Ирина Ваганова – Вернись! Пока дорога не забыта (страница 66)

– Можно разобрать эту преграду? – спросил принц, – как ты думаешь, Барисет, сколько на это ушло бы времени?

– Тысяча работников и тысяча месяцев, – с сомнением проговорил командир отряда.

– Работы ведутся, ваше высочество, – подал голос один из гвардейцев, – я был здесь с полонийскими сыщиками, когда они опрашивали местное население. От завала шла насыпь из небольших глыб и всякой мелочи вон до того выступа.

Говоривший указал рукой на место, которое они проехали. Все повернулись и посмотрели назад.

– Кто этим занимается? – уточнил принц.

– Жители узнали от нас, что другого выхода из Драконьего Чрева нет, и взялись расчищать ущелье. Вывозили камни на телегах. За лето и осень они сделали много.

– Зачем это? – удивился Барисет.

– В Драконьем Чреве остались двое местных, – ответил гвардеец, – старик и девочка, они пасли там стадо овец.

– Девочка?

– Она подменила заболевшего брата. Кроме того, люди пользовались здешними пастбищами, ловили рыбу в местном озере и охотились. С утратой ущелья они потеряли изрядное подспорье.

– Ну, не знаю, – протянул командир, – как они думают разбирать саму стену?

– Там, со стороны входа, склоны вполне пригодные для подъёма. Добравшись до верха, будут сбрасывать камни вниз и вывозить их.

– Это опасно. – Принц рассматривал скрытый туманной дымкой край завала.

– Здесь работы не на один год. Хотя, если подрывать с помощью пороха… – задумчиво сказал командир.

– Порох дорог, – возразил Виолет, – у местных жителей не найдётся таких средств.

– Может, король выделит денег из казны? – предположил Барисет.

– Сомневаюсь, если мы вывезем Энварда и его людей морем, то расчищать ущелье незачем.

– Всё-таки странно, – отозвался Барисет, – здесь, совсем рядом те, кого мы выручаем, но нам придётся проделать длинный путь по суше, а затем и по морю, чтобы добраться до них.

– Я тоже об этом думаю, – сказал Виолет, – но это будет не так долго, как разбирать завал.

Путники пустили коней обратно, у выхода из ущелья к ним присоединились остальные, тоже подавленные величием зрелища. Каждый пытался представить, что чувствуют люди, оказавшиеся волею случая в такой западне. Неужели у них не опускались руки при виде подобной преграды? Принц проникся глубоким уважением к Энварду и был горд своим участием в спасательной операции. Теперь он первым узнает подробности жизни полонийцев в Драконьем Чреве. Только бы всё хорошо сложилось с кораблями, и погода не подвела.

62. Титания. Императорский дворец

Не так страшно, что тебя обделили, обидно, если другого предпочли

Меерлоху Х последнее время всё сложнее было выбирать из двух возможных путей один. Решения давались с большим трудом, чем раньше. В молодые годы он частенько действовал по наитию или наперекор кому-то. В сердце жила уверенность, что он прав, даже совершая ошибки. Теперь каждый шаг оборачивался бесконечными рассуждениями и раздумьями. Особенно после провала в полуколонии. Поначалу был соблазн обвинить во всём Лейпоста. Спустя время, император осознал, крах заложен изначально, ещё в ту пору, когда бывший король Полонии развёлся со второй женой, скрыв рождение в этом браке ребёнка. Всё чаще Меерлох задумывался, кому он передаст престол, как будет выглядеть перед потомками. Мысль о необходимости определиться с судьбой дочери была неприятна, но с каждым днём становилась очевидней невозможность отсрочки. Письма, старших наследников Дороха и Шеерха, внесли дополнительную сумятицу в чувства императора. Эти послания не только получены почти одновременно, но и по содержанию были удивительно схожи. Каждый выставлял брата чудовищем. Оба предупреждали отца о возможном покушении на его жизнь, готовит которое родной сын и долг другого сына предостеречь родителя. Впервые за много лет они выражали готовность принять тяжёлую ношу управления империей на себя. Забавно, ведь в своё время оба сына, получив в управление провинции, были рады, жили в своё удовольствие и никаких притязаний на престол не имели. Как переменились их мысли! Отец отправил шпионов ко двору каждого из них, и вскоре всплыли удивительные подробности. Некоторое время назад там появились чужаки, растревожив привычное течение жизни. Люди эти прибыли из Турилии, страны, где правил родной брат Меерлоха Х. Он когда-то женился на турильской принцессе, чрезвычайно невыразительной и склочной. В результате династического брака младший из титанийских наследников стал королём Турилии. Меерлох вполне ожидал от братца какой-нибудь гадости, тот много лет точил недовольство. Жена старшему досталась красавица, добрейшая женщина, империю он получил и детей имел покладистых. У самого Кутроха I сын, носящий то же имя, внешне и характером пошёл в мать. Получив от природы отталкивающую внешность, он вёл распутную жизнь, отразившуюся на его лице – выглядел Кутрох младший взрослее своих лет. Император Титании никак не мог взять в толк, зачем брату понадобилось настраивать Дороха и Шеерха друг против друга и распалять в них стремление к власти. Много лет брат доказывал Меерлоху, что лучшего мужа, чем Кутрох для Ильберты не найти. Папаша побаивается наследника и желает сделать императором, дабы не погибнуть от его руки. Однако и старший брат в здравом уме, не согласится иметь рядом с собой такого преемника. Несколько раз Кутрох младший присылал дорогие подарки кузине, но она их не принимала. И вот, новость, огорчившая всё августейшее семейство – племянник императора скоро посетит Титанию. Этого ещё не хватало! Меерлох, занятый планами Лейпоста, отложил их и уставился на вестника:

