Ирина Тигиева – Миллиардер и я. Развод и девичья фамилия (страница 28)

— Господи, какой огромный… — ужаснулась я.

— Может, это мамаша того головастика, которого ты скинула в речку? — предположил супруг.

— Вот и делай после этого добро ближним! Не скинь я его в речку, он бы тебе ещё не один палец погрыз!

— Христос! Он… она и правда ползёт за нами! — охнул Константинидис.

Крокодил действительно резко дёрнул хвостом, распахнул пасть и завилял бёдрами в нашем направлении.

— Бежим! — вцепился в моё запястье супруг.

— Ничего не напоминает? — сгибаясь от смеха, выдохнула я.

Но Константинидис уже подхватил меня в охапку и помчался прочь от пляжа. Когда мы вернулись в нашу виллу, я настояла на том, чтобы позвонить на стойку регистрации и сообщить о «нарушителе». Против ожиданий, поднявший трубку администратор не стал интересоваться, зачем нас понесло на пляж ночью, а воспринял всё очень серьёзно — оказалось, крокодилы заплывали на пляж уже не в первый раз. Пообещал, что администрация немедленно позаботится о непрошенном госте, а нам, в качестве компенсации за причинённые неудобства, пришлют подарок от отеля. Подарком оказалась бутылка шампанского и корзина фруктов, доставленные в «люкс» почти сразу после окончания разговора. Но Константинидис, закрыв за «посыльным» дверь, с томлением посмотрел на меня:

— Может… отпразднуем спасение от крокодила потом?

И, не успела я кивнуть, как оказалась в его объятиях… в которых и проснулась этим «утром» ближе к полудню…

— Интересно, крокодила всё-таки поймали? — пробормотала я между поцелуями супруга.

— Тебе какая разница? — проронил он.

— Ну, если соберёмся на пляж…

Константинидис чуть отстранился и лукаво прищурил глаза.

— А что, если мы не пойдём сегодня на пляж? И… вообще никуда не пойдём?

— Как «настоящие новобрачные»? — улыбнулась я. — Но хотя бы перерывы на еду будут?

— Конечно! — заверил он. — Силы-то понадобятся!

— Как насчёт подкрепить их сейчас?

— Сам хотел это предложить, — чмокнув меня в очередной раз, сизигос резво поднялся с кровати и кивнул в сторону ванной. — Но сначала в душ?

— Хочешь показать, чем чуть не занялся там с Эвелиной? — хмыкнула я.

Константинидис расхохотался.

— Не думал, что когда-нибудь это скажу, но, кажется, я ей благодарен! Если бы не её идиотская выходка, сколько бы ещё я накалывался на шипы, пытаясь сблизиться с тобой, маленькая колючка!

— У тебя очень интересный способ искать «подходы», — покачала я головой. — Завтракать с «Агашками», демонстрировать спину, удаляясь под руку с бывшей невестой…

— Неужели не понимаешь, почему я это делал?

Глаза супруга так и искрились от задора — разговор его явно веселил. Наклонившись, он легко потянул за простыню, которой я прикрывалась, притягивая меня к себе, и выдал:

— Чтобы заставить тебя ревновать, глупышка…

Я демонстративно выпустила край простыни.

— И после этого называешь глупой меня?

— Ну, ты же называла меня идиотом и не раз!

— Ты это заслужил!

— Ты тоже, — Константинидис умильно улыбнулся. — Давно ведь «поплыла», а сопротивлялась до последнего. Меня вконец измучила — уже правда не знал, с какой стороны к тебе подступиться… С Агашкой… или как её мне просто шах и мат поставила. «Наша новая конфетка» — надо же додуматься! Был готов к чему угодно, но не к этому! А с Эвелиной… — его лицо вдруг стало серьёзным. — С ней я ушёл просто потому, что не мог видеть, как тебя обхаживает официант… и как ты на него смотришь…

— Никак я на него не смотрела, — я ласково коснулась ладонью щеки супруга, и он, мгновенно повеселев, просиял счастливой улыбкой.

