Ирина Терпугова – Борджиа. Первая итальянская мафия (страница 4)
Альфонсо Борджиа посоветовал королю Альфонсо I не влиять на решения конклава, а остаться в стороне, чтобы не думали, что новый понтифик – его ставленник. Папа Николай V пригласил в Рим императора Фридриха III, где устроил ему пышный прием и короновал как императора Священной Римской империи. Церемония прошла в соборе Святого Петра, после чего Фридрих III, по традиции, поддержал стремя понтифика, когда тот садился на коня. Это символизировало признание главенства Папы над императором.
После визита в Вечный город, благодаря усилиям кардинала Альфонсо Борджиа, император проследовал в Неаполь. Там не менее пышный прием ему устроил король Альфонсо I. Это подняло престиж города и самого монарха, который еще больше оценил и облагодетельствовал своего умного секретаря. После этого в Рим к знаменитому дяде Алонсо начали съезжаться племянники: сын Каталины, старшей сестры Альфонсо Борджиа, Луис де Мила и два сына его младшей сестры Изабеллы – Педро Луис и Родриго.
Николай V активно занимался перестройкой оборонительных сооружений Рима, прокладыванием новых улиц и улучшением системы водоснабжения. Он стал основателем Ватиканской библиотеки, где в настоящее время хранится огромная коллекция ценных рукописей, заказывал произведения искусства художникам и скульпторам. В Рим по его приглашению прибыли работать архитектор Леон Баттиста Альберти, живописцы Беато Анджелико и Пьеро делла Франческо, все трое родом из Тосканы. Николай V собирал манускрипты с произведениями античных римских писателей: Светония, Ливия, Тацита, не забывал он и Священное Писание. По его заказу были переведены с греческого на латынь «Илиада» и «Одиссея» Гомера. У Николая V даже появилась идея перестроить собор Святого Петра, которую он так и не осуществил. Впоследствии этим занялся один из его преемников Римский Папа Юлий II. При Николае V в 1449 году была окончательно преодолена Великая западная схизма, когда последний антипапа Феликс V, избранный уже после Констанцского собора противниками его предшественника Евгения IV, отрекся от папского престола.
1450 год был юбилейным, и в Риме собралось множество паломников, которые заполнили местные гостиницы, постоялые дворы и монастыри. Они прибывали с разных концов Европы и говорили на разных языках, так что столица Папской области напоминала древний Вавилон. Кроме того, приехало множество больных и увечных, которые надеялись на чудесное исцеление. Были среди них слепые, хромые, парализованные, больные подагрой, чахоткой и другими заболеваниями. Мест для ночлега не хватало, люди спали на улицах, на ступенях церквей и под портиками лоджий. Воды в колодцах тоже на всех не хватало, люди вынужденно использовали для питья грязную воду из реки Тибр. Следствием этого становились болезни, и больницы при монастырях были забиты до отказа.
И как будто напастей было мало, в Риме вспыхнула эпидемия чумы! Каждый день множество людей умирало от черной смерти прямо на улицах, а монашеские братства сбивались с ног, не успевая хоронить всех усопших. Папа Николай V уехал из Рима и 4 месяца укрывался в крепости городка Фабриано, не принимая никого, кто бы ни приезжал к нему из чумного города. Только осенью, когда чума и жара пошли на спад, он вернулся обратно в Рим и снова занялся неотложными делами. В 1452 году святой отец начал процесс по реабилитации Жанны д’Арк, которая была сожжена на костре по обвинению в ереси и колдовстве.
В 1453 году произошло страшное событие, которое сильно потрясло всю Европу, – падение Византийской империи, которая не устояла под напором турок. Собор Святой Софии в Константинополе превратился в мечеть, все усилия Флорентийской унии по объединению Западной и Восточной церквей сошли на нет. А папе срочно пришлось решать проблемы по организации отпора туркам, чем он и занимался последние 2 года своей жизни, причем совершенно безрезультатно. Его усилия не нашли поддержки в европейских странах.
Обратной стороной медали было бегство в Италию греческих философов и гуманистов, которые заполнили местные университеты. Они привезли с собой ценные римские и греческие манускрипты, которые чудом удалось спасти и вывезти из осажденного города. Многие европейцы сочли все эти события предвестниками конца света. Конец света, конечно, не наступил, но угроза нападения турок нависла над всей Европой. Султан Мехмед II после захвата Константинополя планировал продвигаться дальше и первым делом вторгнуться в Венгрию.
