Ирина Соляная – Стася из таверны «Три дороги» (страница 31)

– Что они в таверне-то делали? – удивился Смеян и обернулся ко мне.

– Сынок этой гоблинки задолжал Господин Вильду, и потому стражники предъявили решение Суда Короны. Таверна теперь тоже принадлежит моему будущему зятю.

– А как ты сбежала?

Я вздохнула и рассказала про сонный порошок.

– Всё ясно, – Смеян снова сел на кровать, – эти два дурня очухались, провели допросы и обыск, нашли в твоих пожитках много интересного. Даже без показаний служанки госпожи Чашки, доказательств обвинения в ведьмовстве предостаточно.

Смеян погладил меня по голове и сказал:

– Из моей спальни ни ногой сейчас. Сюда прийти никто не посмеет. Но уже к вечеру королю донесут обо всём, будь спокойна. Как только он напрыгается козликом в своих апартаментах. Тебя тайно отвезут в безопасное место. Я займусь сейчас этими приготовлениями. Сам, увы, сопровождать в дороге тебя не смогу, но от беды спрячу.

– Так мне и не суждено порезвиться на свадьбе сестры…– вздохнула я.

Но грустнее всего было то, что я понимала: Смеян никогда не свяжет свою судьбу с женщиной, в отношении которой выдвинуто обвинение в колдовстве. Преждевременно он объявил о нашей помолвке! И как я не крепилась, слёзы брызнули из моих глаз. Не знаю, кого я больше ненавидела в этот момент: Верейку, Вильда, короля… Но я чувствовала, что моё сердце разрывается от предстоящей разлуки со Смеяном.

Смеян провёл несколько раз рукой возле моего лица, как в тот раз, в секретной нише за портьерами, и вышел из спальни, заперев дверь. Я осталась совершенно одна со своими страхами и мыслями. Спать я не могла, мыслить связно тоже. Когда придёт Смеян – я не знала. Усидеть на месте я тоже не могла, и потому я вылезла из-под одеяла и прошлась по комнате. Подняла с крышки сундука сначала один камзол Смеяна, потом второй. Поднесла к лицу и вдохнула тонкий аромат лимонных корок. Я знала, что мой любимый поставил сильную защиту против ведьмовства, и его вещи не могли говорить со мной, да и сил я не чувствовала. Всё растратила у Великого Куба… А вот Смеянов сундучок мог вполне мне кое-что рассказать о мнимом гвардейце и очень тайной министре. Немного холодея, я открыла сундук и стала там осторожно перебирать сложенные вещи. Стопки рубашек и белья меня бросили в жаркую дрожь, и я подумала: «Вот я развратница какая! Если Смеян узнает, что я прикасалась к его вещам, он разозлится!» На дне сундука под камзолами, кафтанами и кюлотами я нашла флакон духов, плотный пакет с документами, открыть который не решилась и сложенный вчетверо пергамент.

Дрожащими руками я его развернула и увидела, что это план какого-то здания. Огромный замок или дворец был выполнен умелой рукой чертёжника. Строения имели подписи: оранжерея, конюшни, домик для прислуги. Я внимательно посмотрела на чертёж и поняла, что передо мной не что иное, как план дворца господина Вильда. Для чего он понадобился Смеяну?

План был очень подробным, в нём обозначались спальни, залы, апартаменты, лестницы парадные и чёрные, чердачные помещения. В плане был и подвал, о котором у меня были подозрения. На плане он был разделён именно на «подвал», «винный погреб» и «склад». Из подвала вела боковая лестница в левое крыло. Я бы не обратила внимания, если бы кто-то не прорисовал пунктирную линию из винного погреба на эту лестницу и по ней до самого левого крыла. Я перевела дух и осмотрелась по сторонам, словно кто-то мог застать меня в комнате за рассматриванием пергамента. Зачем, зачем Смеян пытался найти вход в ремонтируемое левое крыло? Что за интерес любоваться на прогнившие полы и обвалившийся потолок? Я стала внимательнее изучать план. И вот что я в нём обнаружила! Никаких дверей в левое крыло на плане не было. Я вертела пергамент и так и эдак. Войти в него было можно только через подвал по лестнице.

Я от волнения пробежалась по комнате. Как же так? Я ясно видела двери из коридора, по которому мы прогуливались с Басей. Конечно, она говорила о том, что они заперты, и что господин Вильд не позволяет кому-либо входить в левое крыло. Но на плане никаких дверей не было! Я вернулась к пергаменту. Все двери, даже потайная из кабинета в овальную залу, были нарисованы, а левое крыло точно было отгорожено от остальной части замка каменной стеной. Но, помнится мне, что именно там располагались покои любимой матушки господина Вильда. Как же она ходила из левой части дворца в другие комнаты и залы, не через подвал же?