— Знаю! Был у него после того, как выгнал Эвелину!

— Чт… — оторопело начала я.

Но Константинидис уже подхватил меня с кровати. Явно переходящим в привычку жестом перекинул через плечо и, не обращая внимания на моё возмущённое болтание ногами, поволок в ванную. Однако оставлять эту тему без дальнейших пояснений я не собиралась. Вернулась к ней сразу же за обедо-ужином, когда ещё мокрые и слегка встрёпанные после совместного принятия душа, мы расположились возле бассейна перед накрытым столом.

— Так что там с Тео? — невинно поинтересовалась, подхватив с ближайшей тарелки треугольный пирожок-самосу.

Константинидис закатил глаза:

— Знал, что так просто это не оставишь!

— И поэтому ждал моего вопроса, а не просто рассказал всё сам?

— Там и рассказывать нечего, — супруг вздохнул. — Я не мог тебя найти, очень злился… И звонить не хотел — был уверен, всё равно не ответишь. Подумал, ты с ним. Выяснил, в каком он номере… — ещё один вздох.

— И? — подсказала я.

— И… мы немного повздорили.

— Подрались, — догадалась я.

— Немного. Я его ударил… — нехотя признался супруг. — Не смотри так! На мой стук он ответил: «Заходи, Клио, я знал, что ты придёшь»!

— Конечно, разве такое простишь? — съязвила я.

Константинидис развёл руками, как бы в подтверждение, что выбора у него не было совсем, и продолжил изливать душу:

— Из последовавшей за тем перепалки понял, что ты его отвергла, и очень обрадовался. Но ненадолго…

— Вспомнил об Алексе, — снова проявила я догадливость.

Константинидис неприязненно поморщился.

— На самом деле Алекс повёл себя, как твой истинный друг, — проговорила я.

— Он же влип в тебя по уши! — не выдержал Константинидис. — Как будто я не вижу, как он на тебя таращится! И сейчас уже звонил несколько раз и послал с десяток сообщений, не придушил ли я тебя!

— Так и написал? — прыснула я от смеха.

— Это совсем не смешно! — разозлился супруг. — Если бы он умел жевать взглядом, на тебе бы места живого не было! И это ты называешь «истинным другом»?!

— Дальше взглядов дело не пошло, — я успокаивающе погладила разбушевавшегося сизигоса по руке, и тот стиснул мою ладонь в своей. — Он просто подозревал, что с нашей свадьбой не всё чисто, но, как только понял, что я… — и запнулась, вспомнив, как быстро Алекс «разглядел» моё неравнодушие к супругу.

— Что? — тут же заинтересовался Константинидис.

Но ещё неготовая к признаниям, я выкрутилась:

— Он сказал, что никогда не попытается отбить жену у друга. Я ему верю и не хочу, чтобы ты лишился его дружбы из-за меня. Позвони ему.

Константинидис только раздражённо фыркнул. Но я, приподнявшись, легко чмокнула его в щёку, и он, рассмеявшись, тут же подставил мне другую. А когда я «отметилась» и там, милостиво протянул:

— Ладно, подумаю… А сейчас, может, всё-таки поедим? Давай не будем говорить сегодня ни о чём таком, хорошо?

Я задумчиво дожевала пирожок… Ещё одна тема не давала мне покоя, и я решила всё же её затронуть:

— Рано или поздно придётся ведь поговорить и об Эвелине.

Супруг шумно выдохнул и бросил на меня укоризненный взгляд.

— Неужели не хочешь наказать эту стерву по-настоящему?! — не выдержала я. — И её, и этого омерзительного «дядюшку»! Мало того что она ложилась под каждого встречного, подлила тебе капель на праздновании вашей помолвки…

— Капель? — растерялся супруг.

— Да! Потому ты тогда ничего и не помнил! — возмущённо продолжала я. — Из-за её интриг тебя выставили из дома — я же видела, как сильно тебя это задело. И теперь…