Ирина Успенская – Попала или муж под кроватью (страница 42)
Это многое объясняло. Я с интересом пролистала книгу до конца, задержавшись на оборотнях и гномах. С грустью прочла, что истинная пара и истинная любовь не всегда бывают синонимами. Бедные оборотни!
– Ух, какие интересные свадебные обряды у гномов!
Мы с Замком с восторгом рассматривали рисунки. Бои на топорах – родственники против невесты и жениха, распитие на скорость бочонка вина, конкурс самой красивой бороды, поедание острых куриных крылышек... Да уж, гномы знали толк в развлечениях!
– Дарья, а какие свадебные обычаи в твоем мире?
Замок убрал тарелки и, пересадив Масюка к себе на колени, устроился напротив в кресле.
– У нас выходят замуж в белом, и считается, что жених не должен видеть платье и невесту до свадьбы, это плохая примета…
Мне снилась бабушка. Мы сидели в плетеных креслах на лоджии в окружении горшков с цветущей геранью и чаевничали, я пила липовый чай, а ба - кофе. Пахло цветами, яблоками и любимыми бабушкиными духами.
– Ну и кто он?
– О чем ты?
Я обхватила чашку двумя руками и сделала глоток. Обожаю липовый чай, он всегда возвращает меня в детство.
– О том, в кого ты влюблена, Дашка. И не говори, что ты просто отдыхаешь, у тебя глаза счастливые.
– Вот от того, что отдыхаю, и счастливые, – пробурчала я в чашку, но от проницательного взгляда бабушки не смогла спрятаться. – Он темный сидхе, маг крови и просто надежный мужчина. И он зовет меня замуж! Ба, но это же неприлично выходить замуж сразу после развода! А вдруг это мимолетное увлечение? Как узнать?
– Ты помнишь, что я тебе говорила, когда ты стала встречаться с Константином?
– «Он тебе не пара, Дашка, твоя судьба - другой мужчина, – процитировала я. – Только время потеряешь».
Ба только один раз говорила со мной на эту тему, когда я пришла сказать, что мне сделали предложение, в тот раз она четко обозначила свою позицию, тремя словами охарактеризовала моего будущего мужа и задала лишь один вопрос. Собираюсь ли я дарить ей правнуков? Я честно ответила, что Костя считает, что нам еще рано думать о детях, и вообще многие семьи живут прекрасно без детей. Может быть, когда-нибудь, когда мы заработаем… Тогда ба категорически заявила, что он незрелый и она против нашего брака, но выбор делать мне. Я сделала. Но права оказалась бабуля.
– Он не говорит, что любит меня. – Я поставила чашку на столик. – А еще я нашла отца, и он тоже настаивает на нашем браке
– Ну, хоть один раз поступил по уму, а не по прихоти, – хмыкнула ба. – Не безнадежен. Знаешь, внуча, твой дед ни разу не сказал, что любит меня, но он всегда был рядом, когда я в нем нуждалась. А твой Костик постоянно напоминал всем, как он тебя любит. Иногда поступки говорят больше, чем слова.
– Я не хочу замуж! – упрямо повторила я и надулась. – Ты моя бабушка, ты должна меня поддерживать!
– Ослиное упрямство – это у тебя от папочки. Надеюсь, отец твоих детей все же поумнее будет. Как его имя, кстати?
– Лорд Флер, – выдала я.
– Так, Дашка! – Ба встала и сложила руки на груди. – Домой без обручального кольца не возвращайся!
– Ты мой сон и не можешь мне приказывать!
– Приворожу, – с угрозой произнесла ба. – Как пить дать приворожу! – А потом улыбнулась тепло и грустно. – Упустишь – потеряешь навсегда.
– Ты знаешь то, о чем не знаю я?
Но сон изменился, исчезли горшки с геранью, столик, балкон, и мне стало сниться что-то совершенно другое.
Проснулась в один миг. Резко распахнула глаза, поняв, что по лицу скользит наглый солнечный лучик, а рядом спит не менее наглый мужчина, который даже во сне не оставлял меня в покое. И почему я не удивлена? Может быть, спихнуть его на пол, а потом сказать, что сам скатился? Чтобы впредь так нагло не узурпировал половину кровати, и приличной женщине не приходилось бороться с соблазном сильнее прижаться к теплому телу и поспать еще часик.
В общем, в голове роились странные мысли, рука Захара собственнически обхватывала меня за талию, от его тела шло тепло, а дыхание наглеца было спокойным и тихим.