– Что? Кутрох младший едет погостить? Зачем это?

– О цели не сообщается, ваше императорское величество!

– Предупредите Ильберту, – Меерлох и сам бы с удовольствием сбежал куда-нибудь, но, прежде всего, опасался за дочь, – ей лучше уехать из дворца.

Император впал в состояние глубочайшей задумчивости. Неужели Кутрох начал действовать? А что если игра с Дорохом и Шеерхом затеяна не братом, а племянником? Затянувшаяся неопределённость делает дядю беззащитным. Императрица пожелала видеть супруга.

– Мерли, что это? – начала она с порога, – Кутрох преследует нашу девочку! Как долго он здесь пробудет?

– Сядь, выпей воды, – постарался успокоить жену Меерлох, – криками тут не поможешь.

– Она уедет? Куда?

– Может быть, в Крыландию.

– Я с ней! Это лучше, чем отпускать её одну. Умоляю, Мерли!

– Слишком похоже на бегство. Во дворце достаточно охраны, чтобы уберечь от неприятностей нас обоих.

Императрица некоторое время энергично обмахивалась веером и вдруг сказала с вызовом:

– Если бы Ильберта была замужем, нам нечего было бы бояться этого… родственничка!

– Имеется в виду макрогальский принц? Так я понимаю?

– Так!

– Где же его предложение, или мне прикажете набиваться в свёкры?

– А приглашение посетить Макрогалию, на которое до сих пор не последовал ответ!

– Сделаем следующим образом. – Император нахмурился. – Я сообщу Руденету пятому о готовности Ильберты посетить их в сопровождении Кларинета и Ланиты. Надеюсь, Варизелий встал на ноги после своего недомогания и сможет отпустить зятя?

– Дорогой! Это лучшая новость за последний год! Бегу сочинять письмо кузену! Спрятать дочь в Макрогалии – превосходная мысль!

– Никому ни слова! Постараемся обнадёжить Кутроха, пусть ожидает возвращения Ильберты. Надеюсь, это остановит его от... – Меерлох не договорил, супруга замахала руками, опасаясь услышать что-нибудь страшное.

– Конечно, ни одна живая душа не будет знать, где принцесса, для всех она у кузины в Крыландии.

Это выход. Кутрох не знает о макрогальском претенденте на руку Ильберты. Пусть её отсутствие окажется неприятным сюрпризом. Главное – тянуть время и разобраться с полуколонией. Как только выпроводим племянника, сославшись на отсутствие Ильберты, придёт пора устраивать судьбу дочери и трона. Виолета император не рассматривал всерьёз, он слишком мало его знал, есть и другие. Но сейчас – Полония.

Каждое из предложений Лейпоста было по-своему любопытно, и Меерлох склонялся то к одному, то к другому. Время поджимало, надо отправлять письмо в Ладельфию. Придётся советоваться с военными. Для начала император призвал Макоса, имеющего опыт войны в Полонии. Тот высказался против сухопутных действий, напомнив правителю, сколько солдат они потеряли пленными в «лесных сражениях». Даже когда Энвард I позволил захваченным военным вернуться, некоторые из них добровольно остались. Они по-прежнему граждане Титании, но получили работу в полуколонии и не захотели продолжать военную карьеру. Да, рассчитывать на то, что Корнильё своими силами справится с полонийской армией, нельзя, он с повстанцами-то никак не разберётся. Рисковать своими отборными частями тоже не хорошо, в полонийских ловушках их мастерство может и не пригодиться. Изучив план морского сражения, Макос внёс свои предложения:

– Позвольте обратить ваше внимание, император, Корнильё не готов рисковать боевыми кораблями и просит поддержки наших для полного уничтожения флота Полонии. Титанийские корабли будут под флагами Ладельфии. Какие-то пиратские методы! Как Лейпост думает объясняться с нашими моряками?

– Военная хитрость. – Меерлоху и самому не нравился этот момент. – Можете предложить Корнильё какую-то другую поддержку?