Ирина Тигиева – (не) читайте, это – для ёжиков! (страница 24)

Проснувшиеся ово секунды три с ужасом взирали на "гостей", потом поспешно соскочили с кровати, перебудив ши, и, так ни слова и не произнеся, унеслись прочь.

- Хороши "защитники",- хмыкнула я.- Для чего, говоришь, ты оставил здесь всю эту свиту, Конан?

Тот растерянно опустил поднос. А я, откинув одеяло, поднялась с кровати.

- Спятила?- вспыхнув до корней волос, Ээрикки рывком отвернулся.- Или в вашем мире принято показываться в таком виде перед мужчинами?

"Мужчинами! Имеешь в виду ёжика и марабу?"- мысленно передразнила я, а вслух сказала:

- Можно подумать, ты не видел меня вообще без одежды! Или тот раз не считается, потому что ты был в своём истинном обличье и не мог покраснеть?

- Я не покраснел!- отрывисто бросил Ээрикки.- И, вообще это... стыд за тебя!

Конан, уже успевший "сплавать" вглубь комнаты, вернулся с широким халатом, который накинул мне на плечи.

- Можешь поворачиваться, скромник!- я запахнула халат.

Ээрикки, ещё пунцовый, перевёл дух.

- Так и не объяснила, что всё это делало в твоей постели. Подобное... противоречит всем правилам и здравому смыслу!

- Думаешь, я их приглашала? Просила ведь не пускать ко мне этих летающих клопов!

- Твой завтрак, домина!- в комнату вошли ово и, не поднимая глаз, поставили на столик какие-то горшочки и тарелочки.

- Домина будет завтракать с принцепсом,- отрезал Ээрикки.

- Что? Почему?- оторопела я.

- Как и предполагалось, произошедшее на балу не может быть оставлено без внимания,- вмешался Конан.- Принцепс желает услышать, что произошло, из первых уст.

- То есть, Тофа и Дакари тоже будут на завтраке?

- Нет. Принцепс побеседует со всеми по отдельности.

- Вероятно, за обедом и ужином,- хмыкнула я.- Бедняга!

- Можешь сосредоточиться?- шикнул на меня Ээрикки.- Всё это серьёзно! И моли своих богов, чтобы Мудрые посчитали состояние здоровья домины Чидике неудовлетворительным для выполнения возложенных на неё обязанностей!

- Её увольняют?- оживилась я.

- Скорее найдут замену – на время,- проговорил Конан.- Она пострадала во время пожара.

- Так и надо!- послышался ехидный писк.

Бодрый, словно весенний ветер, Баако как ни в чём не бывало приземлился на моё плечо. Я хотела его согнать, но Конан легко махнул рукавом.

- Оставь, так он выражает свою симпатию.

Я закатила глаза, а Ээрикки нетерпеливо топнул.

- Пора привести её в порядок, об остальном поговорим в процессе!

 Глава 12

После прошлой ночи бальный зал стал непригодным для обитания. Несколько гостей попали в местный "лазарет" с ожогами. Среди обожжённых оказалась и домина Чидике, которая пострадала бы гораздо серьёзнее не рядись она в километры бархата, защитившие её тело от огня. И всё же ходил упорный слух, что её отстранят – не столько из-за ожогов, сколько из-за неспособности обуздать претенденток, сходившихся в рукопашной при каждом удобном случае. Всё это поведал Конан, пока ши и ово "приводили меня в порядок" для предстоящей встречи с принцепсом.

- Идут на всё, чтобы выгородить тебя!- вмешался Ээрикки.- Если бы не благоволение принцепса, тебя бы давно отсеяли...

И вдруг резко замолчал, задумавшись.

- А кого прочат в её преемники?- поинтересовалась я.

Губы Конана расплылись в улыбке.

- Серьёзно?- обрадовалась я.

- Тоже считаю это удачным поворотом событий,- согласился ликтор.- Если решение утвердят, у меня будет больше возможностей оградить тебя.

