Ирина Тигиева – (не) читайте, это – для ёжиков! (страница 46)
Благородный голубоглазик стоял чуть поодаль рядом с другим преторианцем и, поймав мой взгляд, вежливо поклонился.
- Спасибо, что уделила мне время, домина,- робко улыбнулся он, когда мы прошли вперёд, оставив моих "телохранителей" позади.- Я хотел пожелать тебе удачи в завтрашних испытаниях.
- Да, уже завтра...- вздохнула я.
- Ты волнуешься?- обеспокоился Тоба.- Не стоит. Мало кто сомневается, что именно ты выйдешь победительницей. А если, по какой-то причине, этого не произойдёт...- он замялся, слегка покраснел и едва слышно добавил:
- Уверен, при дворе для тебя всё равно найдётся достойная партия.
Я удивлённо вскинула на него глаза, но вспомнила рассуждения Туэ, перебиравшего возможных претендентов на мою руку, и улыбнулась:
- Спасибо, Тоба. Мне сразу стало легче.
Тот зарделся ещё сильнее, снова пожелал мне удачи и протянул длинную цепочку, продетую в три тонких золотых диска.
- Что это?
- Символ Фортуны – колесо,- пояснил он.- Одно – от моей матери, другое – от Оити, третье – от меня. Для моей семьи будет честью, если оденешь этот талисман на испытания.
Интересно, мне, как избраннице принцепса, прилично принимать подобные подарки?.. И спросить не у кого – впервые за последнюю неделю я бродила по саду, сопровождаемая только преторианцами... Тоба заметил моё томление, тут же низко поклонился и только что не опустился на одно колено.
- Прошу, не отказывай мне в этой чести! Ты спасла мою семью, помогла мне вновь обрести сестру... Я искренне желаю тебе победы!
- Спасибо...- пробормотала я, поспешно сжав цепочку в ладони.- Обязательно её надену. Для меня это... тоже честь.
Ещё немного – и научусь изъясняться так же высокопарно, как местная аристократия... Тоба просиял счастливой улыбкой, в очередной раз поклонился и удалился.
- Нам нужно возвращаться, домина,- вежливо проговорил один из подоспевших преторианцев.- Тебя желает видеть принцепс.
Я кивнула, с трудом подавив вздох. Наверняка августейший ёжик хочет пожелать мне удачи, не подозревая, что я с ним прощаюсь. Всё-таки его жаль. Не его ведь вина, что он родился принцепсом в империи, где отбирают невест таким замысловатым способом. Со мной он всегда был очень мил. А я с ним... неискренна.
Принцепс ждал в одной из дворцовых комнат.
- Прости, что прервал твою прогулку, милая Дейни,- он легко поцеловал меня в щёку.- Очень хотел увидеть тебя перед началом испытаний и пожелать удачи.
В его ладони сверкнул необычный перстень. Тёмный металл переходил в крупный голубоватый камень, внутри которого, точно насекомое в янтаре, застыл дворец августов, окружённый лесом. И лес, и дворец мерцали зеленоватым фосфорическим светом. От перстня было трудно отвести глаз.
- Какая красота...- прошептала я.
- Я велел изготовить его для тебя,- довольно улыбнулся Гилберт.- Собирался подарить в день, когда ты официально станешь моей избранницей. Но теперь хочу, чтобы кольцо было у тебя уже до начала испытаний,- и надел перстень мне на палец прежде, чем я успела возразить.- Ты – моя избранница.
Смешанное чувство вины и жалости всколыхнулось во мне с новой силой. Вымученно улыбнувшись, я ласково погладила по пухленькой зардевшейся щеке... и прильнула к его губам. Гилберт судорожно вздохнул, торопливо меня обнял, я прижалась к его груди, пробежала пальцами по кудрявым волосам и отстранилась.
- Спасибо, Гилберт. За всё...
- И тебе... Дейни...- сбивчиво пробормотал он.
В светлых глазах, будто подёрнувшихся лёгкой дымкой, мелькнула грусть.
- Мне жаль с тобой расставаться... Возвращайся поскорее.
- Хорошо...- с трудом выдавила я, поцеловала его в щёку и бросилась к двери.
Теперь осталось попрощаться только с Конаном, Векесой, ово и ши. Многих же я оставляю здесь... Их гораздо больше, чем тех, кто "остался" в Германии... Но, добравшись к себе, подумала: зачем этот трагизм? Мысленно говорить "прощай", глотая слёзы... Гораздо лучше – устроить вечеринку, какой ещё не видели мои покои!
Когда я ворвалась внутрь, ово возились с экраном, пытаясь растянуть его на всю комнату – идея пришла им во время последнего представления.
- Парни!- с порога выпалила я.- К вечеру нужно раздобыть побольше эля!
Пожалуй, подобной вечеринки не видели не только мои покои. Нахлебавшиеся эля ши – действительно сродни стихийному бедствию. И, надо сказать, Тайт и даже тихоня Туэ ушли от них недалеко – вид ово, танцующих бурлеск, не сотрётся из моей памяти ещё долго. Я закончила пересказ "Игры престолов" прошлым вечером, но Векеса и Субира всё же заглянули поздороваться – "совсем ненадолго". И, конечно, остались. Я почти ничего не пила – внутреннее напряжение сжимало, точно спазм, даже на еду не могла смотреть, но веселилась чуть не до истерики.
