Ирина Успенская – Практическая психология. Герцог (СИ) (страница 67)

«У нас пока нет сил воевать с ними», – прошептал внутренний голос.

«Худой мир лучше доброй войны. Но и подчиняться им мы не обязаны».

«Будешь хитрить? Надо сделать так, чтобы нас или боялись, или уважали»

«Нужно сделать храмовников союзниками. Равноправными союзниками. Пока же они видят во мне только разменную монету».

«Знаешь, может быть, оно и к лучшему, что тебя недооценивают».

«Может быть».

Алан выглянул в коридор и отдал короткий приказ воину, охранявшему дверь:

– Позови Берта, Иверта и Хвата.

– Кир Алан, – заговорил Турен, но конт его перебил:

– Не сейчас, Тур. Сядь к свету и разбери текст, написанный на бумаге, которую я тебе отдал. Потом прочтешь мне вслух. Переписывать не надо, нет времени. Леонардо, достань карты материка и герцогства. И не дрожи! Пока ты со мной, тебя никто не тронет.

Раб кивнул и полез в шкаф. Алан секунду подумал, а затем шагнул и обнял Неженку.

– Даже если мне придется пойти на сделку с советником, я все равно найду способ забрать тебя оттуда. Просто верь мне. Слышишь? Верь! – шепнул он в белокурую макушку. Леонардо на мгновение напрягся, а затем выдохнул и кивнул. – Вот и отлично, – Алан отстранился и вернулся к столу.

Вошли вызванные им люди, и конт сразу приступил к разговору:

– Берт, забирай парней и веди мыться. Возьмите охрану.

Дождавшись, когда за ними закроется дверь, Алан повернулся к остальным:

– Что узнали?

– Всеми делами герцогства занимается кир Мар Марган. Ему же подчиняется и внутренняя охрана крепости, которой командует его ставленник – бывший наемник по кличке Лесник – амбициозный, хитрый, не гнушающийся бесчестными поступками, но преданный советнику человек. Начальник гарнизона – барон Семух – принял командование над воинами уже после взятия герцогства, он заменил погибшего при штурме капитана. Барон терпеть не может кира Мара, это у них взаимно. Капитан не из красавчиков, что очень огорчает советника, который просто помешан на красивых лицах. Говорят, если бы не предательство союзников, Белая крепость не пала бы несколько лет назад. Нынешний герцог ничего не смыслит ни в управлении, ни в воинском деле. Но крепость очень хорошо защищена, взять ее можно только изнутри или в результате длительной осады.

Вот уж чего Виктория точно делать не планировала, так это воевать. Изначальной целью приезда были разведка и покупка рабов, но заявление Алвиса и разговор с Мэтью внесли изменения в первоначальные планы конта. Похоже, просто так уплыть обратно им никто не даст. Храмовники спланировали все заранее. А вот шиш вам!

– Хват, ты хорошо знаешь город? – Десятник кивнул. – Оставаться здесь небезопасно, сними для нас дом. Пошли человека на корабль, пусть Кэп отправит еще пятерку для усиления твоего отряда. И передай, что я приказал готовиться к отплытию. Завтра мы с Ивертом посетим местную ярмарку рабов, первую партию можно будет перевозить. Скажи, чтобы после погрузки людей он прибыл за дальнейшими распоряжениями. У тебя остался кто-нибудь следить за Мэтью?

– Сейчас там Оська с Рыжим.

– Когда снимешь дом, пошли людей им на смену.

Десятник серьезно кивнул.

– Где ксенята?

– Решили отметиться в канцелярии храма.

– Вернутся, скажи, что до утра они мне не нужны.

– Можно идти?

– Иди.

Алан внимательно посмотрел на Иверта. Еще никогда ему не приходилось видеть горца таким мрачным. Даже когда он обвинил его в предательстве, Иверт не позволял эмоциям прорываться наружу.

– Иверт, если она тебе так нравится, стоило ей об этом сказать.

Игуш бросил на конта яростный взгляд.

– Не говори мне об этой…

– Еще раз посмеешь назвать ее так, и я дам тебе в морду, – прошипела Виктория, прорываясь сквозь мужское сознание. – Что ты сделал для того, чтобы она стала другой? Ты приглашал ее на свидания? Дарил подарки? Ты интересовался ее прошлой жизнью? Ее мыслями, чувствами? Да ты затащил ее в комнату и поимел! И теперь смеешь называть Маю шлюхой?

