Ирина Успенская – Практическая психология. Конт (СИ) (страница 34)

— А если бы не сирота был? — задумчиво произнесла Светика, ни к кому не обращаясь.

— Хватит попусту языками молоть, вот вернется кир Алан, у него и спросите, — пресекла разговор Райка. — Скоро рабов кормить, а у нас еще затирка не готова.

Светика пригладила волосы, повязала голову чистой косынкой и принялась за работу, но разговор никак не шел из головы. Выходит, конту нужны наследники? И он не обидит женщину, которая ему их родит…

Конт перекатом ушел вправо, вскочил на ноги, поднырнул под меч и со всех сил ударил нападающего ногой в живот. Разбойник, не ожидавший такой подлости от безоружного, согнулся, за что и поплатился, получив удары в лицо и по шее сложенными в замок руками. Пока он пытался восстановить равновесие, конт успел подхватить лук, колчан со стрелами и отбежать за ближайшее дерево. С расстояния в семь метров не промахнулся бы и новичок. Стрела пробила грудь нападающего навылет, и Алан смог осмотреться. Брат Алвис теснил своего противника к урочищу, третий разбойник кучей тряпья валялся чуть в стороне в луже собственной крови. Чей — то меч пробил ему горло. К сожалению, один из воинов Рэя, тоже был мертв, а второй стоял за спиной конта, прикрывая тыл. Бой внизу превратился в бойню, большинство бандитов, побросав оружие, стояли на коленях, заложив руки за голову, но несколько человек продолжали сопротивляться с безрассудным отчаянием. Позади воинов верхом на белом жеребце восседал барон Линь и с кровожадной улыбкой осматривался по сторонам, рядом с ним Виктория увидела мальчика лет пятнадцати, он со смехом показывал мечом куда — то в сторону. Сходство с бароном явно указывало на их близкое родство. Рэй что — то орал, собирая свой отряд.

— Тебе помочь? — поинтересовался конт, выходя из — за дерева с луком наизготовку.

— Благодарю вас, кир, но, пожалуй, не нужно, — светски улыбнулся Алвис, и меч разбойника отлетел в сторону. — Сдавайся.

— Сдаюсь! — ватажник поднял вверх руки.

— Ложись! — крикнул ксен, глядя за спину конта.

Виктория рухнула на землю не задумываясь, а вот бандит недоуменно завертел головой, за что и поплатился — прилетевший из леса болт попал ему в грудь. Ксен сорвался с места и, перебегая от дерева к дереву, скрылся в лесу еще до того, как Виктория поняла, что произошло. Она подползла к разбойнику, он еще был жив.

— Он… обещал… свободу… если… возьмем… тебя, — прохрипел мужчина, с каждым выдохом выталкивая из горла слова. — Отпустить… нашу… ватагу… он… соврал…

— Кто? Как его имя? — Конт склонился над умирающим.

— Б…

Разбойник захрипел и обмяк, из перекошенного рта вытекла тонкая струйка крови и затерялась в густой бороде.

— Стрелок ушел. — Ксен возник бесшумно, даже ветка не треснула. — Ушел в сторону наших лошадей.

Они переглянулись и, подхватив оружие, побежали в лес. На бегу конт сообщил Алвису, что успел узнать.

— «Б» — это может быть и барон, и Берт, и еще кто — нибудь, — высказал ксен вслух то, о чем Виктория думала про себя. — Вы знаете, что ваш слуга — сын конта Сани и кормилицы?

— Догадываюсь.

— Как давно вы догадались?

— Сегодня утром.

— Я бы на вашем месте избавился от него. В отличие от вас, в нем течет кровь конта Валлид.

Намек более чем прозрачный. Алвис открыто сообщил конту, что знает о его происхождении, значит, не видит смысла больше притворяться. Что теперь ожидать от Искореняющего? Откровенного разговора или попытки использовать конта втемную? Виктория промолчала, если за покушениями стоит Берт, она так и сделает, как бы ни было ей горько и тяжело смотреть Нанни в глаза. Она не оставит за спиной предателя и врага, не будет рисковать жизнью сына. Сына… как быстро она приняла новые реалии. Виктория грустно усмехнулась. Сколько она здесь? Месяц? Около того, и за это время Кровь успела стать ей домом, у нее появились если не друзья, то те, кто сможет ими когда — нибудь стать. У нее есть Дар, Ольт и Тур — трое мальчишек, которые заменят ей сыновей, а еще есть Рэй… Легок на помине. Капитан в сопровождении пяти воинов догнал их уже на спуске, на ходу осмотрел конта, погрозил кулаком небесам, перекинулся с ксеном парой слов и, скрутив из пальцев хитрую комбинацию, похожую на «козу», дал отмашку воинам, отправив вперед троих бойцов.

Виктория запыхалась, в боку кололо, по спине тек противный липкий пот, во рту образовалась Сахара. Кольчуга потяжелела килограммов на десять, и казалось, что натирала даже плечи, колчан бил по спине с силой гнома — молотобойца, а подошва сапог вдруг стала бумажной, и теперь разгоряченные ступни ощущали каждый камешек под ногами. В голове бухало сердце в такт единственной мысли: «Тренироваться надо».

Поляна встретила их разбредшимися лошадьми и лежащим вниз лицом воином. Из его спины торчал родной братец болта, убившего разбойника. Берта нигде видно не было.

