Ирина Токмакова – Счастливо, Ивушкин! Избранное: Стихи, повести, сказки, пьесы (страница 35)
— Например, куда надо ехать. Или идти, — сказала Варя. — Но почему они тогда показывают в разные стороны?
— Да, почему в разные стороны? — как эхо откликнулась Маруся. — И что обозначают лист и корона?
— Короны носили короли и королевы, когда они были, — заметила Варя. — Золотые. С драгоценными камнями.
— А при чём тогда лист? — озадачила её вопросом Маруся.
К чему кленовый лист, было совсем непонятно. Никакого толку от этого странного птичьего письма не получалось.
Но тут опять над ними пропорхнула маленькая птица, то ли та самая, то ли другая, и пискнула:
— Читайте стихи.
— Какие стихи?
Варя быстро стала вспоминать, какие она знает стихи, и принялась читать первый всплывший в памяти стишок, который она когда-то выучила наизусть. Надо сказать, стишок вовсе не подходил к случаю:
Но от такого стихотворения суть написанного на листе нисколечко не прояснилась.
— Да нет, — сказала Маруся. — При чём тут собачка? Смысл в чём-то другом.
— Вот только бы знать — в чём, — сказала Варя.
— Ах, если б Асей был с нами или, на худой конец, Аллан-Мелик, — заметила Маруся.
Она глубоко задумалась.
— Кажется, ясно, — проговорила она наконец. — Конечно! Как же я сразу не сообразила. Тут написано стихами. Вот посмотри.
Маруся стала показывать значки на листе и читать. Действительно, получалось как бы стихотворение:
Вроде бы то, что сказала Маруся, действительно совпадало со знаками на листе.
— Ну, тогда скорей пошли, это очень интересно! — заторопила Варю папина половинка. Мамина рассудительная половинка на этот раз даже и не попыталась вступить в спор.
— Странно, — сказала Маруся. — Насколько я помню, к Кленовой Королеве надо бы идти отсюда, наоборот, сначала налево, потом направо. Видимо, она перенесла свой дворец в другое место. Чтобы не знал Злин. А! — вдруг воскликнула Маруся. — Я понимаю! Пока меня здесь не было, они договорились в Тут писать нарисованными стихами. Злин ведь не понимает ни рисунков, ни стихов. Пойдём, Варя!
И они пошли, как было указано в письме, — направо. И вскоре деревья с высоченными стволами, прямыми и толстыми, стали выходить им навстречу: одно, ещё одно, потом сразу несколько. Варя и Маруся вошли в лес.
Они увидели тропинку, ведущую вправо, и пошли по ней. В лесу было тенисто, сумрачно, тихо. Только листья, похожие на листья клёнов, сухо и печально шелестели, да ещё под ногами потрескивал сухой мох. Через некоторое время тропинка раздвоилась. Они повернули налево, как им показывала стрелка на листе, и шли довольно долго. Тропинка вела их, вела, как бы заманивала. Стволы деревьев росли чаще и были выше, чем на опушке. Кроны почти что образовывали крышу.
Потом Варя и Маруся попали в заросли папоротника и уткнулись в густую, непроходимую изгородь из какого-то кустарника с жёлтыми шипами. Тропинка возле кустов кончалась, и непонятно было, куда дальше идти. Но в изгороди оказалась калитка. На калитке висел золотой молоток.
— Стучи, — сказала Маруся.
Варя взялась за молоток и постучала. Калитка отворилась. Перед ними возник привратник. Казалось, он был вырезан из дерева. На нём были зелёные до колен штанишки, зелёные чулки и зелёный же камзольчик. Он довольно изящно поклонился и сказал тихим, шелестящим голосом:
— Их величество Кленовая Королева ждёт вас. Входите.
За высоким забором из колючего, шипастого кустарника на лужайке стоял королевский дворец. Странного, надо сказать, вида. Он был построен так, как будто он — дерево. Широкая лестница вела к парадному входу в «стволе» этого «дерева». По «стволу» располагались большие светлые окна в два этажа. А дальше бесчисленные галереи и переходы как бы образовывали ветки, на которых располагались разные дворцовые помещения в виде огромных листьев. В каждом листе тоже было по большому окну.