– Ты тоже спал с ней! – зло ответил Иверт, блестя глазами.

– Спал, – ухмыльнулся Алан, вспоминая бессонную ночь. – Но я не позволяю себе говорить о ней гадости.

– Она тебе нравится.

– Мая? Нравится. Как человек. Как женщина она меня не прельщает. Хотя, возможно, я передумаю…

Но Иверт слышал только то, что хотел слышать. В этот раз Алан успел увидеть кулак, летящий в лицо, и, отступив в сторону, перехватил руку горца. Злость – не лучший советчик, и спустя мгновение Иверт лежал на кровати лицом в подушку, его рука была зажата болевым захватом, а сам он импульсивно ругался на языке игушей.

– Вождь, пусти, – наконец произнес он.

Алан моментально отпустил друга и отошел в сторону.

– Не знаю, что на меня нашло, – Иверт лег на спину и уставился в потолок, – но мне хотелось убить тебя.

– Ревность, – пожал плечами Алан. – Иверт, выбрось «подарочек» из головы, у нас есть проблемы важнее, чем оскорбленное самолюбие. Алвис приходил.

Иверт моментально перестал страдать.

– Чего он хочет?

– Посадить Тура на трон герцогства.

– Но мальчишка еще слишком молод.

– Ему через три десятницы исполнится четырнадцать лет. Он станет совершеннолетним. Но, думаю, править ему никто не позволит. Скорее всего, герцогство Вас’Хантер войдет в состав королевства Галендас, и Наместник пришлет сюда своего человека.

– Наместник возле наших гор – это очень плохо, – нахмурился Иверт, склоняясь над картами.

– А еще – вдова прежнего герцога жива. Она пленница в крепости.

– Мать Тура? – присвистнул игуш и внимательно посмотрел на конта. – Что он хочет взамен?

– Неженку.

– Отдай.

Алан встал и, подойдя к окну, втянул в себя прохладный вечерний воздух. Помолчал. Как объяснить, что он не может? Не может пожертвовать художником ради женщины, которую в глаза не видел. Не поймет. Вот ворожея поняла бы, а Иверт не поймет.

– Считаешь, оно того стоит?

Горец задумался, прежде чем ответить.

– Бешеный Алан, ты ведь хочешь присоединить эти земли к Игушетии, – белозубо улыбнулся он. – А Длань этого не знает. Так давай дадим ему то, что он хочет, а когда придет время, всех зарежем и возьмем добычу.

– Всех зарежем? – Алану вдруг передалась бесшабашная веселость горца. Сколько можно бояться сделать что-то не так, поступить неправильно? Сколько можно быть марионеткой? К черту! – Это будет сложно, Ураган.

– Сложно было договориться с женщинами Гадюки, – махнул рукой Иверт, к которому стремительно возвращалось хорошее настроение. – Пока ты был в гостях, я встретил знакомых купцов и узнал цены на рабов.

Алан удивленно приподнял бровь, всем своим видом показывая, что скептически относится к заявлению горца после того, что видел у него в комнате. Но Иверт только усмехнулся в ответ, правильно истолковав его взгляд.

– Обедать мы ходили. – На мгновение его лицо вновь накрыла тень, но на этот раз он быстро справился с эмоциями. – Завтра мы купим рабов, посетим советника, спасем мать Тура, сходим в бордель, перевернем этот город и всех зарежем! А сейчас пошли, выпьем крепкого вина и набьем какому-нибудь ур-роду морду.

Почему бы и нет? Все равно, пока не вернется Хват, они ничего предпринимать не будут. Конт поднял руку и скривился.

– Я схожу в мыльню, и мы с парнями присоединимся к тебе.

– Где ты так пачкаешься, что постоянно моешься? – округлил глаза Иверт и, со смехом увернувшись от летящей в него куртки, выскользнул за дверь.

– А ты плохо поешь! – крикнул ему вслед Алан и с улыбкой вышел следом, испытывая к Иверту огромную благодарность за его легкий нрав, за умение превращать большие неразрешимые проблемы в легкие неурядицы.

«Зарэжем?» – спросил внутренний голос с грузинским акцентом.

– Зарежем! – вслух ответил ему по-русски Алан Валлид и тихо рассмеялся.