Ирина Цапина – Лисёнок Ян и Кристалл Судьбы (страница 4)

– Мне не надо в это верить, малыш, я знаю, что это правда. – Лэсли зевнул. – Если человек додумался до чего-то, то, значит, это может существовать на самом деле, если уже не существует где-то. Ну, раньше же были сказки о коврах-самолётах, а теперь мы реально летаем на них, не на коврах, конечно. А где-то людям вовсе самолёты не нужны. Есть порталы, и можно перемещаться в любую точку мира, а может, и параллельного мира…

Ян спрыгнул вниз со второго этажа кровати и стоял, нависая, над старшим братом, глядя ему прямо в глаза.

– Вот это уж точно сказки! Такого не бывает! И нигде про это никто не слышал никогда!

– Ха! Если задуматься, то почти все детские сказки об этом. Вот хоть вспомни на минутку сказку «Матушка-метелица».

– Это где Машенька… или как там её звали… за веретеном в колодец сиганула, но не утонула при этом, а на зелёный лужок попала, и у Матушки-метелицы потом работала?

– Ну, типа того. Так вот колодец этот – портал, а веретено – ну тоже что-то вроде проводника.

– Ты что, совсем с дуба рухнул?

– А что? Не похоже на правду?

– Это же сказка! – изумлялся Ян, не понимая, говорит ли старший брат серьёзно или разыгрывает его по своему обыкновению.

– Сказка ложь, да в ней намёк. Я потом тебе расскажу, когда подрастёшь.

– Что расскажешь?

– Много будешь знать, скоро состаришься. Залезай обратно и спи давай, у меня завтра контрольная.

– Подожди, Лэсли, у меня последний вопрос, – сказал Ян, забираясь снова на верхний ярус кровати. – А может человек превратиться, скажем, в лису?

Лэсли рывком сел на кровати и уставился на брата. Глаза его сузились и превратились в маленькие щёлочки. Он пристально посмотрел на него, как бы стараясь понять, врёт тот или нет.

– С этого момента поподробнее, пожалуйста, – изменившимся и очень серьёзным тоном сказал он.

Ян забрался на второй этаж и укутался тёплым одеялом.

– Вот, допустим, идёшь ты по улице, – сказал он, сладко зевая, – И вдруг бац! Смотришь, а ты – уже не ты, а лиса какая-то, и сразу видишь всё чётко, запахи чувствуешь, о каких раньше и не догадывался, холодного песка или железа, например, звуки далёкие слышишь, когда человек ну реально на другом конце улицы стоит, а потом вдруг…

– Возвращаешься обратно в своё тело? – Лэсли встал с кровати, так что его глаза оказались прямо напротив глаз брата. Он прищурился и, не мигая, как удав, смотрел на него.

– Да, – испуганно ответил Ян, – Как будто ты прям на секунду или даже меньше остановился – пока ты лисой был, – но секунда эта длилась долго…

Лэсли отошёл на два шага в темноту комнаты:

– Обещай, что не закричишь.

– Обещаю. – Ян весь напрягся и сел на кровати. Ему стало страшно, что же сейчас произойдёт? И вдруг Лэсли не стало! В полутьме комнаты, освещаемой только толстопузой жёлтой луной из окна спальни, человек – его брат – исчез. Ян пригляделся, но, сколько ни всматривался во мрак, ничего не видел.

– Смотри ниже – услышал он у себя в голове голос брата.

Ян перевёл взгляд вниз, к полу. Там, в лунной дорожке, на узорчатом ковре сидела рыжая лиса и пристально смотрела прямо на него. Ему даже показалось, что лиса улыбается. Так значит, он не сошёл с ума! Так значит, всё это правда!

– Примерно так? – спрашивал у него в голове голос Лэсли.

Ян кивнул, не в силах вымолвить ни слова.

– Поздравляю тебя братик, ты вырос, и, значит, настала пора тебе обо всём узнать.

Глава 4. Удивительная семейка

На следующий день Ян едва мог дождаться вечера. Лэсли ничего не стал объяснять. «Завтра, всё завтра», – только и повторял он.

– Когда завтра?

– Давай вечером. Это всё надо делать в торжественной обстановке, – говорил брат.

Время тянулось бесконечно долго, как перед Рождеством или днём рождения, когда ждёшь, что вот-вот должны прийти гости, а стрелки часов словно прилипли к циферблату.

После школы, когда кончились уроки, он мчался домой как на крыльях, но и тогда оказалось, что «ещё не вечер» …

Лэсли ходил по дому с важным видом и загадочно улыбался. Это сводило Яна с ума. Когда же? Он сделал уроки, покормил рыбок, даже полил цветы и вынес мусор, всё стараясь найти себе дело, чтобы хоть как-то убить время. И вот наконец вечером, когда вся семья собралась за празднично убранным столом, это случилось. Все сидели с торжественным видом и смотрели на Яна как на именинника. Когда наконец с основными блюдами было покончено, семья перешла к десерту.

