Ирина Ваганова – Хорошая моя (страница 8)
Звонкий тенорок заставил Машу дёрнуться:
– Кто-то фотографирует еду?
Входящий на кухню незнакомец застал девушку сидящей на корточках с телефоном в руках. Она решила запечатлеть блюдо в духовке. Усмехнулась, бросив на парня быстрый взгляд:
– Запрещено правилами?
Фотография, как ни странно, получилась. Маша встала, механическим движением спрятала трубку в кармане шортиков, взяла с общего стола прихватки, наклонилась и потянула противень.
– Разве можно что-то запретить симпатичной девушке, которая к тому же хорошо готовит!
– Вот и отлично. Дайте дорогу, пожалуйста.
Парень посторонился, наблюдая, как незнакомка опускает противень на жаропрочные подставки, перекладывает ароматную курочку на блюдо, ловко сворачивает бумагу с пропитанной жиром солью и выбрасывает в мусорный бак. Неужели напросится на трапезу? Помалкивал, втягивал носом воздух и заметно сглатывал слюну. Дождался, когда Маша с блюдом прошествует мимо, и потащился следом. Симпатичный, но не в её вкусе. Бесцветный какой-то. Худощавый блондин с водянистыми голубыми глазами. Да ещё голос высокий, хоть Ленского пой. Так и казалось, что затянет сейчас: «Куда, куда, куда вы удалились…»
Понятно, что арий исполнять не стал, проводил девушку до её комнаты и галантно распахнул дверь. Маша поблагодарила, хотя вполне могла справиться сама, элементарно пихнув полотно бедром. Из-за того, что кухня располагалась в противоположном конце коридора, Маша наловчилась обходиться без рук, как правило, нагруженных либо посудой, либо едой.
Зашла в комнату и обернулась, чтобы коленом закрыть дверь, но не успела, провожатый перешагнул порог и принялся с любопытством осматриваться:
– Не бывал в однушках.
Маша пожала плечами, прошла чуть дальше, водрузила курицу на стол. Обернулась:
– Претендуешь на мою еду?
– Нет-нет, что ты! – засмеялся «Ленский». – Я понимаю, что это тебе на неделю.
Говорил с улыбкой, понятно, что шутил. Девушка, уже готовая рассердиться, передумала. Хмыкнула и спросила:
– Наглость – второе счастье, так, что ли?
Парень не ответил, щёлкнул каблуками, резко кивнул, изображая царского офицера:
– Ярослав. Работник культуры.
– Где нынче готовят работников культуры?
– Я, между прочим, окончил институт, а сейчас тружусь в местном клубе.
– А-а-а… так это в институте культуры учат вламываться в комнату к девушке без приглашения?
– Ухожу, ухожу, ухожу… – Ярослав действительно сделал пару шагов к выходу, но у порога остановился. – Просто мечтал познакомиться с загадочной новенькой. Ты уже давно заехала, а застать тебя нереально.
– У нас, наверное, графики разные.
– Возможно. Как тебя зовут?
– Маша.
– Где работаешь? Погоди, я угадаю. Медичка. Нет? Малярша. Нет? Э-э-э… Училка?
– Точно. – Маше не хотелось признаваться, что она в отличие от большинства поселившихся в общежитии реально работает в институте. С тех пор, как поток молодых специалистов иссяк, город арендовал большинство комнат в общаге и селил там людей, приехавших из глубинки в Подмосковье в поисках работы.
– О-о-о… – бесцветные брови удивлённо подскочили, – с училкой я ещё не… кхм…
– Чего? – резко обернулась Маша.
– Не-не… не подумай. Я всего лишь общение имею виду. Обычное дружеское общение.
– А-а-а… Я с культработниками тоже не сталкивалась.
– Затусим? – расплылся в улыбке Ярослав. – Приглашаю на посиделки в нашей комнате. В пять.
Маша задумалась буквально на секунду. Блондин не вызвал приязни, но может быть, у него интересные друзья? Надо же как-то начинать знакомиться с парнями. Сколько можно прятаться за баррикадой скромницы?
– А кто будет?
– У Федоса днюха, мы с парнями скинулись, чтобы отметить. Девчонок знакомых приглашаем. Соседки твои из комнаты напротив придут. Медички. Человек десять наберётся. Посидим. Гитара, песни, всё такое.
Девочек из двести пятой Маша часто видела, здоровалась с ними. Толстушка Надя, маленькая Вера, изящная красавица Анфиса. Вполне себе приличные, во всяком случае, вызывающие расположение.
– В принципе, вечер у меня свободный, – задумчиво произнесла она.
– Супер! Зайду за тобой. Или, если хочешь, сама в триста семнадцатую приходи.
