Ирина Васильева – Мегаполис-7. Сон или реальность. (страница 1)
Мегаполис-7. Сон или реальность.
Глава 1. Точка невозврата.
Алексей ненавидел понедельники. Не то чтобы он испытывал к ним какую-то особую, иррациональную неприязнь, как некоторые его знакомые. Нет, его ненависть была тихой, усталой и абсолютно обоснованной. Понедельник означал конец хрупкой иллюзии свободы, которую дарили выходные, и возвращение в железобетонный каркас рутины: будильник на шесть тридцать, ледяной душ, чтобы прогнать остатки сна, безвкусная овсянка быстрого приготовления и сорок минут в переполненном вагоне метро, где пахнет сырой одеждой и дешевым парфюмом.
В это утро всё шло по накатанной колее до самого последнего момента. Алексей даже успел порадоваться мелочи — кофе в автомате у офиса оказался неожиданно приличным, не той горькой жижей, которая обычно плескалась на дне пластикового стаканчика. Он поднялся на свой этаж, поздоровался с хмурой Мариной из бухгалтерии (она всегда выглядела так, будто съела лимон) и вошел в кабинет отдела аналитики. День обещал быть обычным, серым и предсказуемым. Ровно до тех пор, пока он не сел за свой стол и не нажал кнопку включения компьютера.
Монитор вспыхнул мертвенно-синим светом, заставка операционной системы сменилась рабочим столом. И тут же, перекрывая стандартный набор иконок, развернулось окно системного сообщения. Текст был коротким, написанным рубленым шрифтом без засечек, от чего казался еще более зловещим:
СИСТЕМНАЯ ОШИБКА.
Компьютер издал короткий писк и начал процесс выключения. Экран погас. В кабинете повисла тишина, нарушаемая лишь мерным гудением вентиляции в серверной по соседству. Алексей несколько секунд тупо смотрел на черный монитор. Такого здесь никогда не случалось. Системные администраторы холили и лелеяли корпоративную сеть, и внезапные сбои были чем-то из области фантастики.
— Лёха, что завис? — раздался голос Антона, сидевшего через два стола. Антон уже вовсю барабанил по клавиатуре, погруженный в дебри таблиц Excel. — Опять вирус словил на свои «сайты для взрослых»?
— Да иди ты, — беззлобно огрызнулся Алексей, хотя внутри шевельнулась тревога. Он снова нажал кнопку питания. Компьютер загудел чуть громче, кулеры закрутились, но загрузки не последовало. Вместо привычного логотипа Windows экран остался черным, а спустя мгновение на нем высветилось то же самое сообщение об ошибке.
Это было странно. Машина работала, вентиляторы шумели, индикаторы мигали, но система отказывалась загружаться. Словно кто-то изнутри стер саму суть компьютера, оставив лишь пустую оболочку.
— Эй, народ! У меня комп умер, — громко сказал Алексей, обращаясь ко всем сразу. — Совсем. Даже биос не грузит.
Его слова произвели эффект разорвавшейся бомбы. В отделе работало восемь человек, и все они сейчас синхронно подняли головы от своих мониторов. На лицах читалась смесь удивления и первобытного страха. Для офисного планктона сломанный компьютер — это не просто техническая неисправность. Это экзистенциальный кризис, потеря связи с внешним миром, невозможность выполнить KPI и, как следствие, гнев начальства.
Марина выглянула из-за своего монитора, её кислое выражение лица стало еще кислее.
— У меня тоже, — тихо сказала она. — Только что. Я хотела почту проверить перед летучкой, и... вот.
Один за другим сотрудники начали подтверждать: их машины либо выключались с этой странной ошибкой, либо намертво зависали на черном экране. Паника нарастала волнами. Кабинет наполнился гулом встревоженных голосов. Кто-то пытался перезагрузить компьютер кнопкой reset, кто-то выдергивал шнур питания из розетки. Ничего не помогало. Цифровая крепость, в которой они проводили большую часть своей жизни, рухнула в одночасье.
Дверь кабинета распахнулась, впуская начальника отдела, Виктора Павловича. Это был мужчина неопределенного возраста, вечно одетый в идеально отглаженную рубашку, воротничок которой, казалось, пережимал ему шею, мешая дышать полной грудью.
— Что за балаган?! — рявкнул он с порога. — Почему никто не работает? До совещания с головным офисом час!
Он прошел к своему столу, царственно опустился в кожаное кресло руководителя и нажал кнопку на своем моноблоке. Все замерли. Моноблок Виктора Павловича был вершиной технической мысли компании, символом статуса. Если уж он не загрузится...
Экран моноблока моргнул и показал ту же самую картину. Чернота. Белые буквы.
СИСТЕМНАЯ ОШИБКА.
Лицо начальника пошло красными пятнами. Он побарабанил пальцами по столу, затем резко схватил телефон внутренней связи и набрал короткий номер IT-отдела. Ответа не последовало. Он набрал другой номер. Тишина. Виктор Павлович посмотрел на трубку так, словно она его предала, и швырнул её обратно на базу.
