Ирина Ваганова – Сын моего босса, или Усмешка судьбы (страница 26)

Другие дела тоже не хотелось копить, вот я и сидела за компьютером, не отрываясь от монитора и клавиатуры. Соседка по комнате сначала изображала из себя оскорблённую невинность, потом сердитую царицу. В принципе, это меня не удивляло, помнится в первый год работы в «Деловых переводах» я чувствовала себя утлым парусником рядом с громадным айсбергом. Начальница отдела кадров, с которой пришлось делить кабинет, считала блажью введение должности HR-менеджера и предпочла бы видеть меня своим заместителем. Мол, ничего такого, с чем не справилась бы сама Елена Ивановна, я не делала. Объясни человеку старой формации, что поиск сотрудников для передового предприятия не сводится к размещению объявлений на соответствующих сайтах и к приглашению на тёплые места своих родных и знакомых.

Она реально уверена, что я огорчена, потому как мне утёрли нос. Мало того, что кадровичка умудрилась скрыть от меня скоропостижное увольнение Наташи, так ещё и племянницу свою тайком оформила. Новая сотрудница даже не появилась у нас в комнате, Елена Ивановна сама бегала к ней, чтобы подписать документы.

Только увидев заполненную строку в списке сотрудников, я узнала, что у генерального появилась секретарша по имени Алла. Тут же была и миниатюрная фотография. Юное, почти детское лицо. Круглые, похожие на румяные яблочки скулы, губы бантиком, распахнутые любопытные глаза. Очень милый ребёнок.

На третий день безмолвия Елена Ивановна не выдержала и нарушила мораторий:

— И долго ты собираешься дуться? — Подойдя к моему столу, она продемонстрировала коробку зефира в шоколаде и предложила: — Выпьем чайку?

Я кивнула, закрыла рабочие файлы и прошла в чайный уголок.

— Никто не дуется, — сочла нужным прокомментировать. — Работы много.

Коллега криво улыбнулась, но развивать тему не стала, заговорила о том, что, по её мнению, стало причиной конфликта:

— Зря ты так. Аля очень хорошая девочка, с ней вообще никаких проблем не будет.

Что Аля? Сложно сказать, почему меня торкнуло. Я живо представила, как босс будет говорить секретарше: «Аля, сделай, пожалуйста, кофе... — или так: — Аля, давай сходим куда-нибудь вечером».

Надо же как ему везёт! Давнишняя любовь — Аля, отставная любовница — Аля, и вот опять! Удобно, никогда не запутаешься в именах.

— Альбина! Аля! — Пыталась докричаться до меня Елена Ивановна. — Да что с тобой происходит вообще! Просто не узнать.

— Всё в порядке. Задумалась, — хмуро ответила я. — Спасибо, очень вкусный зефир.

— Это Аллочка нас угостила.

— Да? Передайте ей огромную благодарность.

— Витаешь где-то, — покачала головой сотрудница. — Влюбилась? А? Признавайся.

— Может, и влюбилась, — всё так же хмурясь, ответила я, чтобы прекратить расспросы. — Завтра человек будет оформляться. Договор я подготовила. Во сколько ему лучше подойти?

— Да пусть утром и приходит, сразу рабочий день поставим, — благосклонно улыбнулась Елена Ивановна. — Мужик?

— Да.

— Вот и хорошо. Наведёт порядок в курятнике. Удивляюсь, как Алика справлялась со своим отделом. Стоило ей уйти, разбушевались на девять баллов.

Напоминание о бывшей начальнице переводческого перещёлкнуло меня на снимки, которые мне показывал Макс. Чуть посомневавшись, я решила спросить у Елены Ивановны:

— Вы, случайно не помните клиента Гао Вэй из «Золотого дракона»?

— Это того, что за Юрской волочился?

— Чего он делал? — изумлённо переспросила я.

— Ну, как же! Девчата из её отдела только и судачили о том, что этот Вэй зовёт нашу Алику в Китай, королевскую жизнь обещает.

— Поэтому он её на все мероприятия приглашал?