Наконец, избранницы принцепса, поддерживая друг друга, покинули мои покои, попав в дверной проём с третьего раза. Икающие эльфики попадали на кровать вперемешку с охрипшими стрекозами. Туда же я отнесла обоих ово, устроившихся было на полу под разорванным экраном... Моя комната выглядела как после побоища. В какой-то мере символично – конец "созданному" мной реквизиту. Если захотят продолжить традицию театра теней и тараканьих бегов, придётся создавать всё заново... Звук распахнувшейся двери, я поспешно обернулась и выдохнула:
- Ээрикки...
Замерший на пороге сарторий обвёл растерянным взглядом то, что осталось от моей комнаты.
- Мы устроили вечеринку...- виновато улыбнулась я.- Ши немного перебрали эля...
Но Ээрикки будто тотчас забыл о разгроме. Бросился ко мне, перескакивая через обломки мебели, и, прижав к груди, словно меня сию секунду могло утянуть в чёрную дыру, впился поцелуем в мои губы...
- Тоже скучала...- прошептала я, переводя дух.
- Правда?- улыбка оветила его лицо на доли секунды.
Но уже в следующую он снова приник к моим губам и лихорадочно зашептал сквозь поцелуи:
- Я ненадолго... Не хочу прощаться... ещё к этому не готов... Испытания продлятся два дня, тебя хватятся не сразу... Каждая избранница попадёт в отведённую ей часть леса через портал... Но в каждой части есть ручей... и мёртвое дерево... Иди вдоль ручья в направлении, откуда слышатся птичьи голоса... Я буду ждать у мёртвого ствола...
- Пойдём со мной...- вырвалось у меня.
Ээрикки, самозабвенно сжимавший меня в объятьях, даже оторвался от моих губ. В затуманенных глазах мелькнуло удивление.
- В твой мир? Ты... серьёзно?
- Да,- чуть дрогнувшим голосом подтвердила я.- Ты ведь говоришь на всех человеческих языках. Если уж я привыкла к этому миру, наверняка и ты сможешь привыкнуть к моему. А я тебе в этом помогу...
- Дейни...- растроганно прошептал он.
Губы снова прильнули к моим, с ещё большим исступлением. Но теперь в поцелуе отчётливо ощущалось отчаяние.
- Я не могу... Портал можно запечатать только в моём мире. В вашем магия бессильна...
- Но что с тобой будет, когда всё откроется?..
- Не знаю,- слабо улыбнулся он.- Да и какое это имеет значение? Я обещал тебя вернуть, ведь так?
- Да, но...
Губы Ээрикки не дали договорить. Он прижал меня к себе, будто хотел оставить на память отпечаток моего тела на своём, и вдруг отпустил.
- Увидимся завтра, Дейни,- и, не обрачиваясь, унёсся из комнаты.
А я осталась одна посреди обломков, в тишине, нарушаемой лишь храпом ово и ши…
Глава 23
Лес Грёз. Воздух, пахнущий травами, и изумрудный свет, пробивающийся сквозь густые кроны деревьев, окруживших небольшую круглую поляну. По периметру поляны – двенадцать пней. На них, словно изваяния, застыли невесты принцепса эринацеусов. Лица сосредоточены, глаза устремлены на существо в центре круга. Существо – забавная смесь дриады и термита, рассказывает о том, как будут проходить испытания. Каждая избранница должна добыть... что-то и доставить это... куда-то. Это – единственное, что задержалось в моём сознании. На пне справа – Векеса, пень слева заняла Субира. Мои подруги, с которыми я так и не попрощалась... Векеса, конечно, догадывается – слишком уж крепко обняла меня, прежде чем забралась на пень. Как и Конан, готовивший меня к этому последнему испытанию. Я опустила глаза на своё одеяние – непривычно простое, но повторяющее каждый изгиб тела, и белое, как свадебный наряд... Скромность платья с лихвой компенсируют отличительные знаки избранницы принцепса – широкие золотые браслеты, ожерелье и серьги. Где-то среди всего этого великолепия – и "колёса Фортуны", подаренные Тобой. А на пальце мерцает перстень Гилберта. Конан вздохнул, когда увидел кольцо.
- Это... на удачу,- пояснила я.
Ликтор только улыбнулся. За всё время, пока меня одевали, он не произнёс ни слова и лишь перед самым уходом проговорил:
- Я бы пожелал удачи в испытаниях, но знаю, тебе нужно совсем другое. Прощай, Леголас Дейенерис Эвердин. Для меня было честью находиться рядом с тобой всё это время.
Он было поклонился, но я, всхлипнув, бросилась ему на шею.
- Спасибо, Конан. Будь счастлив с Векесой.
Он смущённо кашлянул, кивнул и торопливо вышел из комнаты. Но я успела заметить слёзы, блеснувшие в птичьих глазах...
- Bonam fortunam![1]- пронзительный голос дриадоподобного существа вернул моё сознание в Лес Грёз.
В листве окружавших нас деревьев вспыхнули алые огоньки, поверхность пней замерцала золотистым светом. Я посмотрела на подмигнувшую мне Субиру, затем – на Векесу. Губы девы-кошки шевельнулись, и я разобрала "Прощай, хомос"... а потом поймала на себе взгляд Дакари, и по спине пробежал холодок. На лице девы-саламандры застыла злораднейшая из ухмылок. Я метнулась взглядом к "земляному червю" – то же выражение, словно обе стервы были зеркальным отражением друг друга. Неужели они узнали об Ээрикки и нашем плане?..