— Без паники, — произнес он, но голос его дрогнул. — Вероятно, сбой на центральном сервере. Сейчас разберутся. А пока... — он обвел взглядом притихших подчиненных, — пока можете заняться бумажной работой. Есть у кого-нибудь отчеты в распечатанном виде?
Ответом ему была гробовая тишина. Бумажная работа? Отчеты? В век облачных хранилищ и цифровых подписей бумажные копии воспринимались как анахронизм, вроде глиняных табличек или пергамента. Никто ничего не печатал уже года три.
Алексей откинулся на спинку стула и потер переносицу. Происходящее начинало его раздражать. Потерянное время, сорванное совещание, испорченное настроение. Но вместе с раздражением росло и любопытство. Масштаб сбоя поражал. Чтобы легла вся сеть целого этажа, такого он не припоминал. Он достал из кармана джинсов смартфон — последнюю надежду на связь с цивилизацией. Проверил мессенджеры. Там уже кипело обсуждение: коллеги с других этажей сообщали о том же самом. Корпоративная сеть лежала.
Вздохнув, он решил, что сидеть и смотреть в черный экран бессмысленно. Нужно проветриться. Может, сходить в столовую, выпить нормального кофе вместо помоев из автомата. Или просто постоять у окна, глядя на унылый городской пейзаж внизу. Любое действие лучше этого парализующего ожидания.
Он встал, взял со спинки стула свой пиджак и направился к выходу из кабинета, лавируя между столами. Проходя мимо Виктора Павловича, который теперь сидел, уставившись в мертвый экран своего моноблока с видом человека, потерявшего смысл жизни, Алексей услышал бормотание:
— Летучка... Головной офис... Как я им объясню?..
Коридор встретил Алексея гулким эхом шагов. Ковролин под ногами поглощал звук, создавая ощущение вязкой, ватной тишины. Обычно этот коридор гудел, как пчелиный улей: стук каблуков, обрывки разговоров, смех. Сегодня же он казался декорацией к фильму-катастрофе после того, как все люди исчезли. Двери соседних отделов были закрыты, но за ними ощущалось напряженное молчание сотен людей, столкнувшихся с одной и той же проблемой.
Алексей шел к лестнице, минуя лифтовую зону. Его внимание привлекло движение впереди. Из-за угла, ведущего к пожарному выходу, вышел системный администратор, Игорь. Вид у него был совершенно дикий. Всегда аккуратный, в неизменной клетчатой рубашке, сегодня он выглядел так, будто только что участвовал в уличной драке: волосы всклокочены, глаза навыкате, верхняя пуговица расстегнута, открывая край несвежей футболки. В руках он сжимал ноутбук, крышку которого он судорожно открывал и закрывал каждые две секунды.
— Игорь! — окликнул его Алексей. — Что происходит? Вы там хоть живы?
Администратор вздрогнул, словно его ударило током, и резко обернулся. При виде Алексея он дернулся, сделал шаг назад и прижал ноутбук к груди, как щит.
— Ты... ты видел? — просипел он чужим, севшим голосом.
— Видел что? Что сервера упали? Мы все видели. Когда почините?
Игорь нервно облизнул губы. Он бросил быстрый взгляд сначала в один конец коридора, потом в другой, словно проверяя, нет ли лишних ушей.
— Серва... — он запнулся. — Нет никаких серверов. То есть... железо на месте. Стоят. Гудят. Но... оно пустое. Понимаешь? Оно как труп. Мозг есть, а сознания нет. Сети нет. Ни локальной, ни внешней. Интернет пропал везде. Провайдеры молчат. Мы пробовали резервные каналы — спутник, радио-модемы. Всё глухо. Как будто мир взяли и... отключили от розетки.
Алексей опешил. Звучало это дико, почти безумно. Но лицо Игоря, белое как полотно, и лихорадочный блеск в глазах говорили о том, что он не шутит.
— Погоди-погоди, — Алексей выставил руки вперед. — Успокойся. Давай по порядку. Локальная сеть — ладно, бывает. Но интернет? Весь? Ты уверен?
— Абсолютно, — прошептал Игорь, наклоняясь ближе. От него пахло потом и дешевым энергетиком. — Мой личный модем ловит только белый шум. Телефон показывает «Нет сети». Мы изолированы. Полностью. И это еще не всё.
Он трясущимися руками открыл крышку ноутбука и повернул экран к Алексею. На черном фоне светилось всё то же проклятое сообщение.
СИСТЕМНАЯ ОШИБКА. Критическое нарушение целостности данных.
Но ниже, мелким шрифтом, которого раньше не было, шла новая строка:
У Алексея похолодело в животе. Глобальное распространение? Что это значит?
— Игорь, это какой-то вирус? Кибератака? — спросил он, чувствуя, как голос становится таким же сиплым, как у администратора.