— Куда только не приглашал, а она не отказывалась. Запасным аэродромом держала, и ведь не ошиблась! Наташа перед увольнением так и сказала, что Юрская замуж за китайского бизнесмена выходит.

Вот это номер! Цирк с конями, просто. Я вскочила со словами:

— Что же вы молчали? Нужно полицейским сказать, они же её ищут!

— Тебе нужно, ты и говори, — усмехнулась Елена Ивановна. — А меня никто не спрашивал.

Я подскочила к своему рабочему месту, чтобы достать из сумочки мобильный, но в это время зазвонил стационарный телефон на столе у Елены Ивановны. Я взяла трубку и кивнула кадровичке, поднимавшейся из-за чайного столика:

— Это меня.

Охранник просил спуститься в фойе, где Альбину Викторовну Смирнову ожидает паренёк.

Егорка? Зачем бы это он сюда опять примчался. Перспектива встречи с мальчиком меня развеселила, и я бодрым шагом покинула кабинет.

Лифт остановился на первом этаже. Я стремительным шагом пересекла холл и задержалась около турникетов. Парнишку заметила сразу, он привалился боком к стеклу, отделявшему вестибюль от тамбура, и рассматривал сновавших туда-сюда людей.

— Откройте, пожалуйста, переговорную, — попросила я охранника.

Тот развёл руками:

— Занята. Я потому и оставил мальчонку здесь.

— Ну, ничего, — вздохнула я, — тут поговорим. Думаю, это ненадолго.

Стоило мне преодолеть турникет, Егор встрепенулся и побежал навстречу:

— Тёть Альбина! Я вам хочу кое-что сказать!

— Говори, я слушаю.

Мы отошли в сторону, однако это не спасало от шума, я с трудом разбирала фразы, которые сыпались из мальчишки, как из пулемёта. Он благодарил меня за то, что нашла его маму, и за психолога, который ловко обработал Шуховых, убедив их, что ничего страшного не случится, если сын познакомится с Аглаей. С ней психолог тоже разговаривал, поэтому встреча уже состоялась. Почему-то Егор считал необходимым поделиться своими восторгами со мной, словно я была зачинщиком всей этой круговерти. А ведь это он! Он сам стал искать кровную мать, просто случайно вышел на меня.

Я попыталась объяснить это, заметила, как напряжённо мальчишка прислушивается, и предложила выйти на улицу.

Погода ещё не испортилась, лишь редкие порывы прохладного ветра время от времени прогоняли тепло. Мы славно пообщались. Парнишка признался, что мама Аглая ему понравилась. Она добрая и очень страдала из-за их расставания.

— Папа Саша объяснил мне, что Аля хорошая. Она просто не верила в свои силы, поэтому доверила меня надёжным людям.

— А что мама Люба? Она не боится больше, что тебя у неё отберут?

Парнишка насупился, фыркнув:

— Я же не собачонка! Я уже взрослый и сам буду решать, с кем жить. Конечно не оставлю тех, кто меня растил.

— Это правильно, — раздалось у меня за спиной.

Я оглянулась и растерянно проблеяла:

— Тимофей Андреевич?

Босс подходил, снимая на ходу пиджак. Широко улыбнулся Егору и попросил меня, набрасывая свой пиджак мне на плечи:

— Аля, познакомь нас, пожалуйста.

Я с удовольствием закуталась в нагретую его телом ткань и едва слышно прошептала:

— Это твой отец, Егорка.

Паренёк торжественно расправил плечи, протягивая руку:

— Егор Шухов.

— Тебе, наверное, сложно называть меня папой, пусть будет дядя Тим, — пожал тонкую ладошку Саврасов.

— Оки, — усмехнулся мальчик. — Вот, значит, от кого меня прячут.

— Напрасно прячут. Я ни на что не претендую, — ещё шире улыбнулся Тимофей. — Просто рад, что у меня растёт такой замечательный потомок.

— Я тоже как бы рад... — неуверенно произнёс Егор. — Хотя и не ожидал. — Он посмотрел на отца с прищуром и спросил: — Ты, реально, не знал про меня?

— Честное слово, — кивнул Саврасов. — А кто тебе об этом сказал?

— Психолог.

— Кто?