Ирина Ваганова – Попаданка и дракон. Будем жить! (страница 10)

Любознательный подросток сделал вид, что послушался, он залетел за ближайшую скалу, где принял человеческий облик, намереваясь дождаться подходящего момента и последовать за сородичами на пределе видимости. Оттуда из-за скалы и наблюдал за трагедией.

Нетрудно понять, почему юнец довольно долго молчал об увиденном. Он нарушил запрет и боялся наказания? Возможно, но не это главное. Слишком глубоким было потрясение. Он видел, как погибают сородичи, не имея возможности помочь им. Гигантская, глубоко переживаемая вина терзала его долгое время. Лишь повзрослев и осознав, что его свидетельство может предупредить новые трагедии, он пришёл к предводителю каяться.

Жаль, что признание не случилось сразу. Могущественный маг, открывший охоту на драконов, всё это время безнаказанно губил многих, а свидетелей страшных событий не оставалось. После рассказа единственного выжившего, имя которого, к сожалению, не сохранилось, драконы стали осторожнее и не такими самонадеянными как прежде.

Я отодвинул от себя свиток, откинулся на спинку кресла и прикрыл веки. Эмоции бушевали в груди. Как? Как он мог хорониться в засаде и не прийти на помощь? Даже представлять себя в подобной ситуации — мучение. Парень ещё не владел драконьим огнём, а это привычно считалось главным оружием. Однако, по его же свидетельству, пламя не причиняло вреда людям, непостижимым образом обращаясь против извергнувших его драконов. Мог бы сообразить, что нужно действовать когтями, зубами — телесной мощью. Не сообразил, что совсем неудивительно для шокированного увиденным подростка. Он даже обернуться не смог, что уж говорить о битве.

— Да-а-а… — произнёс я в задумчивости. — Не хотелось бы мне оказаться на месте этого мальчишки!

Послышались тяжёлые шаги. Я стряхнул задумчивость, сел ровно и взглянул на появившегося в дверном проёме слугу.

— Простите, что потревожил, хозяин, — комкая в руках шапку, обратился ко мне конюх.

— Что тебе, Джес?

— Да вот, хотел в деревню сгонять. Дочка родить должна, хочется внука самому принять на руки.

— Так скачи! Когда я не позволял тебе родню навещать? Плату за прошлый месяц…

— Я не про монеты, хозяин.

— Про что же? Говори, не тушуйся.

— Вы бы глянули в зеркало волшебное, нет ли кого на пути. Боязно с охотниками столкнуться.

— Тебе? Боязно? — смеясь, поднялся я с кресла. — Никогда не поверю.

— Так чары у них! Что мой топор сделает против этого?

Я кивнул, соглашаясь. Если уж драконы сторонятся охотников, вооружённых убийственными заклинаниями, чего ждать от конюха, пусть и могучего сложения человека?

Сдвинул в сторону картину, загораживающую ценный артефакт, приложил к стеклу ладонь, активируя. Муть возникла и тут же исчезла, зеркало продемонстрировало привычный вид на перевал. Наблюдение за магическими вратами — вынужденная мера, однако как меня огорчали стоявшие там каменные фигуры! Особенно утиравший слезы мальчика. Вот зачем полез сюда, пострелёнок?

Собрав картинку в горсть, я увеличил обзор.

— О! — воскликнул Джес. — Гляньте-ка, сидят голубчики.

Точно, чуть ниже по узкой тропе, на излюбленной охотниками площадке сидели трое. Рядом с ними дремал ослик.

— Два мужика и девушка, — печально вздохнул я, — красивая.

— Как это вы разглядели, хозяин? — приблизился к артефакту конюх. — Точно! Миленькая. Жаль, если окаменеет.

— Жаль.

Я потряс головой, гоня ненужные мысли. Драконы никого к себе не заманивают, люди сами тащатся к перевалу, сами держат в голове жестокие мысли, вот и расплачиваются!

— Так это левая тропа, — напомнил о себе Джес. — Мне туда не нужно. Я бы по дороге, что к деревне ведёт, спустился.

— А-а-а… да, сейчас!

Я сдвинул изображение в сторону, убедился, что нужный конюху путь свободен, с лёгким сердцем отпустил верного слугу. Тот ушёл, а я постоял немного, борясь с желанием вернуться к девушке, рассмотреть её получше. Чем-то она тронула меня!

Пожалуй, стоит слетать к перевалу. Нельзя допустить, чтобы девчонка пострадала. Охотников не стал бы останавливать, их чем больше погибнет, тем лучше. А вот красивая девушка…

Нет! Пустое! У меня дела поважнее имеются. Поставил картину на прежнее место, пряча артефакт, и вернулся к столу. Ещё разок перечитаю…

***

Лера Васнецова

Охотники спорили. Я почти не слушала их.

Как мне поступить? Не идти через перевал нельзя — идти страшно. Заверения Хита вызывали большие сомнения. Причём чем яростнее он доказывал свою правоту, тем сильнее я сомневалась в его словах. Допустим, «папаша» казался вполне искренним, но ведь каждый может заблуждаться.

— С чего ты вообще взял это? — Хит давно уже встал с бревна и теперь поднял товарища, схватив его за грудки. — Откуда такие бредовые идеи? «Драконы мысли человека насквозь видят! Намерения его знают!» Вот так глупость!

