Ирина Токмакова – Счастливо, Ивушкин! Избранное: Стихи, повести, сказки, пьесы (страница 58)
— Нет, нет, не надо, пожалуйста! — испугался Минус.
— Ты вообще последнее время ведёшь себя недостойно, — сказала Пятёрка. — Ты наладился отнимать что захочешь, у кого захочешь. Это же безобразие!
— Тебе что положено отнимать? — грозно спросил Нуль.
— Вычитаемое, — сказал Минус.
— А ты? Как ты себя повёл?
— Но ведь вычитаемое в той задаче — барабанщик. А я так хотел, чтобы настоящий пехотинец научил меня шагать строевым шагом. Я думал…
— Что ты думал? — ещё суровее спросил Нуль.
— Я думал, меня когда-нибудь, может быть, тоже пригласят на парад…
— Его положительно надо превратить в Тире, — фыркнул Нуль.
— Нет, нет, пожалуйста, не надо! — запричитал Минус.
— Ты обещаешь исправиться? — спросил его Плюс строго. — Иначе ты всему первому классу «Б» испортишь учёбу.
— Я прошу у вас всех прощения, — сказал Минус. — Я понял. Я был не прав. В математике нельзя так самовольничать. Извините меня.
— Где солдатик? — спросил Нуль, всё ещё сердясь.
— Я его спрятал в крыжовнике. Я думал, вы там искать ни за что не будете. Он колючий. Не солдат, конечно, а крыжовник.
Минус вывел пехотинца, тот отдал всем честь и тут же стал проситься, чтоб его отпустили.
— Мне надо срочно вернуться! — сказал он.
Ему никто не успел ответить, потому что калитка распахнулась и в неё влетела Единица.
— Наконец-то я вас догнала, — говорила она, задыхаясь от быстрого бега. — Мне было так неловко. Я заподозрила, что солдатика забрал Нуль. А потом подумала и поняла: нет, Нуль так никогда не поступит. Мало ли что он умеет аннулировать в тех случаях, когда это необходимо. И что мне вступило в голову? Прости меня, Нуль!
— Да ладно уж, — сказал Нуль примирительно. — А тебе не стыдно, Минус?
— Я так больше никогда не поступлю, — угрюмо сказал Минус.
— Успокойся, Единица, — сказал Нуль. — Пожмём друг другу руки и помиримся, Единица. Нам ведь много придётся с тобой работать в паре.
Аля не поняла, что Нуль имел в виду. Единица и Нуль подошли друг к другу, и рукопожатие состоялось. Тут Алю осенило: вместе они были цифрой Десять, а Десять — это ведь очень важная цифра!
— Пожалуйста, поскорее покажите мне, как мне вернуться на семьдесят седьмую страницу! — попросил пехотинец.
— За чем же дело стало?! Я тебя сейчас отвезу на машине!
— А как же чай с пирогом, или пирог с чаем, что практически одно и то же? — сказал Плюс.
— Как-нибудь в другой раз, Плюс, — сказал Нуль. — Вас я тоже захвачу, — обратился он к Але и Антону.
Все друг с другом сердечно простились. Минус снова попросил прощения и обещал вести себя примерно.
— Я приду к вам в тетрадки и в дневники! — обещала Пятёрка. — Остерегайтесь двоек по двадцать девятым числам, потому что двадцать девятого я бываю занята!
Плюс и Девятка махали им на прощание.
Машина мгновенно доставила всех на семьдесят седьмую страницу. Там шла перекличка. Пехотинец как раз, секунда в секунду, успел встать в строй на своё место.
…Когда мама вернулась домой, она застала Алю с учебником математики в руках.
— Умница, доченька, — сказала мама. — Будешь у меня отличницей!
Тут зазвонил телефон.
— Антоша? — сказала мама. — Вы уже вернулись с дачи? Скажи своей маме, что я к ней вечерком зайду. Тебе Алю позвать? Александра, тебя Антон — к телефону.
Мама теперь часто называла Алю полным именем. Чтоб она привыкла к тому, что так её будут называть в школе.
— Да? — сказала Аля.
Её вдруг охватили сомнения: не приснились ли ей все их приключения в учебнике математики. Она ждала, что скажет Антон.
— Аль, будем рассказывать или нет? — спросил Антон. — Я боюсь, засмеют и не поверят.
— А пусть, — сказала Аля.
— Я думаю, кто умный, тот поверит, правда, Аль? — сказал Антон.
Аля с ним согласилась.
ВЕСЕЛО И ГРУСТНО
стихи
ПОИГРАЕМ
Поиграем
Дождик