– Дар, давай ты поругаешься позже, – не открывая глаз, хриплым после сна голосом промурлыкал Захар и, повернувшись на бок, подгреб меня к себе. – Я лег на рассвете.
– Кто тебе мешал лечь раньше?
Я попыталась отползти, обнаружив, что на Захаре нет одежды, а на мне лишь шелковая кружевная тряпочка. Мой маневр был пресечен самым возмутительным образом – мужские пальцы сильнее сжались на талии.
– От твоих кавалеров отбивался, – пробормотал он и уткнулся носом мне в затылок. – Ты пахнешь липовым цветом.
– На тебя опять напали? Почему ты мне ничего не рассказывал?
– А зачем?
– Затем, что я имею право знать, кого заказать киллеру, когда тебя прикончат! – возмутилась я, вырываясь из цепких объятий.
– Женщина, успокойся. – Захар открыл глаза, видно, понял, что поспать ему больше не удастся, потому что рядом ползает по кровати злая Дашка. – Я с этим разберусь!
Интересно, о чем я еще не знаю? Я вывернулась, схватила подушку и от души хлопнула партизана по голове.
– Я сама прибью тебя! – снова атаковала я мужчину.
Рывок – и орудие возмездия улетело куда-то на пол, а меня придавили к матрацу. Захар наклонился, черные волнистые волосы упали на лицо, в глазах - темное пламя, на щеке - пожелтевший синяк, а на шее – свежий шрам.
– Тебя пырнули в шею! – Я трясущимися пальцами провела по шраму. – Вчера его не было! А если бы убили? – закончила шепотом.
– Мне нравится просыпаться с тобой, Дар, – так же тихо произнес он. – Скажи – да.
– Только не смей меня целовать!
– Почему? – с улыбкой демона-соблазнителя спросил Захар.
– Потому что до свадьбы нельзя! – выпалила я какую-то несусветную глупость.
– Богиня нас простит.
Целоваться он умел. Не совру, если скажу, что меня никто и никогда так не целовал. Все то, что было между нами раньше, оказалось просто прививкой, чтобы я сразу в обморок не грохнулась от восторга. Грешно, страстно и так сладко, что через несколько секунд я забыла обо всем. Мир сузился до точки, где соприкасались наши губы. К черту все! Здесь и сейчас мне было настолько хорошо, что я не хотела ни о чем думать.
Захар знал, как заставить женщину хотеть себя. Он знал, где лизнуть, где мягко прикусить, вернуться к губам, приласкать чувствительные местечки. И скоро я уже не сознавала, что сама выгибаюсь навстречу, приподнимая бедра, прижимаюсь к обнаженному телу, перебираю пальцами жесткие волосы. Позволила лорду стянуть с себя сорочку, ласково огладить горящее от его прикосновений тело. Я отключила рассудок и хотела того, что он готов был мне дать. Лишь однажды поймала его взгляд – порочный, соблазняющий, жадный - и поняла, что сдамся…
…Я была права, темный лорд не только изумительно целовался, все остальное он делал столь же невероятно…
– Теперь, как порядочная женщина, ты обязана выйти за меня замуж, – прошептал он мне на ухо, когда, разгоряченные и уставшие, мы лежали, тесно прижавшись друг к другу.
Я находилась в счастливой сладкой неге и не сразу ответила, глядя, как мужской палец выводит рисунок на моем бедре.
– Захар, почему для тебя так важна эта свадьба?
– Я хочу защитить вас.
– Нас?
– Тебя и наших детей.
– Ты хочешь детей? – растерялась я.
– Двое – минимум, сразу предупреждаю. – Он поцеловал меня в лоб. – Дар, я не стану настаивать на ритуале, если ты не хочешь. Но свадьба будет.
– Я боюсь, – неожиданно даже для себя призналась я. – Я не хочу переживать это второй раз.
– Я тоже боюсь. – Захар был абсолютно серьезен. – Я все же впервые женюсь, да еще на тханья.
– А может, ритуал, и обойдемся без свадьбы? – Я подняла голову и столкнулась со смеющимся взглядом. – Что?
– Ты боишься простого обряда, но согласна навечно связать свою жизнь с моей? Ты неподражаема!
Он резко опрокинул меня на спину и навалился сверху.
– Если мы поженимся, охота на тебя прекратится?
– Надеюсь, что да.
Он целовал меня в плечо, и это ужасно отвлекало.
– Лорд Флер, держите себя в руках!
– Не хочу! За последние пять дней я понял, какой скучной и размеренной жизнью жил.