Ирина Смирнова – Жених раз, жених два, в небе полная луна… (страница 2)
Такса, едва оказавшись рядом с хозяйкой, почти успокоилась. Даже головой не крутила, но в черных глазках—бусинках поблескивало любопытство.
Зинаида тоже с интересом разглядывала и покрытый лепниной потолок, и объемные узоры на бело—голубых с позолотой обоях.
Коридор оказался бесконечной прямой дорогой. Менялся только рисунок на стенах: синие с золотом звезды на белом фоне уступили место извивающимся золотым лианам на голубом, затем пришел черед мчащихся синих оленей…
Остановившись, Зинаида с восхищением погладила очередную встретившуюся на пути дверь. Кусочек солнца, выглядывающий из облаков. Создавалось ощущение, что дверь сделана из цельного куска золота. Краска сверкала, как и положено металлу, отражая свет мелькающих рядом шариков.
К преследующим ее живым круглым фонарикам женщина уже привыкла, а вот к длинным рукавам и подметающему пол подолу платья – пока еще нет. Красиво, но постоянно мешается, путается. И рукава, и подол. Зато туфельки сидели идеально, хотя были надеты на босу ногу.
Скорее из врожденного упорства, продолжая надеяться, что хоть этот проход откроется, Зинаида подергала ручку.
Поразительно, но в этот раз ей повезло! Предыдущие двери не желали открываться ни в какую сторону, а эта, заскрипев, с большим трудом, но сдвинулась вперед. Возможно, если тянуть двумя руками, дело пошло бы быстрее, но тогда пришлось бы выпустить Барни.
Оставлять таксу в незнакомом и очень подозрительном месте было страшно, поэтому Зинаида предпочла медленно приоткрывать проход в неизвестность.
– Да что ж ты тяжелая, тварь такая! – тихо брюзжала женщина, начиная подозревать, что двери в этом странном коридоре действительно из настоящего золота. – Неужто и вправду? Это ж где такие огромные слитки водятся? Это ж кто у нас такой…
Если бы все случившееся сегодня утром не было настолько нереальным, следующая мысль вряд ли пришла бы Зинаиде в голову. Но теперь она резко вспомнила сказки, которые читала по скайпу внукам. Золото в таких количествах водится только у гномов и… драконов!
Правда, посмаковать мысль как следует женщина не успела, потому что из приоткрытой щели вышмыгнул сгусток плотно—белой субстанции и завопил мужским голосом:
– Захлопывай! Захлопывай скорее!
Паника сгустка оказалась очень эмоционально заразительной. Зинаида, даже не успев понять, что происходит, с громким грохотом хлопнула дверью и лишь потом запереживала, что все ее труды по открыванию накрылись, вернее, закрылись из—за говорящей субстанции.
А та постепенно вытягивалась, расширялась, надувалась то тут, то там и в итоге превратилась в молодого мужчину блеклой раскраски. Словно у цветного телевизора просела настройка яркости и четкости.
– Ты кто?!
Привидений Зинаида Валерьевна и раньше не сильно боялась, может быть, потому, что не встречала в реальности. Теперь же, после всего, что произошло, она и дракону, наверное, не удивилась бы. Так почему бы не познакомиться для приличия?
А то, что вопрос прозвучал несколько грубовато, это от нервов все. Нервничала женщина очень сильно, потому что не понимала, где она, что ее ждет, будут ли ее тут чем—то кормить, есть ли в этих дворцовых красотах туалет и что это за дверь такая, из которой привидения лезут?!
Сложив руки на груди и гордо задрав вверх подбородок, призрак выдал длинную фразу на непонятном певучем языке, из которой Зинаида вычленила только «Тайдомир». В идущих потом бубиэльмульмульэлях она запуталась. Зато все эти бубуэли очень напоминали по звучанию язык еще одной сказочной расы, спасибо внучка́м и их книжкам.
– Эльф, что ли?
Просто вот сейчас в чертах бледно—тусклого лица мужчины можно было, даже не приглядываясь, оценить аристократическое благородство и разлитое в таких же объемах высокомерие.
Но, правда, высокомерие испарилось почти сразу. Привидение оказалось наблюдательное и заметило, что никакого впечатления его титулы на новую знакомую не произвели. Зинаида спокойно стояла, прижимая одной рукой собачку к груди и глядя на призрака изучающе—цепким взглядом.
– Эльф, – горестно вздохнул Тайдомир. – Был, пока меня не прибил кто—то.
И тут же по—простому, безо всяких вежливых выкрутасов и экивоков, приписываемых этой расе в книгах, уточнил:
– А ты кто? И почему на тебе одежда со знаками моего рода?
Оглядев бледновато—зеленое платье, украшенное по краям повторяющимися темно—зелеными и золотыми узорами, Зинаида лишь плечами пожала:
– Какое выдали, в том и хожу.
– К твоим волосам гораздо лучше пошло бы что—то более яркое, – хмыкнул призрак вроде бы равнодушно, но его не менее цепкий взгляд медленно скользил по женщине от пяток до макушки и обратно.