— Нет двух лошадей, — доложил Рэю один из бойцов.

Виктория почувствовала такое разочарование, словно ее предал не слуга, а родной сын. Она прислонилась к дереву и уставилась вдаль на колышущиеся верхушки елок. Над деревьями кружили две черных птицы, вот одна из них стремительно рухнула вниз, но спустя мгновение вновь лениво заскользила в потоках воздуха. В предательство Берта верить не хотелось. Здравый смысл говорил, что он замешан в покушениях, а интуиция кричала, что парень не виновен. Бессмысленно. Он мог избавиться от конта несколько раз, пока Алан лежал в горячке, да и потом у слуги был не один шанс устроить хозяину несчастный случай. Но он отчего — то ждал сегодняшнего дня.

— Зачем вы взяли слугу с собой? В бою от него нет прока, — задал вопрос Алвис.

А действительно, зачем? Просто, не задумываясь, оттого, что привыкла — Берт постоянно рядом, как палочка — выручалочка на все случаи жизни.

— Берту могли недавно сообщить, что он может претендовать на Кровь. — Искореняющий подошел ближе.

— А он может? — спросил конт, не поворачивая головы.

— При условии, что других претендентов не останется и у него есть веские доказательства родства с прежним хозяином.

— А не может случиться так, что его тоже убрали? Как претендента?

Искореняющий секунду раздумывал, а затем резко развернулся и бегом направился к Рэю, который с остальными воинами обшаривал кусты и собирал лошадей. Виктория отстраненно за ними наблюдала. В сердце заползло и растеклось горькой полынью беспокойство. Что — то она упустила в запале боя, но сосредоточиться не получалось.

— Кир Алан. — В темных глазах Искореняющего качалось солнце. — Следопыт говорит, что слуга ушел добровольно, но мы нашли это. — Он показал обрывок ткани, и конт узнал в нем кусок пояса Берта.

— Его могли заставить уйти?

— Я должен опросить пленных. — В голосе Искореняющего появилась сталь, он смотрел куда — то мимо конта. — Барон Линь с сыном пожаловали, а вместе с ними и разбойников привели. Кир Алан, могу я вас просить об одолжении? — Виктория задумчиво кивнула, она пыталась ухватить проскользнувшую в голове мысль, но та, как серая крыса, проскочила мимо, мелькнув кончиком хвоста. — Прошу вас, не убивайте барона. Пока не убивайте.

— Я не привык щадить ядовитых змей, — холодно процедил конт, сжимая кулаки. — Тебе не кажется, что эта охота была устроена специально, чтобы выманить меня из замка? — Виктория наконец — то сложила в голове полную картинку происходящего. — Не было никакой необходимости в таком количестве воинов. Кайрат справился бы и самостоятельно. Я насчитал в его дружине тридцать два человека против двадцати трех разбойников.

Ксен едва заметно улыбнулся, кивком головы указывая на идущего к ним Рэя.

— Я рад, что вы тоже обратили на это внимание. Вы позволите мне опросить пленных?

— Алвис, скажи мне честно, тебе нужно мое разрешение? — конт усмехнулся одной половиной губ, делая шаг навстречу Рэю, он протянул ему лук, принимая из рук капитана перевязь с ножнами, из которых выглядывала рукоять Ярости.

— Пока не прибыли бумаги, подтверждающие мои полномочия, формально во время военной операции я подчиняюсь вам, — склонился в легком поклоне Искореняющий, весело блеснув глазами.

— Брат Алвис, приказываю опросить пленных, — громко произнес конт, улыбаясь барону с сыном. — Добрый день, Кайрат. — Он пожал руку Линю и кивнул поклонившемуся мальчику. — Баронет, как поживаете?

— Все хорошо, кир Алан. А это Искореняющий? Настоящий? — с восторгом произнес паренек, глядя вслед ксену. — Отец, он будет искоренять? Можно посмотреть?

В глазах баронета светился благоговейный ужас. Линь снисходительно потрепал сына по голове:

— Еще успеешь насмотреться. Прикажи капитану, чтобы гнал наших рабов к замку. — Он повернулся к конту. — Говорят, несколько разбойников прорвались к вам в тыл? Ты не пострадал? — В его голосе проскользнула тревога.

— Со мной все в порядке.

Виктория едва сдерживала ярость, бушующую в желудке. Она попробовала отвлечься, рассуждая о странностях своей психологии. Принято считать, что чувства зарождаются в сердце, ее же эмоции напрямую связаны с желудком. Страх образует горький ком, ненависть и злость разливаются болезненным огнем, скорбь бурлит черной горечью, а любовь ассоциируется с горячим вином выпитым в холодный день. Но, как бы она ни пыталась не думать о Берте и бароне, мысли постоянно возвращались к этим двоим. Она была уверена, что покушения — дело рук ее любезного друга Кайрата, и хотя пока не понимала мотивов его действий, но уже ненавидела барона всем сердцем. А еще она помнила изуродованную рабыню, и это никак не приближало Линя к долгой и счастливой жизни. Виктория смотрела в небо и придумывала для барона самые извращенные смерти… много смертей… очень много… Она знала, что никогда не сделает того, о чем мечтала, но думать об этом было приятно, поэтому губы конта кривила довольная улыбка. Если бы Линь умел читать мысли…