В это время над Николаем V возникла угроза покушения на жизнь Николая V со стороны некого Стефано Поркари, который вообразил себя новым Брутом. Он счел нужным избавиться от тирании папской власти и восстановить «республику». Поркари неоднократно устраивал заговоры против Николая V, но каждый раз бывал разоблачен и почему-то прощен. Последним его планом было собрать сотни вооруженных римлян и 6 января 1453 года осадить собор Святого Петра с криками: «Да здравствует свобода!» Затем сорвать папскую тиару с головы понтифика, а самого первосвященника предать смертной казни. План не удался: римляне остались равнодушными к этой нелепой идее. Заговор был раскрыт, и, наконец, терпение Николая V лопнуло. «Новый Брут» был приговорен к смерти путем повешения на башне замка Святого Ангела. Говорят, перед смертью Поркари сипел изо всех сил: «О мой народ, ты позволяешь умереть твоему освободителю». После казни его тело было выброшено в воды реки Тибр.
Николай V не надолго пережил своего несостоявшегося убийцу: он умер 24 марта того же года. В капелле собора Святого Петра снова собрался конклав, на котором разразилась борьба между кардиналами за 2 кандидатуры: одну из них поддерживали князья Орсини, другую – их противники Колонна. Это были древнейшие аристократические римские династии, которые воевали между собой еще со времен гражданской войны XIII века между гвельфами и гибеллинами. Гвельфы были сторонниками власти Римского Папы в Европе, гибеллины были сторонниками власти императора. Хотя времена гражданской войны давно прошли, но старая вражда между этими кланами продолжалась.
Из 15 кардиналов, заседавших на конклаве, было четыре испанца, два грека, два француза и семь итальянцев. Обстановка накалялась все больше и больше, никто из кандидатов не набирал нужное количество голосов. Кардиналы устали и пожелали найти компромисс. Как обычно бывает в таких случаях, они согласились на нейтрального кандидата. Он должен был быть обязательно старым и больным, чтобы долго не засиделся на престоле Святого Петра. После долгих заседаний, ссор и дебатов 8 апреля 1455 года, во вторник после Пасхи, таким промежуточным понтификом был выбран 76-летний Альфонсо Борджиа. Он как нельзя лучше подходил на эту роль: немощный, едва передвигающийся старик, больной подагрой и, по слухам, даже проказой.
Народ Рима был не очень доволен тем, что папой избран испанец. Но решение конклава было законным, и его никто не осмелился оспорить. Альфонсо выбрал себе имя Каликст III в честь святого мученика, именем которого были названы самые известные раннехристианские катакомбы Рима. Так сбылось первое пророчество святого Викентия Феррера, за которым последовало второе – через 2 месяца после своего избрания новый Папа его канонизировал.
Понтификат Альфонсо Борджиа длился всего 3 года, но уже в течение первого из них он твердой рукой навел именно такой порядок в Риме, какой и считал нужным. Альфонсо и сам понимал, что времени у него мало, поэтому действовать нужно было быстро. В те времена дожить до 76 лет уже было чудом. Поэтому Каликст III сразу же занялся устройством судьбы своих племянников, несмотря на то что перед коронацией поклялся не покровительствовать родственникам. Но клятвы для того и существуют, чтобы их нарушать. Сейчас у Римского Папы было гораздо больше возможностей, чем в те времена, когда он был кардиналом.
Таким образом, двое из племянников понтифика – Луис Хуан де Мила и Родриго Борджиа – немедленно получили сан кардиналов, а третий – Педро Луис – остался мирянином, но получил должность губернатора замка Святого Ангела, генерал-капитана войск Святой церкви, герцога Сполето, губернатора городов Орвието, Терни, Нарни, Риети, Тоди и префекта Рима. Педро Луис тотчас же набрал новую гвардию для охраны крепости Святого Ангела, состоящую из одних испанцев, чем вызвал гнев и злость среди итальянцев. Высокомерное и чванливое поведение племянника Папы раздражало римлян так сильно, что они просто ненавидели его.
Все больше испанцев проникало ко двору Каликста III и занимало все ведущие должности, вытесняя оттуда не только итальянцев, но и немцев, и французов. Позже Никколо Макиавелли называл их «мелкими воришками» – испанцы пользовались своим положением и воровали по мелочи все, что плохо лежало. Кроме того, они говорили только на своем каталонском наречии, ввели моду на испанские костюмы и корриду, которую проводили на площади Святого Петра. Но особенно Каликст III приблизил к себе своего любимого племянника – 25-летнего Родриго Борджиа, которого он обожал за его дружелюбие и интеллект, а также за смелость и твердость характера. Альфонсо назначил его сначала губернатором города Анкона в Марке, а спустя год – вице-канцлером Папской курии.