И Зинаида, уже отвыкшая от мужского внимания, внезапно вспомнила, каково это – быть экспонатом, который оценивают по какой—то неведомой ей шкале приоритетов конкретного индивидуума.
Радует, что это может работать и в обратную сторону. Так что, скептически поджав губы, Зина принялась разглядывать привидение уже не просто как человека, пусть и бывшего, а как мужчину…
Да, при жизни Тайдомир был красавец и, судя по замашкам, цену себе знал хорошо. Может, даже завышал мысленно.
Белые как снег волосы были заплетены в толстую косу, перекинутую через плечо. Зинаида прикинула, что в расплетенном виде это богатство могло оказаться даже длиннее, чем ее рыжие локоны, скрученные в сложную тяжелую прическу.
Женщина уже успела полюбоваться на свое отражение во встречающихся по пути зеркалах и вспомнить, насколько же была красива в молодости. Тогда все эти бесценные кружили вокруг, пытаясь дорваться, пометить и слинять в спешном порядке. Особенно много их появилось уже после того, как Зинаида развелась. Как чувствовали, что никто их хомутать для серьезных отношений не собирается. Легкий флирт, чтобы поддерживать жизненный тонус, и еженедельный секс ради здоровья.
Глаза у Тайдомира когда—то раньше были голубые, или серые, или серо—голубые, теперь уже не разобрать. Зато ресницы до сих пор оставались пышными и длинными до неприличия. И четко обрисованные губы даже сейчас выделялись на бледном лице.
Заметив, что чересчур увлеклась оцениванием мужчины, Зинаида торопливо натянула маску невозмутимости, но прозрачный эльф уже успел заметить ее интерес и опять задрал нос. Разозлившись, женщина подбоченилась, выставила грудь вперед и с максимальной уверенностью, на какую была способна, заявила:
– Идет оно мне или нет – дело десятое! Но вещи твоего рода носить я отказываюсь! Еще чего не хватало! – выкрикнула она уже в потолок, а не привидению. – Сначала тряпки, потом кольца…
Закончить Зинаида не успела, потому что, тихо ойкнув, принялась изучать появившийся на ней новый наряд. Обшитое золотыми монетками платье без рукавов, едва доходящее до колен, и обтягивающие сапоги из мягкой кожи, блестяще—рыжей, почти огненной.
– Хм, мечта сороки—переростка, – прокомментировала Зинаида, сощурившись и от ярких бликов из—за продолжающих кружить вокруг светящихся шариков, и из—за презрения к подобной безвкусице.
– Дракона, например, – хмыкнул призрак, даже не пытаясь скрыть сарказм в голосе.
– Вот только драконов мне и… – Но тут ворчание женщины вновь прервали.
Глава 3. Кому драконов не хватало?
И призрак, и Зинаида дружно вздрогнули от грохота и повернулись к двери. Женщина даже отступила немного, крепко прижимая к себе собаку. Правильнее всего было бежать прочь, но ноги словно приросли к полу. Поэтому Зинаида лишь стояла и смотрела на проявляющиеся на толстой металлической двери то узкие, то широкие выпуклости.
– Мощная голова у кого—то, – прокомментировала она происходящее. Голос был словно не ее – спокойный, почти равнодушный. Хотя на самом деле женщине было страшно до дрожи в голых коленках. – Правда, Барнюшка?
Такса, тоже напуганная грохотом, то скалилась на дверь, то тихо поскуливала.
Тайдомир, перекинув через плечо белоснежную косу, встал чуть впереди Зинаиды, словно надеясь успеть прикрыть ее от приближающейся опасности.
Было как—то даже неудобно напоминать ему о его призрачном состоянии, к тому же женщине стало приятно, что ее собираются защищать. Не каждый ее знакомый был готов на подобное, тем более ради посторонней девушки.
Дверь продолжали проламывать с другой стороны, выпуклости становились все больше, Зинаиде становилось все страшнее, Барни скалилась все сильнее… И женщина не выдержала.
– Если там какое—то жуткое зло, мы все умрем, даже если сейчас попытаемся сбежать, – принялась она привычно рассуждать вслух. Обычно все это говорилось таксе, но сейчас обращаться только к собаке было немного неудобно. Все же в наличии имелся еще один, пусть и призрачный, собеседник. – А если это кто—то как раз пытается от зла сбежать и рвется сюда, чтобы спастись?
– И поэтому тебя в традиционный наряд драконьих невест переодели? – скептически поджал губы Тайдомир. Но задумался. Тут в дверь еще раз что—то стукнуло, словно тараном. Выпуклость в центре увеличилась, намекая, что еще немного – и она превратится в дыру.
Не дожидаясь, что там эльф надумает, Зинаида прижала Барни локтем под мышкой, вцепилась двумя руками в дверь и изо всех сил дернула ее на себя.
Бедная такса от резкого рывка чуть не скатилась на пол, но успела, как кошка, вцепиться когтями в странное платье. К тому же ей на помощь пришел мощный порыв ветра, практически размазавший собаку по ее хозяйке и припечатавший саму женщину к стене напротив.