Зелёный слуга поднялся по ступеням и распахнул двери. Маруся и Варя прошли в широкие сени, затем он отворил ещё одни двери, и Маруся с Варей оказались в тронном зале. У дальней стены стоял королевский трон. Трон сверкал, отливал золотыми бликами, и сделан он был в виде огромного пня! Пол в зале был устлан мягким мхом, стены завешаны коврами, сплетёнными из диковинных растений. Откуда-то сверху лился приятный зеленоватый свет. На троне восседала Кленовая Королева.
— Мы их ждали, не правда ли, душенька? — обратилась Кленовая Королева к самой себе.
— Нам передали письмо Вашего величества, и вот мы здесь, — сказала Маруся с поклоном.
— Хорошо, что вы пришли, мои маленькие, хорошо, — отозвалась Кленовая Королева. — У нас такое несчастье.
Она всхлипнула, достала из кармана своей длинной зелёной мантии кружевной платочек и вытерла набежавшие слёзы.
— Так жалко Реку. Она так много для нас сделала. Поверите ли, однажды Злин пошёл войной на наше королевство. Вообразите, он решил его сжечь! И что же сделала Река? Рискуя обмелеть, послала нам на подмогу несметные свои волны, и нам удалось победить. А теперь что? Как печально, душенька, правда, как печально? — опять сказала самой себе Кленовая Королева. — Молодец, что ты привела девочку, — обратилась она на этот раз к Марусе. — Но ведь это ещё не всё. Нам неизвестно, куда он спрятал нужные слова… Нам хотелось увидеть тебя, маленькая, — сказала она Варе. — Но что нам делать, мы не знаем, ах, не знаем!
Варя обратила внимание на то, что Королева говорила о себе во множественном числе.
— Ваше величество, — сказала Маруся. — Известно, что он спрятал волшебные слова в очень тёмном месте.
— Да? Где ж оно может быть? — спросила Кленовая Королева. — В лесу? — задумчиво промолвила она. — А вдруг в лесу? Деревья отбрасывают густые, тёмные тени, темнота живёт в глубоких оврагах, темно бывает в лесных лощинах… Что ж, попробуй, душенька, попробуешь, а?
Кленовая Королева позвонила в колокольчик, вошёл зелёный слуга.
— Мы приказываем всем, у кого ещё остались силы преодолевать жажду, зверям, птицам, насекомым, кто ещё может ходить, летать и ползать, осмотреть все места в нашем королевстве, где живёт темнота. Надо найти волшебные слова, которые спрятал Барнабас Злин.
Слуга молча поклонился и вышел.
— Может, есть ещё надежда, маленькие мои, а? — сказала Королева. — Сейчас, сейчас они явятся. А вдруг? Вдруг?
Слуга действительно очень скоро вернулся.
— Говори нам — что? — воскликнула Королева. — Мы в таком волнении. Ну же, нашли?
Слуга молча покачал головой.
— Ах, какое отчаяние!
Кленовая Королева опять достала свой платочек.
— Не нашли! Что ж, мои маленькие, остаётся вам искать. Ищите, где темно. Но где? Где? Вам придётся самим, самим. Я даже не могу послать с вами никого из моих слуг. В стране Тут каждый должен оставаться на своём месте, в своих пределах. Ах, ах, что же придумать, душенька, а? Что ж придумать? Где же ещё темно? Где темно? Ах вот что. Я советую вам пойти к Яшмовой горе. Да, да. Повидайтесь с Яшмовым Рыцарем. Уж в горе́-то полно тёмных закоулков, и пещер, и гротов, и переходов, и туннелей. Может, Злин спрятал волшебные слова именно там? Ах, как знать, как знать… Я дам вам письмо к Яшмовому Рыцарю. Он может не принять вас без письма. Ах, сейчас такие времена настали…
Кленовая Королева взяла листок и что-то на нём написала каким-то особенным карандашом, или это была палочка?
На листе расположились такие же, как в первом письме, знаки. Там было нарисовано сердечко, дальше под ним изображались корона, такая же, как в первом письме; треугольник, по-видимому обозначавший гору, и цветочек с пятью лепестками. Дальше была просто черта, и от неё — стрелка вниз. А под этой как бы строкой — солнышко с расходящимися лучами.
Варя и Маруся уставились на листок, опять ничего не понимая.
— Мы вот что пишем Яшмовому Рыцарю, — сказала Кленовая Королева.