– Нет уж, зайди, если не сложно, – Маша плохо себе представляла, как будет стучаться в комнату к незнакомым парням. – А что лучше подарить имениннику?
– Никаких подарков. Украсишь компанию, облагородишь, так сказать, уже хорошо. Ничего особенного: соки, пицца, немного выпивки.
– Так, может…
– Нет-нет! Ничего не нужно.
Не позволив девушке возразить, Ярослав скрылся за дверью. Быстрые шаги свидетельствовали о его бегстве. Маша пожала плечами и занялась очередной инсталляцией. Нужен короткий ролик: разрезать курочку, переложить аппетитный кусок на тарелку и воткнуть в сочное мясо вилку. Занявшись съёмками, монтажом видео, оформлением статьи, совершенно забыла о беспардонном блондине.
Назначенный час застал за постирушками в умывалке. Как раз развешивала пахнущее «морозной свежестью» бельё на протянутых вдоль стены верёвках, когда услышала стук. Выглянула в коридор. Ой! Стоявший на коврике около её комнаты Ярослав поднял руку для очередной порции дроби, но, заметив движение в торце коридора, обернулся:
– Ты ещё не готова? Маруся!
О, нет… такой вариант собственного имени Маша терпеть не могла. Подавила недовольство, виновато улыбнулась:
– Извини, забыла. Может, как-нибудь без меня потусите?
– Прекращай! У тебя пять минут на переодевание. Я пока курну на площадке.
Ладно. Маша наспех прицепила прищепки на каждую мокрую вещь и помчалась в комнату. Скрывшийся на лестнице Ярослав не выглядел нарядным: обычная тёмно-зелёная толстовка и мешковатые джинсы. Значит, и ей не стоит облачаться в вечернее платье. В халате, однако, тоже не пойдёшь. Раскопала в стенном шкафу трикотажные брючки, сняла с плечиков пёструю блузку, главным достоинством которой было отсутствие необходимости утюжить каждый раз, и плюшевую кофту брусничного цвета. Прыснула за уши духами без приторности, с интересным, настолько хорошо выверенным букетом, что вычленить составные ноты не специалисту невозможно. Маша в тонкостях не разбиралась, аромат ей нравился, поэтому всегда покупала именно эту марку. Мазнула кисточкой туши по ресничкам, нанесла на губы малиновую помаду, провела массажкой по волосам. Оценила результат в зеркале. Порядок!
Торопилась, времени на сомнения не осталось. Заперла дверь, сунула ключ в кармашек и вышла на площадку.
– Быстро ты, – оценил её скорость кавалер, – шикарно выглядишь. Погнали?
Погасил окурок в спрятанную за батареей консервную банку – курить в общежитии запрещалось – и галантно предложил локоть для опоры.
Они погнали на четвёртый этаж, а там через весь длинный коридор в противоположный конец.
Большая, не похожая на её однушку, комната встретила гостей полумраком и стойким мускусным запахом. Две узкие, по-солдатски заправленные кровати стояли вдоль стен прямо у входа. Третья расположилась в торце вдоль завешанного синими шторами окна. На ней был только матрас, задрапированный стандартным общежитским покрывалом. Там сидели Машины соседки по этажу. Кроме них в комнате были два парня – как специально подобранные противоположности. На кровати по левой стороне полулежал, уткнувшись в смартфон, крепыш с густой почти чёрной шевелюрой и кучерявой бородкой, покрывавшей нижнюю челюсть. Он так увлёкся мессенджером, что не взглянул на Машу, когда Ярослав её представил. Второй – светло-русый, белокожий, худенький и высокий – привстал со стула, очаровательно улыбнулся и гостеприимным жестом указал на кровать, где сидели девочки:
– Прошу пройти в партер, Мария.
Маша беспомощно оглядывалась, пытаясь определить, кто из ребят именинник. Пока это было неочевидно. На обшарпанном столе, загнанном в угол, кроме бутылок и довольно изящных бокалов ничего не было.
– А где Василий? – спросил Ярослав, подталкивая Машу к «партеру». – Вот тормоз! Нашли, кого послать за пиццей.
Заняв место рядом с Верой, Маша наклонилась к ней и шепнула:
– Кого с днём рождения поздравлять?
Соседка округлила глаза, словно впервые услышала о причине сборища.
Ярослав тем временем достал из стенного шкафа кофр, положил на свободную кровать, раскрыл и вытащил акустическую гитару очень красивого персикового цвета.
– Федя, пой!
Парень, которого Маша мысленно назвала Стебелёк, потянулся за инструментом и вздохнул:
– Не настроена.
– Так настраивай! Девчонки подождут, – Ярослав посмотрел на богатыря. – Гобоист, дай нам тон.