Ирина Смитт – Чернокнижник (страница 5)
Что-то подсказало ей, что это был он, тот самый незнакомец, ее спаситель с удивительными глазами и перевернутой пентаграммой на груди. Ее герой-злодей.
2. Тайный Совет Экстрасенсов
Ночь окутала комнату мягкой, бархатной темнотой, словно художник мастерски наложил густые мазки угольно-чёрной краски. Тишину нарушали лишь едва слышные шорохи да мерцание двух крошечных огоньков свечей, пляшущих на полу. Их нежное сияние рассеивало мрак, рисуя причудливые узоры теней на стенах и потолке.
Светлые пятна мягко скользили по поверхности мебели, будто оживляя её очертания. Каждая вещь приобретала загадочный, таинственный вид: кресло превращалось в силуэт сказочного зверя, шкаф становился подобием старинного замка, а картины начинали казаться окнами в иной мир.
Свечи колыхались от случайного дуновения ветра, заставляя тени двигаться в своём собственном ритме, что наполняло пространство загадкой и тайнами. Этот танец света и тьмы создавал ощущение колдовства и мистики и приглашал забыть обо всём суетном, чтобы погрузиться в таинственный мир магии и секретов тонкой части бытия.
– Готова? – тихо спросила Вика.
– Да, – уверенно кивнула Наташа.
Обе девушки были одеты в ночные сорочки и сидели вдвоем на полу в спальне Наташи. Две свечи горели у их ног, а Вика держала в руке заранее заготовленную бумажку с заклинанием.
– Боишься? – хитро вскинула она брось.
– Немного… что не выдержу и буду смеяться!
Подруги похихикали и начали магический сеанс. Вика стала читать какой-то заговор про духов, а Наташа держала ее за руку. Ее сердце билось чуть чаще обычного, пульсируя в такт ровному дыханию ее собеседницы.
Голос Вики звучал тихо, но ясно, произнося колдовские слова старинного заговора. Он казался знакомым и одновременно чуждым, ибо в нём звучали нотки древней мудрости и силы, таящейся за пределами повседневного понимания.
Наташа ощущала тепло свечи на лице и чувствовала аромат горячего воска, капающего медленно на поверхность подсвечника. Ее тело было расслаблено, а мышцы слегка напряжены, дыхание замедлилось, а глаза прикрылись, позволяя сознанию растворяться в словах, текущих перед ней, как река, несущая волны силы и мудрости.
Каждое слово наполняло воздух особой энергией, вибрируя в пространстве и вызывая отклик в душе. Чувства обострились, сердце затрепетало, кожа покрылась мурашками, сознание тонко настроилось на вибрации речи говорившей.
Время остановилось. Минута стала вечностью. Комната превратилась в храм древних знаний, каждая деталь которой обрела своё особое значение. В этот миг Наташа стала частью большого целого, ее дух освободился от привычных рамок реальности, устремляясь навстречу чему-то неизведанному и волнующему.
Закрыв глаза, она увидела необычные образы, порождённые словами, звенящими в воздухе. Ее охватило чувство единения с миром, понимание собственной связи с силами природы и Вселенной. Это был опыт глубокого погружения в себя, встречи с собой настоящей и открытием новых граней своей сущности.
И вот, наконец, голос стих. Последний звук эхом откликнулся в ушах, оставляя лёгкое послевкусие тайны и ожидания. Открыв глаза, девушка посмотрела на Вику и почувствовала глубокую связь, возникшую благодаря этому опыту небольшого совместного путешествия в мир магии.
Приходя в себя, Наташа огляделась. Она надеялась заметить хоть какие-то зримые перемены, но все оставалось, как прежде, – каким и было до начала ритуала. Девушка разочарованно вздохнула. Перевела потухший взгляд на Вику:
– Ну что, не получается?
Та подняла глаза и неуверенно пожала плечами:
– Нет, по ходу, чет нифига!
Наташа вздрогнула: игра тьмы и тусклого света сделала очертания ее лица таинственными и зловещими!
Подул тихий ветер. Обе свечки погасли.
Девушки вскрикнули.
Послышался хрипло-скрипучий, болезненный стон. Что-то невидимое вскружило вихрем над их головами.
Судорожно озираясь, подруги вскочили на ноги.
– Давай, свет включай!!! – взвизгнула Наташа.
– Убирай все!!! Быстрее!!! – завопила Вика и, спотыкаясь об окружающие предметы, побежала к выключателю. Руки как на зло забыли, где он, и она лихорадочно шарила ладонью по стенке. Наконец, нашла. Клацнула.
Ничего.
Стала еще клацать, но с выключателем что-то случилось – он не работал. Свет не включался!
– Че-е-е-ерт!!! – заорала Вика.
– ВСЕ РАВНО НЕ УЙДЕШЬ!
Хриплый, старушечий голос, пронизывающий, как холодный кладбищенский ветер, от которого душа леденеет и уходит в пятки, злобно рассмеялся.