— Не бредовые! Не бредовые! — сипло возражал Кум. — Мне Щербатый по пьяни всё разобъяснил! Он, между прочим, самому Кисьяну прислуживает!

— Ах, Кисьяну! Этому недоумку, объявившему себя великим магом! А ты и уши распустил! Не думаешь, что жалкий потомок гениального Куррвала нарочно запугивает свободных охотников?

— Что тебе не нравится, Хит? — рыжий наконец отцепил руки приятеля от своей рубахи, отшатнулся и, поправляя одежду, продолжил обиженным тоном: — Я по твоей просьбе вызвал иномирянку! Не с кем-то другим, а с тобой охочусь. А ты руки распускаешь.

— Ладно! — уже спокойнее сказал Хит. — Идти надо, а то в ночи будем палатку ставить.

«Они охотятся, — раздалось в моей голове, — а ты им помогаешь». Лиловик, во время перекуса сидевший на моём плече, уловил главную суть.

А ведь Гароуд прав! Мои мысли чисты, чего нельзя с уверенностью утверждать об остальных членах экспедиции. Вряд ли «папаши» признаются мне в своих истинных целях. Получается, я невольный сообщник. Что, если Кум вместе с неведомыми мне Щербатым и Кисьяном не заблуждаются и драконы почувствуют опасность, когда я доберусь до перевала?

— Вот что! — я встала, выхватила из рук рыжего свой мешок с артефактами, Кум собирался грузить его на ослика. — Дальше пойду одна. Вы спускайтесь к ручью и ждите меня там.

— То есть как это одна пойдёшь? — Хит замер, держа на весу свой рюкзак.

— Обыкновенно. Вам ведь нужен куб? Я добуду его для вас.

— Магический куб нужен, чтобы отправить тебя на Землю. Нам тоже пригодится, но не это главное…

— Ничего не хочу слышать! — я остановила его жестом. — Меня ваши проблемы не касаются. Просто спускайтесь вниз и ждите. Я справлюсь.

— А кто жрачку тебе приготовит? — возмутился рыжий. — Осёл, что ли?

— И-й-я-ааа, — подал голос Яшка.

— Обойдусь без ваших разносолов, — усмехнулась я. — Посижу на яблочной диете.

— Оголодуешь! — возмутился Кум голосом моей бабули. — Ноги таскать не сможешь!

— А ночёвка? — присоединился к причитаниям Хит. — Палатку-то сумеешь развернуть?

Сколько натурального беспокойства! Настоящие «папаши»!

— Спорить тут не о чем, — я чувствовала, что вот-вот впаду в истерику и наговорю лишнего, как уже не раз бывало. Сжала кулаки, процедила сквозь зубы: — Убирайтесь! Шагу не ступлю в вашей компании.

Уж не знаю, как мужики уловили моё состояние, но продолжать дискуссию не стали. Переглянулись, причём я заметила непонятный жест Хита, после чего рыжий криво улыбнулся и кивнул:

— А чего? Нам же легче! Топай одна. Спи на камнях, питайся яблоками, а мы у костерка посидим, красотами предгорий полюбуемся, подождём, чем твой бросок закончится.

Я прекрасно понимала, что лишаюсь последних удобств, но не собиралась отступать. Расправила плечи, вздёрнула подбородок и сцепила руки на животе, показывая, что намерена дождаться, когда охотники действительно развернутся и пошагают вниз.

Мужики надели рюкзаки, не переставая ухмыляться, и пошли прочь, пожелав нам с Яшей счастливого пути. Вообще-то, надо бы у них кинжал хотя бы попросить — мелькнула у меня запоздалая мысль. Поздно, Хит уже скрылся за поворотом, Кум обернулся и приветливо махнул мне рукой, крикнув:

— Бывай, иномирянка! Куррвал тебе в помощь.

— Обойдусь без вашего Куррвала, — буркнула я себе под нос.

Итак, я избавилась от неприятного общества и почувствовала себя победительницей. Теперь дело за малым: подняться на перевал, пройти его, по возможности оставаясь живым человеком, разыскать дракона, объяснить ему суть проблемы и выпросить магический куб. Что ему, жалко, что ли? Я почему-то не сомневалась, что ящер проникнется сочувствием ко мне. Зла драконам не желаю — тупо стремлюсь домой. Кому плохо от того, что я вернусь в родной мир?

Рассуждала я вслух. Мы с Яшей еле помещались на узкой тропе, но он отказывался идти за мной, цокал рядом и мерно кивал в такт моим словам. Лиловик вспорхнул с моего плеча сразу, как только мы тронулись. Теперь я могла видеть лишь маленькую сиреневую точку, нарезающую круги в вышине.

Пусть полетает! Ему нужно тренироваться. Главное, чтобы далеко не забурился. У меня в груди холодело от воспоминания о том, как я испугалась за свою птичку накануне. Теперь точно не отпущу его дальше, чем смогу видеть.

Вдоволь накувыркавшись в вышине, Гароуд спустился, сел мне на плечо и завёл разговор:

«До стоянки ещё далеко. Вряд ли успеете до темноты, если будете так тащиться». Я послушно прибавила шагу. Яша недовольно пофыркал, но тоже зацокал веселее.

— Ничего, — я успокаивала скорее себя, чем птицу, — палатку ставить не нужно, костёр разводить тоже. Можно и в темноте устроиться, нашлась бы удобная площадка!