- Спасибо...- просияла я.

Ээрикки раздражённо фыркнул, но тут дверь в мои покои отворилась, пропустив внутрь ушастого ёжика в бордовом жилетике.

- Salvete, высокочтимый сарторий, почтеннейший ликтор, несравненная домина Леголас Дейенерис Эвердин!- вежливо произнёс он.- Мне велено проводить лучезарную домину к принцепсу.

Я поднялась с кресла и, направляясь вслед за ёжиком, подмигнула Ээрикки:

- Слышал? Я – лучезарная! Будешь грубить – лишу тебя своих лучей!

Он только закатил глаза.

Комната, в которую меня привели, оказалась небольшой. На полу – пёстрый ковёр, на стенах – гобелены, посередине – низкий столик на изогнутых ножках и две большие круглые подушки. Романтический пикник на двоих да и только! Ушастик учтиво поклонился и откланялся, а я, сделав круг по комнате, уже собралась приземлиться на одну из подушек, как вдруг где-то рядом за стеной послышался топот. Потом – звук открываемой двери – и вот ко мне, улыбаясь, выступает принцепс. Я мгновенно выпрямила согнутые колени, но, спохватившись, снова присела в реверансе.

- Ваше Высочество.

Он улыбнулся, круглая мордочка порозовела.

- Salve, Леголас Дейенерис Эвердин! А что такое "ваше высочество"? Так в вашем мире обращаются к членам правящей династии?

- Вроде того,- кивнула я.

- Не люблю формальности. Для тебя я – Гилберт. А ты... согласна, если буду обращаться к тебе Леголас?

- Лучше Дейенерис,- поспешно уточнила я.

- Тебе не нравится имя Леголас? А, понимаю – его тебе дали родители.

- Вовсе нет! Но Дейенерис всё же лучше. Или Дейни,- и сама чуть не рассмеялась, насколько нелепо это прозвучало.

Но принцепс приосанился и вежливо склонил голову.

- Тогда окажи честь разделить со мной трапезу, милая Дейни.

Едва сдерживая смех, я опустилась на подушку. Принцепс занял место напротив. Тотчас, словно по команде, в комнату вошла целая процессия лягушат с красными ленточками на шейках – такие же прислуживали за общим завтраком. Уставив столик бокальчиками, чашечками, мисочками и тарелочками с содержимым всех цветов радуги, они удалились, и принцепс милостиво улыбнулся.

- Ты ведь голодна? Прошу!

Я заметалась глазами по столику. Большинство "закусок" подозрительно смахивали на любимое лакомство Туэ.

- Позволь порекомендовать тебе моё любимое кушанье,- принцепс подвинул мисочку с безобидным на вид содержимым.

- И что это?- настороженно поинтересовалась я.

- Доверься мне, милая Дейни. Ваша раса употребляет в пищу другие продукты. Поэтому название тебе ничего не скажет.

- Хорошо,- неуверенно улыбнулась я.

"Любимое кушанье" принцепса по вкусу походило на шотландский хаггис, который я однажды пробовала, и в общем мне понравилось. Из чего оно, знать на самом деле не хотелось.

- А теперь попробуй это,- принцепс с готовностью подсунул мне следующую чашечку, а потом ещё одну и ещё.

Причём цвет каждого последующего блюда был диковеннее предыдущего, а от быстро меняющихся вкусов – с солёного на острый и с мятного на сладкий, язык постепенно утрачивал чувствительность.

- Мне сказали, о чём ты хотел говорить,- поспешила напомнить я, когда передо мной возникло блюдо, сильно напоминавшее растревоженный муравейник.

- Об инциденте на балу?- принцепс махнул пухлой лапкой.- Мне известно, как всё произошло. Ты поступила достойно. Но я был вынужден как-то отреагировать и пообещал, что выслушаю все стороны. На самом деле беседы наедине – лишь повод провести время с тобой.

Потянувшись за водой, я промахнулась мимо бокальчика.