Подруги застыли в немом ужасе, ощущая, как на затылке шевелятся волосы.
И после этого свет зажегся.
Наташа и Вика круглыми от страха глазами смотрели друг на друга, боясь дышать. Когда они оглянулись по сторонам, то увидели, что в комнате, кроме них, никого больше нет.
– Что это, блин было, за на хрен, такое?! – прорычала Вика, уставившись на подругу.
– Это… она мне? – тихо и робко промямлила Наташа. – Ничего не получилось…?
В ответ блондинка похлопала ресницами, пожала плечами и невесело улыбнулась:
– Ну как не получилось… получилось!
***
Тяжелые портьеры плотно сомкнулись над окном мрачного кабинета, словно скрывая от мира какие-то темные тайны. Повсюду доминировали черные тона, подчеркивая властность хозяина и торжество тьмы над светом. Просторная комната была погружена в полумрак, лишь слабые отблески света пробивались сквозь узкие щели между шторами да едва мерцали огоньки электронных приборов.
Центральное место занимал огромный письменный стол из редкого темного дуба, покрытого густым лаком. Его поверхность, будто вырезанная искусством древнего мастера, отражала призрачную игру теней и сверкала благородством фактуры. По углам стола аккуратно были разложены бумаги и старинные артефакты – каждый предмет хранил свою историю и был дорог владельцу своим особым значением.
За столом пустовало высокое массивное кожаное кресло, которое обволокла мягкая блестящая чернота, подобно гигантскому пауку, притаившемуся среди паутины власти и интриг. Отражаясь в глянце кресла, свет лампы придавал всему интерьеру дополнительный драматизм и ощущение скрытой угрозы.
Глубокая тень пряталась в дальнем углу комнаты, откуда еле заметно проступало очертание стеклянного террариума. Внутри него лежала свернутая кольцами величественная змея. Она лениво наблюдала за миром снаружи. Ее кожа переливалась в свете спрятанных светильников, создавая магическое впечатление живой скульптуры, исполненной в холодных оттенках серого и зеленого.
По стенам стояли высокие шкафы с потрепанными фолиантами, а среди них, не вписываясь в общую картину богатства инородным гостем примостились дешевые репродукции знаменитых художников.
Двое гостей робко стояли посередине кабинета перед пустующим креслом хозяина – небритый мужчина в майке-алкоголичке и его товарищ в полосатой футболке. Оба были «торжественно» обмотаны гирляндами-бинтами и «празднично» украшены синяками и ссадинами. Особенно в этом преуспел кудрявый шпала-здоровяк.
– Бестолочи! – вдруг услышали оба неприятный рык откуда-то из тени.
Напарники робко подняли виноватые взгляды. Говорившего было не видно, но его презрение и недовольство отдавались леденящим холодом под самой кожей и в каждой ее клеточке.
– Двое крепких мужиков не справились с одной соплячкой!!! – негодовал невидимый хозяин.
– Но босс, – промямлил небритый, – на нас напал парень! Живого места на нас не оставил!
– Да, мы все в синяках и ушибах! – жалостливо добавил второй.
– Заткнитесь!!! Блин, нанял идиотов! И откуда этот сердобольный там взялся?!
Прозвучал щелчок зажигалки, и где-то в дальнем углу, скрытым тенью, заклубился сигаретный дым.
– Ну ничего, – прошипел начальник сквозь зубы и, кажется, удовлетворенно улыбнулся, – есть у меня еще козырь. Костя, Слава, для вас новое задание!
– Да, господин Сорокин! – прихвостни оживились.
По их радостным лицам было понятно, что начальник мог обойтись с ними и гораздо жестче, но передумал.
***
Красивый высокий блондин Влад Крапивин стоял в кабинете творческого директора фирмы «Дизайн Сервис Наташа» Виктории Володиной и рылся в ее папках. Его взгляд был сосредоточен и прикован к полке с документами, поэтому он даже не заметил, когда хозяйка помещения тихо вошла внутрь.
– Что это ты тут делаешь, симпатюля?
Парень испуганно обернулся. И тут же растаял, забыв обо всем.
Перед ним предстала девушка, чьи длинные светлые волосы нежно струились по хрупким плечам мягкими волнами. Их оттенок был лунно-золотистый, что придавало облику необычайную нежность и романтический шарм.
Её наряд поражал воображение своей изысканной оригинальностью. Стройная фигура была окутана переливающимся блеском серебристо-сверкающего пиджака, подчёркивающего дерзость её стиля и смелость натуры.
На шее покоилась тонкая серебряная цепочка с маленьким, мастерски выполненным сердечком. Подвеска сияла мягким, слегка розовым оттенком, напоминая утренний рассвет и первую любовь. Вся девушка была будто создана из тепла и спокойствия, обворожительной нежности и золотого сияния.
Новичок так и застыл, откровенно засмотревшись на Вику, в следствие чего у нее на лице появилась озорная улыбка и легкий румянец.