Правда. Так. Так.
Не найду себе по нраву.
Правда. Так. Так.
Перерыл я всю державу.
Правда. Так. Так.
Где моё зеркало?
Назир (задыхаясь, тащит зеркале, накрытое покрывалом. Прислоняет к стене отдувается). Фух, тяжело, рама тяжёлая!
Царь. Откинь покрывало, я посмотрю!
Назир. Не стоит трудиться, царь! Зеркало может отразить только твой солнечный лик и моё недостойное лицо. Но девушки оно нам не покажет.
Царь. Не может быть. Я ведь хочу жениться!
Назир. Женись, великий царь.
Царь. Но мне не нравятся невесты моего царства. (Поёт.)
Одна из них косая,
Другая — босая,
У третьей слишком чёрный глаз,
Четвёртая — чесалась,
А пятая — кусалась.
Что? Нет, чихнула восемь раз.
Назир. Осмелюсь возразить. Были ведь и прекрасные девушки. (Поёт.)
Была одна как роза в саду,
А другая как чинара пряма.
И была одна как персик в цвету,
А другая точно песня сама.
А одна была как пенный Раздан.
А другая так тиха, как Севан.
И была одна как в небе звезда,
А другая — точно горный туман.
Царь. Перестань! Лучше откинь покрывало!
Назир. Ну, раз ты так хочешь, повелитель.
Назир сбрасывает покрывало с царского зеркала. В зеркале лицо прекрасной девушки.
Царь и Назир (вместе, перебивая друг друга). Ах! Кто это? Какая красавица!
Царь. Седлай коня, бери кинжал, иди ищи эту девушку.
Назир. Но, великий царь… Я не могу…
Царь. Что? Возражать?! Своему царю?
Назир. Но этой девушки нет в нашем царстве.
Царь. Все горы обыщи, все долины обшарь, семь раз поднимись на Масис, семь раз спустись вниз. Отправляйся!
Назир. Не могу!
Царь. Без разговоров! А я пойду принаряжусь. Эй, слуги! (Уходит, напевая.)
Мне невеста ночью снится.
Правда. Так. Так.
Ужас, как хочу жениться.
Правда. Так. Так.
Назир (один). Жениться, жениться. (Показывает царю вслед «нос».) Старый козёл. Тьфу! (Глядит на изображение девушки в зеркале.) Ах, хороша! Вай, хороша! Джан, хороша! Но где я её найду?
Из-за сцены доносится песня:
На горной вершине белый снег.
Узка меж уступов тропа моя.
Меня не засыплет белый снег,
Легка на тропе стопа моя.
Скачет по скалам гордый джейран,
О, как ты крепка, скала моя.
Как ни стремителен гордый джейран,
Его настигнет стрела моя.
Входит охотник Манук. Он высок, черноглаз, черноус, очень обаятелен. На нём баранья шапка, бурка, узкие чёрные сапоги. Он несёт на плечах убитого им джейрана.
Манук. Многие лета здравствовать, назир.
Назир. Что тебе, Манук?
Манук. Принёс царю джейрана. Убил в горах.
Назир. Оставь и убирайся.
Манук. Слушаюсь, назир.
Манук, кланяясь, уходит.
Назир (хлопает себя по лбу). Ах я дурак, сушёная бастурма! Эй, как тебя, постой, вернись!
Манук (возвращается). Я здесь, назир.
Назир. Посмотри сюда. (Указывает на зеркало.)
Манук. О, какая красавица!
Назир. Царь хочет жениться на этой девушке.
Манук (почти не слушает). Глаза её — стрелы. Сердце моё загорается огнём!