Мама разрезала сказочно красивый торт, Лэсли шумно отхлебывал чай из синей расписной чашки с блюдцем. Это был любимый мамин сервиз, праздничный, который доставали из серванта только по особым случаям… Отец Яна, темноволосый, голубоглазый мужчина в очках, откашлялся и произнёс:

– Мы, наша семья: я, Джон Енсен, твоя мама, Анна Енсен, Лэсли, – все мы принадлежим к очень древнему роду, который живёт на Земле с незапамятных времён. Сразу оговорюсь, мы не герцоги и не князья, здесь речь о другом. Мы все – из другого мира. Очень давно наши предки были посланы на Землю с определённой миссией, которую мы выполняем и по сей день.

Ян всегда знал, что его отец – большой учёный, что в особом закрытом институте он разрабатывает прибор, который даст человечеству управляемую термоядерную энергию, равную по силе энергии Солнца, но вот про старинный род, про особую миссию Ян никогда прежде не слышал. Они что же, реально с другой планеты?

– Наш род очень непростой, я бы сказал даже – особенный. Хм… и мы действительно с другой планеты, как ты только что подумал.

Он улыбнулся, увидев, как у Яна от удивления округлились глаза: оказывается, его родители всегда могли читать его мысли, вот он попал!

– Да нет, Ян, не всегда, – ответил отец с улыбкой, – просто сейчас ты стал другим. Давай так, чтобы не запутать тебя, я буду рассказывать медленно, если вдруг ты чего-то не поймёшь, просто скажи, и мы остановимся. Ладно?

– Хорошо, пап… – Ян был просто ошеломлён.

– Хорошо. Итак, Мы – сенмиры, – продолжил Джон, – люди, обладающие особыми сенсорными способностями, способные чувствовать другие миры.

– Экстрасенсы, что ли? – уточнил Ян.

Джон рассмеялся:

– Не совсем и не только. Мы можем путешествовать между мирами, общаться с их обитателями. Когда это необходимо, мы можем перевоплощаться в животных, например в лис, так это происходит у нашей семьи. Есть и другие семьи, а значит, и другие животные. Пока всё понятно?

– Да. Мы инопланетяне, которых давным-давно забросили как межпланетный десант на Землю, но для чего?

– Наша главная задача – следить, чтобы границы смежных с Землёй миров оставались закрытыми, замкнутыми, чтобы никто и ничто чужеродное не проникло в мир людей. Мы, лисы, защита человеческой цивилизации, служба охраны, если хочешь. Мы обнаруживаем нарушителей и выдворяем их обратно.

– Как пограничники? – уточнил Ян.

– Ага, только те ходят с собакой, чтобы лучше всё выслеживать, а мы сами становимся чем-то вроде этой собаки, – пояснил Лэсли. – У лисицы знаешь какое чутье! Ого-го! Мы чувствуем нарушителей за версту!

– Мы такие не одни, таких, как мы, много, и миссия у всех разная, – продолжал отец, – Мы служим развитию человечества, но при этом, мы лишь наблюдатели. Мы не имеем права вмешиваться в жизнь земных обитателей и нарушать ход человеческой истории.

– А что значит «другие миры»? Их много? – спросил Ян.

– Очень и очень много, ведь каждый человек способен создать новый мир, всего лишь совершив выбор. Вариантов великое множество, как разбегающихся тропинок в лесу. Представь, что ты идёшь по лесу, и вдруг твоя дорожка упирается в развилку, тебе нужно выбрать, по какой из них идти. И не важно, свернёшь ты налево или направо, другая тропинка от этого не перестанет существовать. Но твой мир будет на той дорожке, по которой идёшь ты. А тропинок в лесу бессчётное число. Понимаешь?

– Значит, выбор, – чтобы лучше запомнить, повторил Ян.

– Не только. «Выбор» – лишь одно из измерений, есть ещё «Время», переменные – «Жизнь-смерть» и другие, но ты пока не забивай себе голову этим.

– Жизнь и смерть?

– Видишь ли, если человек умер в одном мире – он умрёт и в других… – вставил свои пять копеек Лэсли.

– Ну, хватит с тебя сложностей на сегодня, – сказала мама. – Давайте пить чай, тем более что кое-кто уже ест третий кусок торта, хотя мы конечно же не считаем.

– Очень вкусный торт, мам, честное слово. – Лэсли с улыбкой облизал ложку.

– С тобой начало всё это происходить, потому что ты вырос, сынок, и в тебе проснулись силы нашего рода – сказала Анна. – Ты привыкнешь, научишься этим пользоваться, всё будет хорошо, поверь мне. Сейчас всё происходит для тебя неожиданно, но потом ты сможешь контролировать себя, делать это осознанно, усилием воли. А вообще, рановато как-то у тебя всё это началось…

– У меня трансформации начались, когда мне пятнадцать исполнилось, но раньше тринадцати лет чтобы такое было… я не знаю таких, вот честно. – Лэсли шумно отхлебнул из чашки и потянулся ещё за одним куском торта.

– Ничего, он смышлёный, – сказал отец, – ну а теперь самое главное – подарок!

Он встал и достал из серванта небольшую коробочку, перехваченную алой лентой. Вся семья замерла, глядя, как Ян развязывает ленту, открывает коробочку. В ней на мягкой атласной подложке поблескивали прозрачными стёклами очки и небольшое кольцо в виде змеи, кусающей свой хвост, – символ бесконечности. Он недоумённо посмотрел на маму и папу. Очки? Что за ерунда… У него же хорошее зрение!