Ирина Снегирева – Цветок Белогори (страница 28)
тяжко вздохнула, потому что по ним-то уж точно начала скучать прямо сейчас. А еще по Змею, но если бы попался мне на дороге, то я вряд ли
стала бы высовывать свой нос из кареты. Да и Рональд Черный не примчится меня проводить. И дело вовсе не потому, что он не в курсе.
Просто ему не до меня. Так бывает.
- Ну что загрустила, княжна?- мой самый храбрый охранник, Важан, заглянул в окно, отодвинув шторку.-Может быть вернемся?
- Нет, - улыбнулась я, - не сегодня. Но когда-нибудь точно.
Папа дал мне в провожатые одного из своих верных и надежных оборотней. А еще у Важана до сих пор не было пары, поэтому
он мог легко покорять любые расстояния без зова крови. Потому что рысь, разлучённая со своей парой, порой сходит с ума. И её не способны
удержать на месте никакие обстоятельства. Только самые сильные способны выдержать подобные испытания. Такие, как мой папа и брат
Властик.
Ярослава Видар
Она смотрела на карету, которая увозила её дочь, а материнское сердце снова отличалось слезами. Когда-то также, на
несколько лет, уезжала и старшая дочь, Ксюша. А теперь настала пора Ольги. И ведь ничего такого, а сердце-то болит.
- Ты грустишь, - произнёс Радомир, обняв её со спины и прижав к своей широкой груди. Яра слегка расслабилась, но глаза так и
не закрыла.
- Знаешь, - произнесла она, поерзав головой о плечо мужа, - у Оли что-то на сердце. Я это точно чувствую. Только она ничего не
хочет рассказывать. И это огорчает. Мне кажется, будь в таком возрасте мама со мной, я бы все-всё ей рассказала.
- Это ты сейчас так думаешь, потому что твоя мама в то время была в плену, -шепнул на ушко Рад, - а каждый стремится иметь
свою тайну. И наша дочь не исключение. Вспомни Ксюшу.
- Ты как всегда прав, - признала Яра, с миллионный раз поблагодарив Бога за то, что он привел её зимним морозным днём в
Радомиру. – Но ведь так хочется помочь. И я почти уверена, что это из-за Рона,- вздохнула княгиня и теперь прикрыла глаза. Человеческое
зрение не такое острое, как у рысей и серая точка кареты слилась на горизонте с лесополосой.
- Я вполне это допускаю, - согласился князь, целуя жену в висок, - несмотря на то, что она все отрицает. Но я верю в нашу дочь.
Она умница. Правда, упрямая, как кое-кто из её родителей, - последние слова оборотень произнёс, слегка мурлыкнув и прихватив зубами
ушко Яры.
- Интересно, чья это черта, -улыбнулась Ярослава, понимая, что таким образом муж хочет её поддержать.
Он и сам без ума от их совместного первенца - Лёли, шаловливого котенка. И порой княгине приходилось ругать и приводить в
чувство всех троих мужчин, включая мужа, Властика и Ярика. Требуя, чтобы они даже не смели портить ребенка своей чрезмерной любовью!
Не потакали ей во всем!
- Ну что знаю в кого, но тебе не скажу, - усмехнувшись, произнёс князь. И добавил, - не грусти. Она вернется. Всех Видаров
всегда тянет домой, в Белогорию. Где бы они не находились, дорожка одна. Даже ты и то не смогла обойти это.
-Но я ведь не Видар, -возразила Яра, -а тоже сюда приехала.
- Ты очутилась тут по многим причинам. И в том числе по зову моего сердца. Разве не так? - а потом Радомир обиделся. - Что
значит "я ведь не Видар"!?
- Не рычи, пожалуйста. Ты прав, как всегда, и, конечно же, я Видар! - прошептала Ярослава, прикрывая глаза от удовольствия.
Сейчас, в объятиях мужа, она чувствовала себя защищено и уютно. Как всегда. – Эх, хорошо с тобой стоять. Да только пора за Сашей. Он, наверняка уже заморочил Марфушу с нянечкой.
- Марфу? –усмехнулся оборотень и как-то очень быстро подхватил жену на руки, - она сама кого хочешь и летом в сани
впряжет!- и тут же добавил, -только не Сашку.
Ярослава рассмеялась. Такая вот она, её бывшая служанка, подруга. Вся в семье и заботе. Но они с Росляром по-прежнему
самые желанные гости для неё.
- Княгиню что-то рассмешило?- подозрительно прищурился Радомир, в то же время, сажая жену на рабочий стол. Бумаги
небрежным жестом тут же были сметены в верхний ящик стола. Быстрое движение и двери кабинета оказались запертыми.
- Да так, -Яра облокотилась на локти, посматривая за мужем. А в это время большой котище, глянув из окон с высоты (не иначе
оценивал обстановку округи), приблизился к жене.
- А поконкретнее, -потребовал мужчина, скинув свой кожаный жилет.И с каким-то хищным выражением он приблизился к своей
жене, рассматривая её, как то ли добычу, то ли ценный приз.
- Что именно? –поинтересовалась она, прикрыв глаза от удовольствия в тот момент, когда муж начал медленно массировать её
ступни, перебирать все пальчики на ногах. Он это делал так мастерски, что она легла спиной на стол, сдерживаясь, чтобы не заурчать как
любимые коты.
- Ты обещала мне рассказать, что именно тебя рассмешило, - напомнил князь, прикусывая, на сей раз её мизинчик на ноге, а
затем следующий пальчик.
Вообще-то Ярослава боялась щекотки на ногах. И муж это прекрасно знал, даже порой пользовался таким способом, чтобы
разбудить её. Только сейчас ощущение было совершенно другим. Княгиня почувствовала, как скрутило мышцы внизу живота, а грудь в свою
очередь тоже потребовала ласки. А она, собственноручно спустив платье с плеч, посмотрела на мужа, приглашая... И вряд ли в этот момент
их мысли расходились. У Радомира глаза уже горели, выдавая возбуждение и желание. Его не нужно было уговаривать, мужчина все понимал
с полужеста, полуслова.
- Я забыла, что именно мне показалось таким смешным, - прошептала Яра, сглотнув. В этот момент муж, не позволивший ей
встать, сам расстегнул рубашку, откинув её в сторону. Несмотря на его годы, он был совершенен! И даже старые шрамы, полученные в
многочисленных боях, не портили великолепной фигуры мужа. – Но разве это важно?
- Мне нет, - отозвался он, сверкнув своими медовыми глазами и тряхнув светлыми волосами.
И Яра мысленно согласилась. Разве сейчас её могла интересовать какая-то ерунда в тот момент, когда муж согнул ей ноги в
коленях, когда он нежно и в то же время со знанием дела покрывал поцелуями по очереди её бёдра, поднимаясь всё выше и выше. И уж тем
более потом, когда тела супругов двигались в любимом ими танце, их вовсе не интересовала такая мелочь. О чем речь?
Вот он рядом, такой любимый и родной! Её надежная скала и опора. И только с ним Ярослава познала счастье быть любимой и
снова стать матерью.