Ох, как же я не любила загадки, как же они пугали и одновременно будоражили меня? Что скрывал ото всех, в том числе и от моей Басеньки этот упырь? Почему Смеян не доверял ему, а король считал своим соратником? Ответов у меня не было, и я точно знала, что не смогу жить спокойно, не узнав всей правды. А если принять во внимание случай, когда я прикоснулась к руке Вильда и услышала голос Агнешки: «Убийца», мне ничего не оставалось, кроме того, чтобы воспользоваться картой и проверить самой, что прячет в левом крыле господин Вильд. Я успела сунуть карту в сундук и закрыть крышку, как в этот самый момент я услышал шорох.

Кто-то повернул ключ в замке двери! Он повернулся тихо, точно человек, входивший в комнату, не хотел поднимать лишнего шума. Это был точно не Смеян, ведь дверь не распахнулась, а приоткрылась.

Эльфийская праматерь! На пороге возник сам хозяин дворца. Человек с иссиня-чёрной бородой, человек, которого я боялась больше всего на свете. Он медленно переступил порог, озираясь по сторонам. Его взгляд скользнул на смятую кровать, стены и портьеры. Он не видел меня! И я задержала дыхание, чтобы малейшим шорохом не выдать своего присутствия. Слава Великому Кубу! Морок, наведённый Смеяном, действовал. Амброзий стал заглядывать за портьеры, открыл двери стенного шкафа, даже встал на четвереньки и заглянул под кровать. Сомнений не было – он искал меня. Среди белого дня, без всякого стеснения он искал меня в покоях Левой Руки. Тут его взгляд упал на моё мокрое платье, и господин Вильд как хищный зверь прыгнул к нему, схватил и стал щупать ткань. Он понюхал шёлк и сказал вслух: «Сбежала. Сбросила кожу, как змея, и сбежала!» В ярости он разодрал платье и швырнул клочья ткани на пол, затем громко стуча каблуками, подошёл к двери и вышел прочь, не заботясь о том, чтобы запереть комнату.

От не отпускавшего меня ужаса я тихо застонала и села на пол, закрыв лицо руками. Сомнений не было: господин Вильд вот-вот пустится по моему следу. Конечно, он прикажет обшарить все уголки дворца. А затем проверит кареты, повозки. Выспросит, кто и куда отъехал, кого повёз, с каким багажом. Я дрожала, сдерживая слёзы. Вильд уже знал о моём ведьмовстве! Ему доложили всё приехавшие стражники патруля, возможно, меня обличила служанка госпожи Чашки. Я просто не знала, что делать, и хотя меня ещё не поймали, я уже чувствовала себя пленницей, которую вели на расправу к палачам. И тут меня осенила дурацкая мысль: единственное место, где он не станет меня искать – это левое крыло дворца. Я вскочила и лихорадочно забегала по комнате. А вдруг там холодно? На мне только тонкая рубашка Смеяна, мне нужен запас еды, обувь. Я не знала, сколько действует морок, который напустил мой любимый, поэтому действовать надо было быстро. Я сунула ноги в туфли, которые сваливались с моих ног, схватила вязаное покрывало, которым можно было укутаться от холодных сквозняков, метнулась к сундуку за картой, но тут скрипнула дверь, и на пороге появился Смеян.

Мой любимый нёс в руках охапку вещей. Он сердито глянул на меня, швырнул узлы на кровать, вытащил из кармана ключ и запер дверь спальни изнутри.

– Ты не можешь и получаса посидеть одна? Зачем ты отпирала дверь? И главное: как тебе это удалось?

Я начала уверять Смеяна, что сидела, как тихая мышка, а в спальню приходил именно хозяин дворца, который явно искал меня. Смеян поднял с пола клочья разодранного платья и покачал головой.

– Этот наряд был тебе к лицу…– печально произнёс он, и тут же спохватился, – быстрее переодевайся. Поедешь на запятках кареты, как мальчик-слуга. Затем …

– Постой, я никуда не еду. Обстоятельства изменились.

Смеян нахмурился и топнул ногой. Я умоляюще сложила руки на груди, но он явно не хотел меня слушать.

– Смеян. Сколько мне ещё прятаться? Неделю, год, всю жизнь? Я не хочу быть обузой тебе. Разве мы будем счастливы, если тебе придётся скрывать не только свою любовь, но даже и само моё присутствие в твоей жизни?

– Стася, сейчас не до разговоров, не до баллад! – резко ответил мне мой любимый,– Мы все обсудим тогда, когда ты будешь в безопасности. Ты поедешь с господином послом. Он из свиты короля, и я ему всецело доверяю.

– Смеян, любимый мой. Я знаю, что можно сделать, чтобы остановить это безумие. Мы должны разоблачить Вильда. Он что-то прячет в левом крыле здания. Он творит что-то незаконное. Если мы раскроем его тайну и опозорим перед королём, то …

– Откуда ты знаешь про левое крыло здания? – грозно прищурился Смеян и подошёл ко мне вплотную, – и что именно ты знаешь об этом?

– Бася говорила мне, что туда никому не разрешается входить, даже ей. Там Вильд затеял ремонт да и бросил. Представь, хозяин готовится к свадьбе, позвал к себе половину королевства, а целое крыло здание якобы под угрозой разрушения. Есть в этом здравый смысл? При богатстве этого упыря и желании пустить пыль в глаза всем гостям?