло в его голове.
Черепаха расхохоталась, а львенок готов был провалиться сквозь Ялмез. Черепаха же томно потянувшись, и глубоко втянув в себя табачный дым, спросила:
– Милый дурашка, где ты видишь больную лошадь? Спасибо тебе за заботу, конечно… Только и ты, Андрюшка, не забудь вытереть свою попу, когда встанешь с горшка.
Матильда вдруг громко заржала. Совсем, как ее подруга костюмерша, лошадь по имени Изольда. А Львёнок, пристыженно втянул голову в плечи и попятился к двери. Он уже был готов убежать.
«Почему столько злости? Откуда? Она ведь такой доброй была все время! Сыночком меня называла… Всё! Хватит! Никакой я не Андрюшка и не сыночек! Заигрался я тут… пора менять амплуа. Я – Лев! Царь зверей и хочу играть Гамлета, а не кататься тут на зазвездившихся стареющих дамах и распевать детские песенки».
Он выпрямил свои плечи и, встав на задние лапы-ноги, вдруг почувствовал, что он действительно Лев и почти Гамлет.
Черепаха хотела сказать по привычке что-то насмешливое, но увидев его смелый взгляд, осеклась. Ей вдруг стало стыдно. Это, редко посещающее чувство сдавило тисками её панцирь. Шаль сползла и упала на пол.
– Прости, дружочек… прости, Лев. Я погорячилась.
– Ничего, бывает, – лев Андрей поклонился и с достоинством продолжил. – Спасибо вам за наш совместный труд и ваше наставничество. Я ухожу в другой спектакль.
Оголив в широкой улыбке белоснежные клыки, он уверенно добавил:
– Мадам, встретимся на премьере!
Занавес.
Изменщик
Кирилл Безродный
Ирине было двадцать три, она была замужем и работала учителем английского языка. Мужчины заглядывались на нее – высокая, стройная, с рыжими волосами и милыми чертами лица. Она чувствовала себя самой счастливой женщиной на свете.
Но однажды все рухнуло.
Возвращаясь с работы, она встретила свою старую знакомую:
– О, Иришка, привет, давно не виделись, – завопила та радостно.
– Дашка, ты ли это? Уже несколько месяцев нигде с тобой не пересекались. Я постоянно на работе, да и ты в отъездах… Как дела?
– Нормально, сын грамоту получил в конкурсе детского рисунка.